Следак. Паритет интересов

– А чего говорят? – насторожился я и почувствовал, как Алинины ноготки впиваются мне в ладонь.
– Да по-разному. – Войченко хитро ухмыльнулся. – Кто-то говорит, что на тебя напало не менее десятка урок, другие – что их было два десятка. – Он не выдержал и заржал.
– Да, так все и было, – покивал я.
– Что было? – хором спросили мои посетители.
– Их было два десятка, и все с ножами, кастетами и цепями. Но я бился как лев. Раскидал этих уродов, а потом еще всех арестовал. И всё в одиночку. – Я гордо выпятил грудь.
Мое заявление вызвало дружный хохот. Смеялись все, кто находился рядом и слышал мое бахвальство.
– Да ты герой! Во дает! – послышались реплики из зала.
Оставалось лишь раскланяться.
– Не, ну серьезно, сколько их было? – докапывался до правды настойчивый Денис.
– Четверо, – пришлось признаться.
Смех прекратился, и на меня со всех сторон посыпались одобрительные возгласы.
– Надо было убегать, – не поддержал остальных один из пациентов, помятый жизнью мужчина, что занимал скамейку напротив нас вместе с женой и детьми.
– Неожиданно напали сзади, – соврал я. Понятное дело, если бы не Алина, я бы предпочел свалить, а не биться один против четверых.
Между пациентами, а это были сотрудники правоохранительных органов, сразу же завязался спор на тему, как надо было действовать и что бы они сами сделали в подобной ситуации. О нас на время забыли.
Участвовать в обсуждении мне не хотелось, так что я спросил о главном:
– А вы мне ничего вкусного не принесли?
– Принесли. – Людмила вытащила из портфеля два бумажных пакета. – Печенье с конфетами, – пояснила она.
– Круто, – отозвался я, предвкушая, как устрою сегодня пир.
– Ага, – сглотнув, поддержал меня Денис, голодным взглядом провожая перекочевавшие из сумки на мою скамью пакеты со сладостями.
Пришлось один раскрыть и поделиться со страждущим конфетой. Коллеги посмотрели на Войченко с осуждением. А он, вместо того чтобы устыдиться, выпросил у меня еще две и тут же их сожрал.
От возмущения я тоже отправил себе в род одну шоколадную.
Алина заботливо вытерла мне краешек губ пальчиком, я прифигел и печально посмотрел на Дениса, а этот гад вместо сочувствия показал мне большой палец.
Людмила с Ксенией растеклись в умильной улыбке.
– Ну, мы тогда пошли, – тактично начала отступать в сторону выхода Журбина.
Денис был явно против (и девушка красивая, и конфеты недоедены), но, подмигнув мне, послушно поплелся следом.
– Так я тоже уже ухожу, – слишком прытко для больного поднялся я со скамейки.
Не хотел я оставаться наедине с «моей девушкой», которую даже толпившийся здесь народ не смущает. Чтобы не оправдываться и не объясняться, я поморщился словно от боли.
– Да, да, конечно, – встрепенулась Алина. – Я к тебе завтра приеду, – напоследок обрадовала меня она.
– Ну зачем тебе ехать в такую даль? – принялся я ее отговаривать. – Меня же скоро выпишут, тогда и увидимся.
– Нет, я все же приеду. – Алина была непреклонна, завоевав тем самым симпатии моих коллег. Денис на этот раз показал мне два больших пальца.
– Альберт, не спорь, – одернула меня Журбина.
– Ладно, все, я пошел. До встречи. – Поняв, что спорить бесполезно, я забрал свои гостинцы и потопал в сторону лестницы.
В палате было все как обычно. Сосед стонал во сне, в окно опять барабанил дождь.
Кипу журналов я переложил на соседнюю пустую тумбу, а на свою сгрузил добычу. Достал ложку и уселся с банкой на кровать дегустировать принесенный мне плов.
Затем пришла очередь чая. Разжившись в коридоре кипятком, я высыпал сладости на тумбу и только уселся с полным стаканом на кровать, как в палату явилась медсестра капать соседу новое лекарство. В руках она держала небольшой поднос со всем необходимым.
