Не совсем леди
– Я все время думаю о вас, – снова заговорила она. – Прошлой ночью, лежа в постели, я никак не могла заснуть…
Дариус приложил палец к ее губам:
– Не надо, не говорите…
Однако Шарлотта решительно убрала его руку.
– Это дурно? Я законченная распутница? Я слишком бесстыдна?
– Конечно, нет! – воскликнул Дариус. – Мне совсем так не кажется.
– И хорошо, что не кажется. – Шарлотта взяла лицо Дариуса в ладони и приникла к его губам. Это был долгий и сладкий поцелуй.
Не в силах более сопротивляться, Дариус обнял ее. Шарлотта тут же прильнула к нему, и они оба повалились на груду белья, а когда она тихонько рассмеялась, он рассмеялся в ответ.
Руки Шарлотты скользнули под сюртук Дариуса, и везде, где они прикасались к нему, он чувствовал тепло. Постепенно в его груди стало рождаться непонятное чувство, которое накатывало на него волна за волной. Хотя Дариус не знал, что именно Шарлотта в нем пробуждала, и не мог найти этому подходящее название, ему это, похоже, вовсе не было нужно.
Дариус поцеловал ее шею и стал ласково гладить ее тело, а Шарлотта вздыхала и извивалась под его прикосновениями. Потом их тела переплелись. Они исступленно целовались, катаясь по грудам белья, пока Шарлотта не взгромоздилась на Дариуса верхом.
Его руки поползли под ее юбки, и она стала торопливо расстегивать пуговицы на его брюках; волосы Шарлотты распустились по плечам, глаза блестели, и вся она была похожа на прекрасную дикарку.
– Я хочу вас…
– И я…
Некоторое время они не могли оторвать взгляда друг от друга, а потом Шарлотта стала исступленно ласкать его.
– Так? – спрашивала она. – Правильно?
– Что бы вы ни делали, вы все делаете правильно, – шепнул Дариус, качаясь на горячих волнах наслаждения; затем он протянул руку к ее лону и коснулся теплого облака женского естества.
– Ваши руки! – воскликнула она. – Ваши руки! – Ее голос дрожал.
– Идите ко мне!
Шарлотта мгновенно поняла его, и когда она немного приподнялась, он вошел в нее.
– Ах! – выдохнула она. – Это так… хорошо!
– Да, очень… – Дариус потянулся к ней, привлек ее к себе, и их губы соединились в долгом сладостном поцелуе, тогда как тела двигались в простом и счастливом ритме.
Наконец по тому, как затрепетало ее тело, Дариус почувствовал, что она приближается к вершине. Не отрываясь от нее, он скатился вместе с ней на бок; с каждым движением ее тело пульсировало, без остатка отдаваясь ему и всей гамме охвативших их обоих ощущений.
Дариус прижался губами к ее шее, его тело пульсировало в унисон с ее телом. Он слышал ее приглушенные крики, когда Шарлотта вместе с ним двигалась к максимуму наслаждения, которое только в состоянии дать человеческое тело.
Когда наконец их страсть утихла, Дариус обнял Шарлотту и поцеловал ее, а потом засмеялся. Он был в восторге от нее, от них двоих, соединенных в единое целое. Теперь для него никакого труда не составляло понять то, что говорило ему сердце, и высказать это вслух.
– Я люблю вас. Люблю. Люблю.
Глава 13
Шарлотта с трудом верила своим ушам, но она отлично знала, что мудрая женщина не станет искать подтверждения этих слов: она придержит свой язык и не станет рисковать, боясь испортить волшебство момента и спугнуть сказку.
Но увы, Шарлотта не относилась к числу мудрых женщин.
– Скажите это еще раз, – попросила она. Дариус чуть отстранился от нее. – Что?
– То, что вы сказали.
– Но я ничего не говорил. – Его голос казался веселым и беззаботным.
– Нет, говорили, – настаивала Шарлотта.
– Да нет же, вам послышалось.
– Ничуть не послышалось. Вы точно говорили. Последовала долгая пауза, после которой Дариус мрачно спросил:
– Мне обязательно это повторять?
– Да.
– Я забыл, что сказал.
– Ну так вспомните.
Дариус вздохнул, затем тихо кашлянул и наконец, смущаясь, шепнул ей на ухо:
– Я люблю вас. Надеюсь, теперь вы довольны, несносная девчонка?
