Короли старшей школы

– Ты переодеваешься?
Мои глаза случайно натыкаются на Викторию справа, когда он говорит, у ее губ застывает виноградина.
Она хмурится, медленно кладя ее на стол.
– С меня хватит.
Я хмурюсь в ответ.
Кэптен выходит, и она резко выпрямляется.
Он кивает ей, затем направляется к шкафу за обувью.
Ее глаза бегают по комнате, затем останавливаются на двери ванной перед балконом, и я удивляюсь.
– Здесь больше никого нет.
Она смотрит мне в лицо. Она хочет спросить, и она могла бы спросить, если бы Кэптена здесь не было. Ей придется поработать над этим, если она хочет добиться успеха, и мне нужно, чтобы она это сделала, ей придется научиться говорить самой.
Я падаю рядом с Кэпом на кровать.
– Ты готова? – спрашивает он.
Для первого дня в новых ролях.
– Нужен ли нам план? Я имею в виду, мы идем туда с объявлением или позволяем им самим догадаться?
– Мы им немного поможем, но я уверен, что Коллинз позаботится о том, чтобы слухи распространились. – Он смотрит на меня с минуту. – Тебя это устраивает?
Я киваю.
– Ты уверена?
– Не спрашивай меня об этом, Кэптен. Я же здесь. – Я смотрю на него. – Я уверена.
Его взгляд скользит за моим плечом и задерживается там, так что я оглядываюсь: Виктория смотрит на нас.
Она понимает намек и бесшумно выходит на балкон.
Я поворачиваюсь к Кэптену.
Его взгляд смягчается.
– Я не хочу давить на тебя. Возможно, все изменилось в том, что нас ждет дальше, но кроме этого пока ничего не изменилось, если вообще когда-нибудь изменится. Мне нужно, чтобы ты сказала мне, когда будет слишком.
– Я скажу, – соглашаюсь я. – Так что тебе тоже стоит сообщить, если когда-нибудь будет недостаточно. Этот мир быстро развивается, и мы должны идти в ногу со временем.
– Согласен. – Его взгляд перемещается на балкон.
– Почему она выглядела так, будто ожидала, что из ванной выйдет Мэддок?
– Потому что я попросил Мейбл прислать ее сюда с твоей одеждой. – Он пожимает плечами. – У нее не было причин предполагать другое.
Верно.
Он смотрит на еду.
– Ты ничего не ела.
– У меня нет аппетита.
– Тебе нужно поесть.
– Тебе тоже.
Покачав головой, он встает.
– Пора ехать. – Он хватает ключи и тянет телефон к уху, когда за ним закрывается дверь.
Я встаю и смотрю на Викторию.
Ее взгляд двигается с кровати на меня.
– Где Мэддок?
– Я не знаю. На пути в школу? – Мой взгляд тяжелеет.
Давай, Ви. Не будь слабачкой.
Она хмурится, на мгновение поджимает губы, идет мимо меня.
Мои плечи опускаются, но потом она резко оборачивается и наконец спрашивает о том, что хотела узнать.
– Почему вы двое здесь одни?
Я подхожу к ней:
– Не заставляй меня быть той девчонкой и делать все возможное, чтобы поплакать над дерьмом. Тебе нужна информация, а мне – чтобы ты задала вопросы.
Она с яростью таращится на меня с минуту, но, пока я смотрю в ответ, она успокаивается.
– Хорошо, – соглашается она.
Я дергаю головой:
– Пойдем, расскажу тебе все по дороге.
 
* * *
По дороге в школу Виктория почти ничего не говорила, когда я рассказывала ей все, что могла, и она была погружена в свои мысли.
После раздумий она говорит мне прямо:
– Ты бы на это не согласилась. Кэптен да, но не ты.
Я перевожу взгляд на Кэптена.
Он внимательно смотрит на дорогу, а руками крепко сжимает руль.
– Это все чушь. – Она непреклонна. – Я знаю тебя достаточно хорошо.
– Сначала я сказала нет, – признаю я.
Она ничего не говорит, поэтому я ловлю ее пристальный взгляд.
Виктория еще сильнее щурится, в ее глазах появляется раздражение и озарение:
– Ты позволила ему принудить тебя к этому.
– Что за хрень! – Кэптен кричит. – Я бы никогда ни к чему ее не принудил! И вообще никого не принудил бы!
– Я не о тебе, – говорит она ему, не сводя с меня глаз. Виктория не отступает. Она ерзает на своем сиденье и требует информации, как я ее и просила. – Я не знаю, как ты стала такой, какая ты есть, но ты не из тех, кто заботится о себе, Рэйвен. Ты бы никогда не сделала того, что, по твоему мнению, могло бы причинить им боль, особенно Мэддоку. Просто скажи мне, что он тебе чем-то угрожал.
– Не отвечай, Рэйвен, – огрызается Кэптен.
– Почему? – дерзко отвечает она. – Не можешь смириться с правдой?
– Заткнись. – Он бросает быстрый взгляд в ее сторону и ускоряется, въезжая на парковку, потом глушит двигатель. Он оглядывается на нас двоих, затем выходит из машины, ждет нас впереди.
Я оглядываюсь на Викторию.
– Он сказал, что уйдет от них. Я этого не допущу.
Она удивляется, но просто смотрит. Через несколько секунд, однако, ее лицо искажается, брови хмурятся, она продолжает смотреть на меня.
Она делает что-то среднее между покачиванием головой и кивком.
– Ты можешь сказать нет, ты можешь убежать. На дворе не восемнадцатый век.
– Ты права, – отвечаю я, не сводя глаз с Кэпа. – В наши дни есть оружие и жадность. Лучшие замки и более прочные стены. Я могла бы уйти, сказать нет, но, если я уйду, они превратят их жизнь в ад и, скорее всего, найдут способ забрать меня, несмотря ни на что. Меня запрут, и я буду служить цели только ночью. Они убьют себя, пытаясь вызволить меня оттуда, где я никогда не должна была оказаться. Кроме всего этого, Мэддок уйдет, если я сделаю что-нибудь еще. Это его способ гарантировать себе самому, что я в безопасности, зная, что я не позволю им пострадать от моей руки.
Если я скажу нет или уйду, они потеряют друг друга, Зоуи потеряет своего отца. Этот город потеряет надежду, и Грейвены победят.
Нет.
– Он вынудил тебя.
Я смотрю на Викторию.
– Как я могла ему отказать?
Ее взгляд перемещается на лобовое стекло. Она шепчет:
– Это великодушно с твоей стороны.
– Нет. – Я смотрю на Кэптена. – Это великодушно с его стороны. – Медленно мы встречаемся взглядами. – Он тебе нравится, не так ли?