Их новенькая. Том 1
– А тебе важно всё, что важно Роберту, да? И не важно, что важно мне! Ты не находишь, что помешалась на его желаниях?!
– Не смей так говорить! – сжимает она кулаки. – После всего, что я для тебя… что для нас сделал Роберт, не смей!
– Господи, – закатываю я глаза и отворачиваясь к окну, чувствуя смесь стыда и злости, – ты же сама и устроила мне взбучку за то, что я просто выходила из комнаты Никлауса, но всё равно хочешь, чтобы он жил с нами?
– Хочу! И ваши отношения здесь ни при чём!
– Тогда в чём дело? – вновь поворачиваюсь я к сестре. – Роб и Ник и раньше жили порознь! Что изменилось? Почему я обязана идти и производить хорошее впечатление на человека, который терпеть меня не может?
И я не придумываю. Линда Гросс, пусть и не на прямую, но значительно усложняет мою студенческую жизнь. Все мои работы просматриваются под лупой, отсюда идут команды переделай то или это. Некоторые преподаватели даже смотрят на меня с сочувствием! А я ведь вот уже неделю не общаюсь близко ни с одним из её сыновей, пусть они и предпринимают попытки ко мне приблизится.
Но этой женщине всё мало! Теперь она поставила условие Роберту. Мол, она не может позволить сыну жить с отцом, потому что её озадачивают те слухи, что ходят по её колледжу по поводу его подопечной, потому ей давно стоило лично познакомиться с его новой семьёй.
Словно она вообще намерена пересмотреть своё отношение ко мне!
Ну что за бред? Я не хочу туда идти!
– Мне нужна веская причина, Вика! – продолжаю я настаивать.
– Веская причина, вредная ты девчонка? – недобро сужает она глаза. – Моя беременность подойдёт?!
– Что…
Я теряюсь, мгновенно забывая обо всём на свете, а Вика… Моя сестра больше не сдерживает слёз, причитая:
– Мы не планировали, понимаешь? Не сейчас. Мы же только-только приехали… Но это случилось. Я… я не хочу забирать у Никлауса отца. Боюсь, что он будет ревновать, Роберт рассказывал… Ань, я просто хочу, чтобы его стерва-бывшая позволила мальчику жить у нас, пока… Пока между ними не будет стоять мой ребёнок…
– Боже, Вика, – выдыхаю я и кидаюсь к ней с объятьями. – Ты беременна… Ты скоро станешь мамой! Боже, я так рада за вас! Вик, я пойду! Конечно же, я пойду на этот чёртов ужин и буду настолько очаровательной, что у миссис Гросс не останется и шанса удерживать Ника возле себя и дальше. Прости, что была такой стервой…
– Спасибо, Анют, – крепко обнимает она меня в ответ и отстраняется, чтобы неловко улыбнуться и смахнуть слёзы с глаз. – Угу, стану мамой. Ты и не представляешь, как мне страшно.
– Почему?
– Боюсь, что не справлюсь… Что буду, как она…
– Нет! С ума сошла? Ты будешь потрясающей матерью, самой заботливой, доброй, понимающей и немножко строгой, – улыбаюсь я ей. – Я знаю это, потому что именно такой мамой ты однажды стала для меня.
– О, Анют! – с новой порцией слёз, порывисто обнимается меня Вика. – Спасибо. Я тебя безумно люблю, знаешь ведь?
– Знаю, и я тебя люблю, Викусь.
– Ну всё, – шмыгает она носом. – Мне теперь из-за тебя макияж поправлять. Одевайся и спускайся вниз, ясно?
– Слушаюсь и повинуюсь, – шутливо отдаю я ей честь.
Сестра на мгновение задерживается у двери, глядя на меня благодарным взглядом, а затем уходит. Я без сил опускаюсь на кровать и пытаюсь осмыслить новую реальность. Моя сестра беременна. Я стану тётей маленькому человечку. Братику или сестрёнке Никлауса.
Господи, я даже в этой ситуации вновь думаю о нём!
Это невыносимо.
Скреплю зубами, решительно поднимаюсь на ноги и иду к шкафу за синим платьем.
Скоро я увижусь, и с Никлаусом, и с Оливером. И на этот раз резко развернуться в другую сторону и слабовольно сбежать, как я это делала в коридорах колледжа, не выйдет. Мне придется встретиться с ними обоими лицом к лицу.
Да будет так.
Спустя примерно час мы втроём входим в дом семьи Гросс, и ко мне маленьким ураганом несётся Молли. Я так рада её видеть, что проблема её братьев и матери уходит на задний план.
– Ани-и-и! – визжит девочка, прежде чем запрыгнуть ко мне на шею.
– Привет, Кнопка, – крепко обнимаю я её в ответ, неосознанно воспользовавшись прозвищем, которое ей дал Никлаус.
– Здравствуйте, Роберт и Вики, – вновь оказавшись на земле, вежливо замечает она, а затем спрашивает у отца, который нам открыл двери: – Пап, можно я покажу Ани свою комнату?
Малышка успела перехватить меня за руку и теперь тянет к лестнице, словно задала вопрос ради приличия, не больше.
Но мистер Гросс всё же отвечает:
– Конечно, малыш. Ужин всё равно ещё не готов. Мы вас позовём.
– О, мы пришли рано? – слышу за спиной взволнованный голос сестры.
– Нет-нет…
– Ани, у меня тоже есть куклы! Много! Я тебе их сейчас все-все покажу! – обещает малышка, пока я озадаченно размышляю над её добавкой: «тоже».
Неужели они с Никлаусом разговаривали обо мне, и он рассказал ей о моих куклах? Ха, вот только он наверняка забыл упомянуть о том, что разбил одну из них забавы ради.
Я хмыкаю самой себе, а затем вхожу в просторную и светлую комнату вслед за её хозяйкой. Молли тут же выпускает мою руку и спешит к стене справа, по которой тянется полый шкаф белого цвета в виде многокомнатного дома с крышей, сплошь забитого разнообразными игрушками. Шкаф настолько огромный, а игрушек так много, что я невольно завидую безбедному детству девочки. Я в её возрасте о таком могла только мечтать.
Улыбаюсь немного грустно и осматриваюсь.
Комната маленькой семилетней девочки, как она есть. Всё воздушное и бело-розовое. Очень гармонично и мило.
– Вот, Ани! Иди сюда! – зовёт меня Молли, набрав в руки столько кукол, сколько в них могло поместиться.
Я тихо смеюсь и спешу помочь малышке рассадить своих подопечных за маленьким чайным столиком у окна. Она спихивает со стульев мягкие игрушки, которые, очевидно, чаевничали в прошлый раз, и садит на их места больших и маленьких кукол.
– А имена у них есть, Молли? – присаживаюсь я на пол у столика.
Малышка забавно морщит носик и, кажется, выдаёт первые пришедшие на ум женские имена, по очереди указывая на каждую пальчиком. Я улыбаюсь и киваю. А затем она интересуется:
– А у твоих есть имена?
– Конечно.
– Ты меня с ними познакомишь? Ник рассказывал, что они у тебя очень хрупкие, это правда? Что это за куклы, с которыми нужно играть с большой осторожностью?
– Это фарфоровые куклы, – улыбаюсь я ей. – Моя сестра, Вики, дарила мне одну такую за каждый учебный год, оконченный на одни пятёрки. Это такая система оценок в той стране, из которой я приехала. Так вот, я очень старалась хорошо учиться, и теперь на моей полке пять очень красивых и, как правильно заметил твой брат, хрупких кукол. Они служат больше для красоты, чем для игры, но я обязательно дам тебе их поиграть, если ты захочешь.