Цветок забвения. Часть 2 (СИ)

Илай не торопился с ответом. Это просто смешно. Он не спас ни племянницу, ни возлюбленную. Поэтому не хотел и это называть спасением.
— У меня рёбра сломаны, — пояснил он, сплёвывая кровь. — Вылечи меня.
— А потом что? — настороженно спросил император. — Ты меня отпустишь?
Илай глядел в сторону дымящегося города, давая исчерпывающий ответ. Он должен отпустить его туда? Императору больше некуда возвращаться. Его дворец занят. Его свита убита. Его подданные присягают новому хозяину.
— Я знал, что это случится, — пробормотало Дитя, и в этом смысле Илай был с ним согласен. Он тоже знал. Но это вовсе не означало, что он жалел о том, что воспротивился неизбежному. И не означало, что не попытается воспротивиться снова.
— Я — Старец, — заговорил он. — И я погибну, если рядом со мной не будет источника, подпитывающего сущность. С Девой в этом смысле ничто не сравнится. Но ты на эту роль тоже сгодишься, лекарь.
— Даже не надейся. Чего ради мне тебе помогать?
— Брось, хватит кочевряжится. Разве ты не хочешь отомстить? Лучшего союзника в этом деле ты не найдёшь.
Дитя невесело рассмеялось.
— Мы говорим о моей мести или уже о твоей? Понимаю, у тебя теперь намного больше причин желать смерти Датэ, чем раньше, но вместе с тем ты стал намного слабее, чем раньше. А он по-прежнему неуязвим. Нет такого оружия, которое убьёт его.
Старец был с этим не согласен.
— Мой меч.
— Что?
— Дева, — ответил Илай, прикоснувшись пальцем к своему виску. — Из её воспоминаний я узнал, что Датэ станет уязвим после рождения ребёнка. Так было с его матерью. Он унаследовал бессмертие от неё.
Обдумав сказанное, Дитя спросило:
— То есть ты собираешься допустить всё это — зачатие и роды, просто чтобы потом убить отца её ребёнка? Думаешь, ей будет нужно спасение к тому моменту, да ещё такой ценой?
— Не рассуждай о том, чего не знаешь. Ты понятия не имеешь, какую цену она готова заплатить, — ответил мрачно Илай, покосившись на него. — Ива — мой меч. Понимаешь, что это значит? Как бы она ни относилась к Датэ, она сделает его смертным. И это всё, что от неё требуется. Остальное я сделаю сам.
— Вот и делай сам. Я в этом не участвую, — проворчал император, пытаясь выбраться, но Старец толкнул его обратно, накрывая ящик крышкой.
— Участвуешь, конечно.
Конец.