Когда зацветает пустыня (СИ)
Наверное, от неё и проснулась. С момента моего приезда это уже третий их скандал. Но что удивляться? Такой нездоровый график работы истончит нервы кому угодно.
Остается только придумать, чем же себя занять в оставшиеся три часа до поездки.
Я остановилась около окна и задумчиво охватила себя руками. Яркие лучи утреннего солнца упрямо и безрезультатно тыкались в затемнённые стёкла второго этажа особняка напротив. Его дома. И окна тоже его спальни. Сколько раз я, как специально, истязала себя мыслями о том, чем он там занимается с Джессикой. Возможно, именно в этот момент… Стояла, как и сейчас, и намеренно твердила себе об этом. Не чтобы доставить боль. Нет. Делала это в попытке объяснить, донести, наконец, до своего глупого сердца, что моя любовь к невероятно сексуальному, но женатому Виталию — ошибочна. Какой-то сбой в матрице, не сулящий ничего хорошего. Но… Время шло, а чувство только разгоралось. Всё сильней и сильней…
Родители постепенно утихли и я, немного успокоившись, решила утихомирить и свои непослушные кудряшки и пошла включать утюжок. Так доставали эти локоны! Вьются в непонятном направлении и всевозможными геометрическими фигурами. Откровенный трэш!
— Дочка, мы с папой так расстраиваемся, что ты целыми днями одна. — начала мама, выкладывая на тарелку тосты. — Но остался последний рывок. Ещё четыре дня и мы на две недели уйдём на рождественские каникулы. Отдохнём, побудем все вместе.
— Обязательно выберемся в High Mountain или даже в Big Bear Lake***. - добавил папа.
От неожиданности я чуть ложку не проглотила.
— Э… Конечно. Я всё понимаю. Вы же не ожидали, что я так рано приеду. По планам мне полагалось только послезавтра прилететь.
— Но мы всё равно переживаем. Чем сегодня будешь заниматься? Поделись со стариками — поинтересовался отец, морщась от слишком крепкого кофе.
"Как Тодд!" — на долю секунды промелькнула у меня мысль, а потом мозг завёлся, затарахтел, пытаясь по-скорому придумать хотя бы одно интересное занятие.
— Хочу дочитать книгу, а потом, может, пройдусь по магазинам. — соврала я, нервно теребя под столом нашивку-змейку на джинсах. А ещё лихорадочно пытаясь вспомнить, куда вчера, в состоянии неуёмной эйфории я задевала свои Moon boots. Надеюсь, не догадалась поставить возле входа?
Не знаю, что там думал Виталик, но я не собиралась ставить родителей в известь о нашей поездке.
— Неплохие планы! — улыбнулась мама.
Остаток завтрака прошёл в полном молчании. И, проводив родителей, я никак не могла унять внутреннюю дрожь и клокочущее сердце, решившее станцевать локинг**** в ожидании прихода любимого.
* Mountain High — горнолыжный курорт в 1,5 часах езды от Лос-Анджелеса.
*** High Bear Lake — ещё один горнолыжный курорт в 5 часах езды от Лос-Анджелеса.
**** Локинг — изначально назывался кэмпбэллокинг. Характерные локингу быстрые движения и мгновенные замирания на короткое время в различных позах дало название стилю («lock» (замок)). Локингу присуще четкие и очень ритмичные движения рук.
Глава 10
— Злат, ты уверена, что не замёрзнешь в этой куртке? — уже второй раз спросил Виталий и щипнул легкую, совсем не горнолыжную вещичку, отдыхавшую на моих коленях.
— Нормально. Я, скорее всего, кататься даже не буду.
— А что так? — удивился он, плавно и уверенно сворачивая на Santa Ana Freeway.
— Не особо люблю. Хочется просто снега.
Близко… Несмотря на огромный салон «Хаммера», он был настолько близко, что моё обычное красноречие комкалось в маленький и липкий шарик, застревающий в горле. Как огромная сладкая вата, если её сжать.
Всё пространство вокруг меня дышало им… Этим неповторимым ароматом едва уловимого, дорогого парфюма, которому Виталик оставался верен вот уже несколько лет и в который я была безумно влюблена, так же, как и в его хозяина. А ещё… Не могу до конца понять… Это был даже не запах. Скорее, энергетика. Какая-то витавшая вокруг него атмосфера мужественности, силы и нет-нет изредка, но ярко и громко проскальзывающих ноток сексуальности. Я и раньше улавливала их. Но теперь… Всё это сконцентрировалось в замкнутом пространстве автомобиля и плотно сбилось. Прямо, как мой дурацкий комок в горле.
— Только для начала нам с тобой нужно заехать на заправку. Совсем забыл, что у «Хаммера» бак почти на нуле.
«Нам с тобой». Боже! Я хочу каждый день слышать это из его уст!
— Конечно, — тихо мяукнула я и в который раз за последние десять минут глубоко вздохнула.
И пока мой любимый ловко управлялся с крышкой бензобака и «пистолетом», я, под прикрытием тонированных стёкол, жадно таращилась в зеркало заднего вида на его сильные, покрытые темной порослью предплечья…
Это был МОЙ мужчина. Я всегда это чувствовала, хотя на деле всё было совсем наоборот. Никогда и никого не принимала и не приму. Только Его… Но он был недосягаем для меня. Ни тогда, ни даже теперь.
— Ну? Готова? — голос Виталика слегка повеселел. И я лишь согласно кивнула, думая о том, что я не то слово, как готова! Там. Внизу… Просто насквозь…
Боже, какое бесстыдство!
Оставшийся час дороги до Mountain High я была ещё более немногословной. Только время от времени делала вид, что меня до чёртиков интересует пейзаж слева и вскользь, лишь краешком глаза ловила мелькавшие за окном пальмы, вскоре сменившиеся елями. На самом же деле я наслаждалась игрой солнечных лучей в тёмных, порядком отросших волосах Виталия, лежавших мягкими волнами на его шее. А ещё беспокойными пальцами нервно и беспощадно теребила нашивку-змейку на джинсах. К вечеру, точно, оторву.
Даже несмотря на то, что куртку я предусмотрительно накинула ещё в машине, морозный горный воздух успел позлорадствовать над моей кожей и заселить на неё тысячи мурашек.
— Замёрзла? — видимо, заметил, как я невольно поёжилась. — Ну, в крайнем случае будем сидеть в шале. Найдём, чем заняться. — продолжил Виталий.
— Шале? Мы же не с ночёвкой? — почему-то испугалась я.
— Нет, конечно. Думаю, родители не оценят, что их юная дочь не ночует дома. Но шале пригодится! Не будем же мы весь день торчать на морозе.
"Юная дочь"! Как будто я малолетка какая-то! Уф! Как же иногда бесило такое его отношение!
— Ну что? Закинем вещи и на трассу? — улыбнулся он. И такую его улыбку я уже очень долго не видела. С лета, наверное. И я не смогла устоять:
— Отлично! Только мне нужно переодеться в горнолыжный костюм.
— У тебя с собой горнолыжный костюм? — засмеялся он.
— Ну да. Мы же кататься приехали. Наверное… — неуверенно ответила я.
— А что же ты всю дорогу молчала, когда я переживал по поводу твоей куртки?
Он переживал?
— Не знаю…
— Не выспалась что ли, Злат? — усмехнулся Виталик и, казалось навечно, прилип ко мне взглядом.
Конечно не выспалась! А ты как думал!?
С одной стороны для меня было удивительно и странно, что он не замечает моих чувств. А с другой… Я молилась всем богам, чтобы он этого и дальше не разглядел.