Любовь приходит в сентябре
– Нет, не так, – Аня, забрав карандаш у его жены, быстро что-то начертила на листе. – Ты же художник, вот и нарисуй мне логотип.
– Какой тебе логотип, неугомонная? – спросил Вадим. Девчонки взвизгнули.
– Вадька, гад, напугал! – погрозила ему кулаком любимая сестра.
– Привет! – Илона быстро вскочила на ноги и подошла к мужу за поцелуем. – Мы не слышали, как ты пришел.
– Да у вас тут музыка орет, как вы еще друг друга слышите. Так какой там вам логотип нужен?
– Костик заставляет придумать бизнес, – пожаловалась Аня. – Предлагает клининг.
Вадим захохотал над фантазией зятя. Зная нелюбовь Ани к уборке, предложить открыть клининговою компанию – троллинг высшего уровня.
– Вот, думаем над логотипом, – вздохнула кудрявая.
– Да! – громко поддержал ее сын. – Вот! – и продемонстрировал изрисованный лист.
– И как ей объяснить, что я художник и фотограф, а в логотипах ни в зуб ногой? – спросила Илона у мужа.
– Никах, – вместо него весело ответила Аня. – Просто смирись. Косте же ты фото сделала в клуб.
– Ань, ну как бы фото – это мой профиль.
Шикарные черно-белые фотографии сейчас украшают коридоры “Шестого чувства”. Не просто почти обнаженная натура, а настоящее произведение искусства. Оказывается, во время съемок Илона ругается и всех строит, от обычной робости не остается и следа.
***
Фотография Илоны Мельниковой “Одиночество и мечта” получила первый приз на престижной выставке. А Вадим еще посмеялся, когда жена попросила его остановить харлей на полпути к стрелковому комплексу. У нее просто тяга к осенним листьям. Один такой, большой и желтый, очутился на двойной сплошной на трассе. Илона долго настраивала фотоаппарат, а потом практически легла на дороге. Хорошо, что этим ранним утром выходного дня машин почти не было.
На фото запечатлелся одинокий желтый лист, а за ним уходящая вдаль трасса, и две линии, будто разделяющие жизнь. И только солнце где-то вдали дарит надежду, что все будет хорошо.
Колесников гордится одной из своих лучших учениц, но спуску не дает. Привыкшая к его характеру Мельникова уже даже не вздрагивает, а иногда и совсем по-детски показывает язык. С Верой Васильевной близких отношений пока не сложилось, но они пытаются. Мать не вняла предупреждениям зятя, и теперь допускается в их дом очень редко и только под строгим контролем Вадима.
***
Закончив учиться рисованию, Илона все силы направила на фотографию. Теперь Вадим смеется, что он муж знаменитого фотографа, а его жена дальше больший трудоголик, чем он. В ее фотостудию и заходить страшно. При большой страсти к хаосу дома, рабочее место у нее в идеально порядке.
– Ты закончила? – Вадим вошел в просторное светлое помещение, оборудованное всем необходимым. В дальнем углу стояли осветительные приборы, на стеллажах лежали дополнительные вспышки, объективы и еще много разного. – Ты где?
– Минутку, – раздалось со стороны санузла. – Сейчас иду.
– Илона, тебе плохо? – испугавшись, Вадим влетел в туалет, чтобы застать супругу сидящей на полу. – Что случилось? Скорую? Что ела?
– Ничего, – вяло отмахнулась Илона. – Ничего не ела, потому что тошнит.
– Я звоню в скорую, – муж схватился за телефон.
– Вадя, ты такой Вадя, – улыбнулась она. – Беременность не болезнь.
***
А Илонкину татуировку они переделали. Почти сразу. Теперь на пояснице, немного спускаясь ниже, красуется огромная бабочка по ее же эскизу, в создании которого Вадим принимал самое активное участие, чтобы точно не промахнуться с размером. Сам же внимательно следил, чтобы не забывала накладывать мазь, пока не сойдет воспаление. Теперь роскошная тату на, пусть будет пояснице, очень радовала глаз четкостью линий и мастерством исполнения.