Аркадия

Я не могла.
Увременибыло достаточновремени, чтобы меня вылечить, заставить забыть, научить жить по-другому. Но ничего не получилось и вряд ли когда-нибудь получится, даже если я нацеплю свою широкую улыбку и притворюсь примерной женой. Я всё равно однажды всё испорчу, сломаю Роману жизнь, я это умею, а он слишком хороший, он не заслуживает, никто не заслуживает. И занозу надо вырвать, пока возможно.
– Ты какая-то загадочная сегодня, – проговорил Роман, когда мы уже несколько минут молча ехали по шоссе.
– Почему? – пискнула я, решив, что он вдруг прочитал мои мысли и обо всём сам догадался.
– Да не знаю, – пожал он плечами. – То светишься, как софтбокс, без остановки рассказываешь мне про траву и лишайники, заставляешь трогать песок, а то мрачнеешь и куда-то в себя погружаешься. Если что-то случилось, Мир, ты расскажи. Я решу.
Почему ещё никто не изобрёл женский набор для выживания в диких условиях? В него должны входить упаковка тампонов, пара шоколадок, красная помада, штопор и методичка «Как расстаться с хорошим парнем». Я бы купила.
– Или ты просто думаешь о том, как после всей этой местной красоты возвращаться в Москву? – улыбнулся Роман, наклеивая на занозу пластырь.
– И это тоже, – кивнула я.
Но ещё…
Но ещё…
– Но ещё…
– Так, а это у нас что? – вдруг притормозил он, вглядываясь в указатель с левой стороны дороги. – Кажется, там едальня какая-то. Не знаешь?
Я прищурилась, пытаясь рассмотреть надписи в вечернем сумраке.
– Я не была тут в этом году, но раньше там действительно было кафе. Небольшое, прямо на дюне, с террасой и видами на море. Но, насколько я помню, оно рано закрывалось.
– А судя по припаркованным машинам… Дойдём и посмотрим, может?
– Давай, – согласилась я.
Маленькое кафе на берегу моря – это хорошее место для больших плохих новостей.
Мы оставили автомобиль на стоянке и двинулись по широкой асфальтированной дорожке, вскоре превратившейся в привычный деревянный настил, в сторону заведения, которое, по всей видимости, всё же работало: на фоне потемневшего неба мерцали огни, доносилась музыка, а на террасе виднелись люди. Но когда мы подошли совсем близко, навстречу нам выбежала девушка в фартуке официантки, натянула вежливую улыбку и сообщила, что они закрыты на спецобслуживание.
– Приходите завтра, мы открываемся в десять, – протараторила она. – А если хотите спуститься к морю, то воспользуйтесь вон той тропой и лестницей, пожалуйста.
Мы с Романом разочарованно переглянулись и хотели было развернуться и уйти, когда за спиной нетерпеливо перекатывающейся с носка на пятку официантки появилась… Светка. Посмотрела на нас мельком, сделала пару шагов и остановилась, обернулась, удивлённо округлила глаза. Но не успела я с тоской подумать, что вот только её сейчас и не хватало, как она громко воскликнула:
– Роман?!
И теперь таращить глаза пришлось уже мне.
– Вы что, знакомы? – тихо спросила я у пока ещё своего жениха.
– Да вроде нет, – отозвался тот, озадаченно вглядываясь в радостное лицо спешащей к нам Светки.
– Вы же Роман Синицын, да? Это точно вы, я вас узнала! Господи, с ума сойти! – восторженно заверещала она, суматошно размахивая руками и обдавая нас ароматом своих цветочных духов.
– А вы, простите?..
– Меня Света зовут, – представилась она, не отрывая блестящих глаз от Романа. И замолчала – будто выключили.
– Очень приятно. А мы… встречались раньше?
– Да! – выдохнула Светка. – Я… я видела вас в интернете!
Я не удержалась и закатила глаза.
Роман был человеком известным, но в очень, о-о-очень узких кругах. Он владел продюсерским центром и занимался продвижением топовых артистов и блогеров, при этом старательно избегал всякой публичности, предпочитая оставаться за кадром и творить магию делом, а не лицом. И хотя после ряда успешных проектов о нём писали в различных изданиях и приглашали на интервью, а в век социальных сетей и правила «Не выложил – значит не было» ему волей-неволей приходилось мелькать в сториз и видеороликах своих протеже, эта популярность всё равно оставалась довольно нишевой и совершенно не мешала жить. За пределами селебрити-тусовки узнавали его крайне редко, и я даже предположить не могла, что однажды узнают вот тут, в крошечном посёлке на сотню жителей.
И не абы кто, а Светка, которая, подавив этот неуместный щенячий восторг от встречи со «звездой», кое-как взяла себя в руки и принялась сбивчиво рассказывать, где именно в бескрайнем интернете она Романа видела, как она восхищается его способностью превращать обычных людей в знаменитостей, за карьерой кого из его подопечных она следит с особым интересом, а кто, по её скромному мнению, которое не спрашивали, не очень-то достоин признания и славы.
За ту вечность, что длился этот страстный монолог – хотя, конечно, прошло не больше минуты, – официантка благополучно сбежала, а я, испытывая все оттенки неловкости, жутко ей завидовала, но продолжала топтаться рядом и искренне сочувствовать Роману, которой улыбался, кивал, но выглядел настолько не в своей тарелке, что я забила на правила приличия и отправилась его спасать.
– Свет, слушай, всё очень увлекательно, но нам уже пора, – бесцеремонно перебила я, и Роман положил руку мне на поясницу, притянул к себе, словно благодаря на языке тела, но…
Но вышло неудачно. Я рефлекторно и, как мне казалось, незаметно отстранилась, не чувствуя права на его объятия, а уж тем более на виду у Светки, тут же осознала, как странно это может выглядеть со стороны, беспокойно завертелась, но смогла выкрутиться лишь в ещё более нелепую позу, а моё платье-кимоно воспротивилось всем этим телодвижениям и слегка распахнулось на груди – совсем немного, невинно, на пару сантиметров, но я машинально поправила его рукой. Той, с кольцом. А Светке, внезапно переставшей видеть чёрную дыру на моём месте, не понадобились солнечные лучи и прочие иллюминации, чтобы рассмотреть булыжник размером с Африку на пальце. Ей хватило родиться женщиной.
– Так вы чё, вместе, что ли? – проговорила она изумлённо, а затем хитро, даже зловеще прищурилась, протянув: – Ой, Ми-и-ира!
– А вы, получается, знакомы? – спросил меня Роман.
– Миру тут все знают! – воскликнула Светка и многозначительно дёрнула бровями. – И очень любят!
Я только поджала губы.
– А мы так вообще с детства дружим! – вполне убедительно добавила она, ухмыльнувшись.
– Да? – снова повернулся ко мне Роман.
Мне очень хотелось сказать,чтоя на самом деле думаю о Светке, но вот объяснять,почемуя так думаю, не хотелось совершенно, поэтому я лишь невнятно процедила:
– Типа того.
– Это круто! – Роман заметно расслабился, перестав видеть в приставучей кудрявой девчонке угрозу вечеру. – Я как раз хотел познакомиться со всеми твоими друзьями, а ты их целый день от меня прятала, только Илью показала.