Дорогой парадокса
– Джейк? Наконец-то, Джейк. Это Кларк! Ты узнал меня?
– Кларк! – завопил я. – Что, черт возьми? Где ты? Как ты?
– О, замечательно! – ответил Кларк – Но рядом со мной человек, который хочет видеть тебя, Джейк. Я завис приблизительно в полукилометре. Вон там
– ваш дом? Нечто навязчиво-желтое?
– Спускайся сейчас же! – заорал я и поспешил из дома; корабль как раз приземлялся.
– Дарла!
– Джейк! Джейк, любимый!
И снова она была в моих объятиях – теплая, живая! И не беременная больше…
– Ты этого хотел, – заявил Кларк, вручая мне младенца. Сын!
Я не мог говорить, зато Сэм вставил свое слово:
– Ну, просто твой портрет!
– Это было примерно так, – начал Кларк, – я возвращался назад на Микрокосмос и вдруг сказал себе: «Ты большой идиот, это же машина времени…» Я вернулся немного раньше, оказавшись в том хаосе. Дарла была в плохой форме, и я чуть не потерял ее, когда проходил сквозь цилиндры. Вы даже представить себе не можете, каково пролетать близко от них. Я едва не лишился корабля. Прайм точно описался бы! Итак, я схватил Дарлу и поспешил на завод, где ее привели в порядок… – Кларк пополз обратно в корабль. – У меня нет никаких сил.
Дорожное полотно пересекало равнину, устремившись к порталу. Цилиндры выросли на фоне желтого неба – неумолимые, как ангелы в Судный день, а за ними – бесконечность.
– Что у нас со скоростью, Сэм?
– Не спрашивай меня, я пеленаю младенца.
– Дарла?
– Погрей эту бутылочку, Джейк, ровно одну минуту.
– Эй, люди, я же не могу одновременно заниматься этим и еще вести машину и следить за показаниями приборов. Зоя?
– Тридцать метров в секунду и постоянно растет.
– Хорошо… Дарла, ты что, не можешь успокоить ребенка?
– Он весь в отца.
– И в дедушку, – добавила Зоя.
– Сын, нам не следовало брать с собой женщин.
– Ты прав, Сэм. Я всегда говорил… Входные маркеры! Всем пристегнуться. Немедленно!
Все в порядке. Маркеры остались позади. Нас ждет самое долгое и самое прекрасное путешествие. Я оглянулся – все сидели, как следует пристегнувшись, включая маленького Самуэля Джекоба, в его специальном маленьком кресле.
Мы проскочили через портал, и ворота в бесконечность широко распахнулись…