– Смотрю, тебя посетительницы гостинцами задарили, – сказала она, развернувшись ко мне грудью.
До этого женщина демонстрировала мне задние полушария, проводя манипуляции с капельницей. А я тем временем уминал печенье с конфетами и смотрел очередное устроенное ею для меня представление.
 
– Хочешь конфетку? – спросил я, слизнув языком со своих губ шоколад.
– Хочу, – она ответно облизнулась.
Поставив уже почти пустой стакан на тумбу, я подхватил одну из конфет и сорвал с нее фантик.
– Иди сюда, покормлю, – поманил я медсестру сладким.
– А ты справишься? – с сомнением протянула она, сделав шаг в мою сторону и качнув бедрами.
– Сегодня ты будешь главной, – пообещал ей я.
Заинтересованно ухмыляясь, она сделала еще шаг.
ОТСТУПЛЕНИЕ
Головачев вылез из служебной машины. Прикинув, что провести в управлении придется не меньше часа, он отпустил водителя на обед. Сам же, чтобы не промокнуть, поспешил скрыться в здании.
Приехал он строго к назначенному времени, но отчего-то так вышло, что в кабинет начальника следственного управления подполковник зашел последним.
– Илья Юрьевич, наконец-то, – поприветствовал его грузный мужчина с хмурым выражением лица, сидевший во главе стола. – Товарищи, можно начинать, – обратился он ко всем остальным и зашуршал лежавшими перед ним бумагами.
Головачев занял свое место за столом и оглядел присутствующих. Начальник областного следственного управления Исаев Михаил Константинович в этом году отпраздновал пятидесятилетний юбилей, а годом ранее получил звание полковника и почетное звание заслуженного юриста. По правую руку от него сидел один из его замов Тишков Семен Варленович, почти месяц назад он приезжал к ним в отдел и стращал всех карами за повторное применение следователями залога. Место по левую руку от Исаева занял начальник городского следственного управления Назаров Петр Павлович, человек жесткий и прямой. Было непонятно, как он с такими чертами характера смог подняться так высоко. Дальше сидели коллеги – начальники следственных отделов города и области. С некоторыми из них, в основном с областными, Головачев прекрасно ладил, а вот с городскими конкурировал. Мерился с ними показателями, воевал за бюджет и кадры.
– Товарищи, – начал заседание Исаев, – из министерства опять прислали распоряжение об организации на местах работы по направлению недавно созданных в министерстве комиссий. – Полковник положил поближе к подчиненным стопку отпечатанных машинисткой копий распоряжения. – Нас к этой работе, без сомнения, привлекут в первую очередь, поэтому прошу внимательно изучить и проработать данный вопрос, а также предоставить свои предложения по организации работы комиссий на местах. Особое внимание уделите комиссии по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел, скорее всего, кто-то из вас войдет в рабочую группу.
– К какому сроку нужно предоставить предложения? – уточнил Назаров.
– До конца первой декады октября, – задумавшись на пару секунд, сообщил Исаев.
– И не тяните, товарищи, – вторил начальнику его заместитель. – Шафиров уже насчет одной из комиссий подсуетился. Создал в управлении группу по вопросам политико-воспитательной работы среди личного состава. И если мы затянем работу, то нас обязательно ткнут носом в его успехи.
– Так это же Шафиров, – усмехнулся Назаров, – умеет держать нос по ветру и знает, как угодить министерским.
– За это его и прозвали непотопляемым, – глубокомысленно заметил Тишков.
– Непотопляемый он из-за своих связей. Знает, с кем надо дружить, – некорректно высказался о заместителе начальника управления МВД по кадрам Назаров.
– Это вы, Петр Павлович, намекаете на Свиридова, что недавно в горком перешел? – ухмыляясь, поинтересовался Тишков.
– Товарищи, товарищи! – призвал всех к порядку Исаев, пресекая обсуждение главных лиц города. – Переходим к следующему вопросу. – Полковник окинул всех строгим взглядом. Убедившись, что подчиненные вняли его предупреждению, он положил перед собой несколько листков бумаги, скрепленных скрепкой. Сидевшие рядом разглядели, что это копии. – Наставление за подписью самого министра, – озвучил он название документа.