Элина и Орбус

– Какое странное место, – удивилась я.
На высоком крыльце меня встретила старушка.
– Добро пожаловать, внученька.
– Здравствуйте, бабушка. – Ответила я. – А что вы делаете на Орбусе?
– На Орбусе? – переспросила бабуля. – Так Барсик тебя даже там нашел? Но здесь не Орбус. Это зачарованное место. Кто-то зовет его Безвременьем.
– Что это такое?
– Пойдем в избу. Отдохнешь с дороги, расскажу.
Через широкие сени мы попали внутрь. У окошка стоял накрытый скатертью стол и уже дымились три чашки с чаем. На тарелке утопали в меду пчелиные соты, на блюдце возвышалась горка посыпанных сахаром домашних печеньев, в миске лежала половина головки аппетитного твердого крестьянского сыра.
– Бабушка, а вы одна здесь живете? – удивилась я, глядя на чашки.
– Нет, внучка, разве я управилась бы с хозяйством? Коровы, лошади, куры, кролики. Старик мой помогает.
– А где он сейчас?
– На покос ушел. Заскучал по нему котейка, вот и разгулялся. Да ты угощайся, не стесняйся.
– Здесь можно есть? – спросила я, вспомнив про мертвенность на границе хутора.
– Даже нужно! – ответила хозяйка. – Здесь все живое. Настоящее. И коровы, и лошади; и едят они траву, что произрастает здесь на поле; и пасека, что у нас за домом, и пчелы собирают пыльцу по цветам.
– А смогу ли я вернуться отсюда, если вкушу здешнюю еду? Ни одной живой души, ни следа дикого зверя, ни зимней птицы, ни стрекота клеста.
– Конечно. Тем же путем, как и пришла сюда, обязательно. А птиц нет, – так залететь сюда не могут.
– А почему чашки три?
– Для гостя. Гости к нам часто заходят.
– Вы ждали гостей?
– Всегда ждем. Всегда кто-то да зайдет.
– А почему чай не остыл?
– Так Безвременье же. Мы живем вне времени.
– И кто к вам заходят?
– Все наши потомки. Дети племени, что жило здесь в стародавние времена.
– Расскажете?
– Когда-то в окрестностях дорского леса обитал народ, покровительствовала ему Богиня. Говорили, что люди те происходили от самого царя, но то легенда. Селение, в котором мы жили, называлось Березки, на берегу старого русла реки. Но были у народа завистники. Как-то случилось что некий священник проклял всех вместе с селением лютым проклятием, и поселение исчезло. Но Богиня дорского леса Корана не дала сбыться проклятию, хотя сила его была велика. Потому она дала волю уйти всем, кто там был, но кто-то захотел остаться. Место это Богиня окружила своей защитой, и оно совсем пропало из горизонта событий. От тех, кто ушли, происходят многие славные люди. А мы с дедом – те, кто остались. Живем здесь, вне времени и событий, но помогаем тем, кто приходит с вопросом или за советом.
– И мне поможете?
– Поможем, раз пришла. Не случайно же ты сюда забрела.
– А почему я здесь оказалась?
– Ты происходишь от нашего народа. И какая-то трудность тебя сюда привела.
– А я думала кот?
– Барсик просто дорогу показал. А приводит к нам нужда какая. Или печаль.
Здешний душистый чай, и мед в сотах, и сыр были невероятно вкусны.
– Спасибо, очень вкусно.
– На здоровьице. Ну, подкрепилась, рассказывай, что мучает.
– Надо мне добраться до замка Орбуса и разбить кристалл, чтобы мама и тетя были в безопасности.
– С ними будет все хорошо. Еще наведаются к нам в гости. И до замка доберешься, коли до нас дошла. Но это не нужда. Что за печаль тебя тревожит?
– Есть одна печаль. Вы поможете? Я найду Валентина?
– Это кто такой, милок твой?
– Его стрела козлорога сразила.
– А… думаю найдешь.
– А как?
– Нужно искать.
– Он был у вас?
– Возможно. Здесь нет ни прошлого, не будущего. Быть может он пил из твоей чашки. Или будет пить.
– А я могу прямо отсюда попасть к нему?
– Нет. Уйти можно только туда, откуда попала сюда. Безвременье может оказаться по соседству с любым местом. Но оно не позволит попасть из одного места в другое.
– Так как же быть? Как найти его?
– Найти может только твое сердце. Но попробую помочь. Пойдем.
Мы зашли в комнатку. Старушка открыла сундук.
– Когда-том умер попугай, и внучок очень сильно расстроился. Малой еще был. Потом жизнь рассказала ему, что бывают и более серьезные расстройства. Вот, смотри. Старик мой, когда был моряком, привез из дальних странствий. Старушка достала четыре статуэтки попугая.
– Так здесь же нет ни прошлого, ни будущего?
– Это было до того, как мы ушли в Безвременье.
Старушка подумала, и протянула мне самую крупную статуэтку.
– Держи. Пусть поможет тебе.
– Но как?
– Не знаю. Просто держи и все.
– Спасибо, бабушка. Как теперь мне вернуться на дорогу?
– Пойдем на улицу.
Мы вышли во двор, и старушка провела на конюшню.
– Садись. Рысак отвезет тебя туда, откуда пришла.
Я поблагодарили бабушку за гостеприимство и помощь.
Конь не стал кружить, как кот. Деревья разомкнулись перед ним, и рыск помчался через просеку наружу.
По ту сторону леса конь остановился. Я спешилась. Рыск нырнул в заросли и след его простыл. Там, где только что была просека, теперь лежали непроходимые заросли причудливых стволов, свисающих с ветвей воздушных корней и лиан.
* * *
Пышные заросли остались позади, и теперь местность походила то ли на степь, то ли на пустыню. Полевые травы, ковыль, пески, иногда встречались колючие кустарники.
Чаще стали попадаться кактусовые группки. У меня дома, на подоконнике росли похожие, но поменьше. Эти же были огромными. Зеленые, с колючками, приземистые как кубышки, и, наоборот, вытянутые в высоту цилиндрами, они тесно ютились друг к другу.
Помимо зарослей кактусов встречались гигантские камни. Валуны, когда-то принесенные сюда льдами, а может разрушенные водой и ветром выходы скальной породы наружу. Что не сильно меня радовало: обзор сильно сужался. Вдруг там, за песчаными дюнами и скальными выступами кто-то притаился… и уже ждет меня.
На всякий случай держу арбалет наготове.
Предчувствия не прошли даром. Из-за гряды камней по воздуху прямо навстречу плыла какая-то дрянь. Несколько зеленых шаров, сцепленных вместе. В центре самого крупного из них зиял глаз. Штука явно интересовалась мной, но, к сожалению, не как уникальной личностью, носителем высокой культуры, а всего лишь, как аппетитным обедом. Печально это.