– Да. – Шарлотта хихикнула. – Очень довольна. То, как они занимались сегодня любовью, было еще лучше, чем в прошлый раз, и это казалось Шарлотте похожим на чудо. Она и предположить не могла, что можно быть такой счастливой. После того как Дариус произнес заветные слова, у нее словно камень с души свалился.
– А теперь ваша очередь.
– Очередь? – не поняла Шарлотта.
– Я знаю вас гораздо лучше, чем вы думаете. Вы живете, руководствуясь чувствами, и ни за что не стали бы заниматься любовью, если бы не испытывали ко мне никаких чувств.
– Может быть, мне признаться, что сегодня хорошая погода?
– Вы несносны: вам нравится меня дразнить.
– Да. – Она кивнула.
– Ну же, Шарлотта, – продолжал настаивать Дариус, – скажите мне что-нибудь.
Она тихо рассмеялась и слегка толкнула его кулаком в грудь, потом набрала в легкие воздуха и шумно выдохнула.
– Я люблю вас, – торжественно произнесла Шарлотта.
Дариус испытующе посмотрел на нее, и его золотистые глаза вспыхнули восторженным огнем.
– Правда любите?
– Ничего не могу с собой поделать: кажется, это сильнее меня. Вы стали моей дурной привычкой…
– Что ж, я не возражаю против того, чтобы стать одной из ваших привычек, – с облегчением сказал Дариус. – И я нахожу вас невероятно очаровательной. – Он крепко поцеловал ее. – Но сейчас нам нужно потихоньку разойтись: у нас слишком мало времени. Не уверен, что из моей идеи долгого ухаживания что-нибудь выйдет. – Дариус вздохнул. – Если мы и впредь будем продолжать в том же духе, дело может закончиться публичным скандалом. Удивительно, как нас с вами до сих пор еще не поймали с поличным.
– Боюсь, тут вы правы, – кивнула Шарлотта. – Так легко потерять голову и действовать неблагоразумно! Нет ничего удивительного в том, что длительные помолвки обычно не приветствуются. Если ты неравнодушен к человеку, очень трудно сохранять с ним дистанцию. К тому же миссис Бэджли была права, прачечные – это все равно что Содом и Гоморра: здесь столько соблазнов, а еще кипы мягкого белья, на которых можно лежать…
– Поэтому нам лучше забыть сюда дорогу, – заметил Дариус. – По крайней мере до свадьбы.
– Но сначала нам нужно найти прачек, – напомнила Шарлотта.
На лице Дариуса появилось страдальческое выражение.
– Не напоминайте мне о прачках. То прачки, то доярки. Впрочем, так и быть – я их найду.
Пока они говорили, Дариус привел в порядок свою одежду и помог одеться Шарлотте, проделав все без излишней суеты. Затем он помог Шарлотте подняться, что было нелишне, поскольку после бурных занятий любовью она чувствовала себя слабой и утомленной.
И тут в голове Шарлотты внезапно пронеслось: «Усадьба!» Как бы им не забыть о важном деле, из-за которого Дариус появился в Бичвуде!
– Послушайте, мистер Карсингтон, – официальным тоном сказала она.
– Дариус, – поправил он. – Учитывая ситуацию, думаю, мы можем обращаться друг к другу менее официально.
– Хорошо, пусть будет «Дариус», – произнесла Шарлотта, наслаждаясь звучанием его имени, и тут же покачала головой: – Боюсь, еще не время: я пока не готова, и так мне будет еще труднее сохранять с вами должную дистанцию. К тому же я обязательно попаду впросак и назову вас так на людях. Лучше не будем торопить события. Может быть, я стану вас так называть после того, как произойдет официальная помолвка, или даже после того, как мы поженимся. А что касается всех этих вещей – ухаживания, свадьбы…
– Что касается этих вещей – я не уверен, что мы сможем ждать целый год. С вами я с трудом сдерживаю себя.
– И возможно, я тоже виновата, потому что выступаю в качестве подстрекателя.
Дариус, не выдержав, снова улыбнулся:
– Мне очень нравится то, как вы меня подстрекаете…
– О Господи, моя туфля! – внезапно вспомнила Шарлотта. – Я о ней совсем забыла. Я не могу вернуться домой, обутая в одну туфлю. – Она опустилась на колени и стала ощупывать белье.