Воздушная гавань

— Мышонок! — воззвал Роуль. — Помощь близка.
Встрепенувшись, Чириако принялся всматриваться во тьму, словно пытался нашарить взглядом источник звука, но даже отменное зрение боерожденного не позволяло хоть что-то различить в черноте за пределами относительно узкого, но хоть как-то освещенного кольца вокруг них.
— Возможно, это последняя возможность уступить, сержант, — сказала ему Бриджет. — Уходите сейчас.
В груди Чириако что-то глухо заворчало.
— Кошки — злобные мелкие твари, но и им меня не испугать, мисс.
Несколько других аврорианцев тихо обменялись парой отрывистых слов на языке родного Копья, но умолкли, стоило Чириако повторить недавно прозвучавший приказ. Затем глаза его округлились, и он рявкнул новое распоряжение. Аврорианцы обменялись быстрыми взглядами, но опустили свои перчатки и стали пятиться, отступая в ту же сторону, откуда явились.
— Вы пойдете со мною, мисс, — тихо произнес Чириако. — Альбионец! Да, ты, отойди к своей подружке на полу. Мы уходим.
Бенедикт прищурил глаза, но затем его ноздри раздулись, и он кивнул, словно бы понял что-то. Шаг за шагом, медленно он отошел туда, где лежала Гвен.
— Вспомни, — сказал он Бриджет, — наш первый урок.
Бриджет захлопала веками.
Первым, что ей предстояло освоить, как часто повторял Бенедикт прежде, чем перейти к практическим занятиям, было падение. Падать нужно правильно.
Ну, еще бы… Только первый урок заключался в другом, верно ведь?
Это выглядело чистым самоубийством, но… Вероятно, в подобных вопросах суждение Бенедикта окажется весомей ее собственного. Поэтому, хотя сердце ее забилось от внезапно нахлынувшего, тряского ужаса, Бриджет пришла в движение. Уперев ноги в пол, она вцепилась обеими руками в правое запястье Чириако, одновременно со всею силой склоняясь вперед — как сделала бы, швыряя вперед висящий на спине тюк мяса.
Очень быстро, одно за другим, произошло несколько важных событий.
Во-первых, на ее шее сомкнулось какое-то подобие пышущего жаром воротника. Чириако не был новичком в рукопашном бою; вместо того чтобы оказаться брошенным через плечо девушки, он сделал два быстрых, плавных шага, выбежав из-за нее, и в результате оторвался от плит пола всего на несколько дюймов.
Едва приняв на расставленные ноги вес двух человек — и аврорианца, и свой собственный, — Бриджет изо всех сил дернулась назад, спиной вбивая раненое плечо Чириако в копьекаменную стену. Тот издал короткий вопль изумления и боли, и мертвая хватка на ее горле наконец ослабла.
Трескучее копье эфирной энергии прожгло поле зрения Бриджет; выпущенный кем-то заряд угодил точно в голову одному из аврорианцев, заставив десантника рухнуть безжизненным мешком. За первым зарядом, после короткого перерыва, последовало еще три выстрела, — и хотя два ушли в тьму туннеля, третий все же достиг цели: разворотив бедро аврорианцу, он лишил его равновесия и повалил на пол.
Бриджет никак не могла меряться силой с крепкими мускулами боерожденного. Обе ее руки не лишили его предплечье возможности двигаться.
Поэтому, вновь и вновь продолжая биться всем телом о его раненое плечо, она ухватила Чириако за палец и обеими руками резко заломила его назад.
Чириако яростно выкрикнул незнакомое слово, и тогда Бриджет почувствовала, что летит, — правда, полет был не долог и оборвался в момент удара о дальнюю стену туннеля. Сногсшибательное ощущение, особенно момент падения. Руки и ноги Бриджет отказались ей подчиняться, и после удара о стену девушка упала ничком, пытаясь вернуть себе способность дышать.
В тот момент, когда она оказалась на полу, погасли те два кристалла, с помощью которых аврорианцы освещали туннель, и вокруг все исчезло — осталась только чернота, разрываемая вспышками эфирных выстрелов.
Плиты на полу туннеля оказались приятно прохладными и вполне удобными, и лежать на них Бриджет было даже уютно. Световые вспышки потихоньку закончили свою перебранку, и совсем скоро она почувствовала, как о ее щеку легонько трется нос Роуля. Усилием воли она заставила себя шевельнуть рукой, показывая, что у нее все в полном порядке.
Потом она услыхала чьи-то голоса, и по темному туннелю вновь распространился свет. Из тьмы возникло великое множество фигур в истрепанной ветрами одежде и с выдубленными солнцем лицами, в странных, тяжелых с виду мундирах. Все они были вооружены боевыми перчатками и короткими саблями — кроме тех четверых, что держали наизготовку ружья с блестящими медными змеевиками, перегретые стволы которых исходили паром, испаряя воду в маленьких резервуарах охлаждения.
Из их строя вперед шагнул человек, в котором Бриджет немедленно определила лидера. Росту он был не выше среднего, в скверно подобранном, изодранном костюме, а одна рука висела на перевязи, но его мундир нес на себе ожоги перчаточного огня и пятна от брызг явно чужой крови. Двигался этот человек с уверенной целеустремленностью и концентрацией, а люди вокруг глядели на него с очевидным, молчаливым уважением, которое не просто было бы описать словами. Обведя освещенное пространство туннеля быстрым взглядом, человек заговорил:
— Великолепный выстрел, мистер Штерн.
Тщедушный человечек с ружьем прикоснулся пальцем к козырьку воображаемой фуражки:
— Бейкер стрелял еще лучше, сэр. Уложил парня выстрелом в ногу. Теперь мы захватили пленника, которого можно допросить.
— Отличная мысль. Займитесь им.
— Так точно, капитан.
Отдав приказы, командир отряда развернулся и шагнул к Бриджет.
Роуль незамедлительно вспрыгнул девушке на грудь, уселся там и встретил подошедшего пристальным взглядом и тихим ворчанием.
— Прошу прощения, — обратился человек к коту, — но мы спешили на помощь именно к ней, не так ли?
Глаза кота сузились.
Человек протянул Бриджет руку с вопросом:
— Вы в состоянии подняться, мисс?
Бриджет издала тихое шипение, увещевая Роуля, приняла протянутую ей руку и медленно встала, не забыв подхватить и кота.
— Да. Благодарю вас, сэр.
Говорить было больно.
Человек вежливо склонил перед нею голову.
— Мое имя Гримм. — Он оглянулся туда, где высокий юноша самой мужественной внешности помогал подняться на ноги Гвен. — Мистер Криди, назначьте людей присмотреть за этой взрывчаткой, если не трудно.
— Так точно, капитан, — откликнулся высокий юноша.
Бриджет вдруг ощутила головокружение, но тут же рядом с ней возник Бенедикт, который мягко поддержал девушку под локоть.
— Аврорианцы, — обратилась к нему Бриджет. — Что произошло?
— Воспользовались твоим советом… Только забыли о плане с захватом тебя в заложницы, за что я не могу не быть им благодарен, — ответил Бенедикт.