На задворках Совдепии
– Найдем.
– Вот и отлично, – решительно поднялся со стула хорунжий. – Ты сейчас сваливай с отеля. Поживи где – нибудь на хате. Да не светись с девками в кабаках и на улице. Да, кстати.
Наклонившись над рюкзаком, хорунжий вытащил несколько тротиловых шашек и взрыватель с куском бикфордового шнура.
– На, возьми. Если что случиться, положи это сверху гранаты и запали шнур. Он будет гореть чуть меньше минуты. Можно успеть унести ноги. Ну все, Лукьян, канай отсюда.
– Ладно, пока. В случае чего, ищите меня в баре «Аист».
Лукьян, взяв рюкзак хорунжего, вместе с остальными стрельцами быстро вышел из номера. А Меценат, блаженно вытянув ноги, взял стакан с вином и залпом осушил его. Идилию прервали быстро вошедшие Лупинос и поручник Спис.
– Докладывайте, хорунжий!
– Пан Лупинос, наших пытаются разоружить в Кочиерах и Дубосарах.
– Что-то быстро.
– Говорят, что за попытку государственного переворота. Оружие, которое удалось спасти, я привез и передал Лукьяну.
– Хорошо.
Дед уже не слушал хорунжего, задумчиво пощипывая ус. Что теперь делать? Бросить все и возвращаться в Украину, где их ждут – не дождутся оперы из СБУ? А может быть, как советовали казаки, сразу же рвануть в Абхазию. Там каша заваривается покруче здешней. Нет, этот вариант пока не годится. Необходимо какое-то время прийти в себя, извлечь необходимые уроки. Да и не мешает разобраться с внутренними проблемами.
– Я тут ваши вещи уже собрал, – показал на сумки хорунжий. – Канаем?
– Куда? – тяжело вздохнул поручник.
– Не знаю. На Украину хотя бы.
В коридоре послышался громкий стук сапог, грубые крики и бряцанье оружия. Осторожно выглянув за дверь, поручник тут же захлопнул ее.
– «Дельфины» шмонают все номера! Надо срочно спрятать все, что стреляет.
– Быстро собрать все в одну сумку, – приказал дед. – Соседний номер пустой. Вы, поручник, попробуйте перелезть через балкон и спрятать там сумку.
Достав из-под тумбочки свой автомат, хорунжий быстро запихнул его в объемистую сумку. Туда же отправились запасные рожки, гранаты, несколько пачек патронов. Вдвоем с поручником они перетащили тяжелую сумку через балкон. Избавившись от оружия они сели вокруг стола, подвинув к себе стаканы с вином. Грохот и крики постепенно приближались к их номеру.
– Да, недолго музыка играла, – протянул разочарованным голосом хорунжий.
– А что же вы хотели? – с холодным спокойствием спросил Лупинос. – Война закончилась, а с нею и свобода. Мир для таких, как мы – тюрьма.
– Но я не ожидал, что все будет так быстро. Ведь еще вчера готовили группу для заброски в молдавский тыл. Все это барахло собирали.
– Вот теперь они нас за него и повяжут, – мрачно усмехнулся дядя Толя.
– За что?
– За то самое. Как это там, в уголовном кодексе сказано? «Незаконное хранение», «организация и участие «. На Глинному из наших казарм уже зону сделали.
Хорунжий подошел к кровати и устало растянулся на ней.
– Я же вам говорил с самого начала, что надо было за молдаван подписываться.
– Думаешь, в их тюрьмах лучше кормят? Конечно, для народа самыми опасными являются его защитники. Так было всегда. Дед помолчал, словно бы припоминая всю мировую историю войн, печальную судьбу их участников. Потом продолжил:
– Тех, кого еще не повязали, я распустил. До следующей войны. Они обещали прибыть по первому зову. А я им обещал войну. Между прочим. Звонили из Киева. Там факс пришел, с Абхазии.
– Казаки уже там, – с легкой завистью добавил поручник.
– Сегодняшний мир создан в интересах свинопасов. Настоящие казаки в нем дискриминированы, – используя оставшихся несколько минут до начала обыска, начал свою политбеседу Лупинос. – Но справедливость должна быть восстановлена. Это и будет смыслом будущей революции. Есть такие люди, которые могут быть или у власти, или в тюрьме. Третьего им не дано. Перевелись воины, остались только сторожа. Слабость респектабельна, сила преступна. Потому что они слишком слабы, чтобы вынести какое-либо насилие. В конце концов, полноценная жизнь – это игра со смертью, когда перед глазами тюрьма.
В дверь начали бить прикладами автоматов.
* * *Из прибывшего на станцию «Раздольная» пассажирского поезда, на перон вслед за шумливыми старухами с огромными котомками, как-то бочком, стараясь быть незаметными сошли несколько унсовцев. Одетые в подозрительные обноски, с вещмешками за плечами, они попытались тут же раствориться в шумящей вокзальной толпе. Но навстречу им уже вышагивал «снабженец» с дюжиной вооруженных «сучками» милиционеров.
– Руки на стену, ноги врозь!
После тщательного обыска унсовцев по одному отвели в дежурную комнату железнодорожной милиции.
Ровер, которому все же удалось скрыться, осторожно наблюдал за арестом друзей из-за угла киоска. Что ж, так оно и должно было произойти. Все возвращается на круги своя. Вот и закончилась эта война в абрикосовом саду. Но он точно знал, уже чувствовал ветер новых битв, где он снова встретится с боевыми соратниками с оружием в руках.
Глава 10
При всей кратковременности и вялости протекания конфликта в Приднестровье, из него необходимо было извлечь полезные для организации уроки. Прежде всего, было совершенно ясно, что участвовать в таких военных конфликтах целесообразно. Это позволяет провести членов УНСО через горнило боевых испытаний, готовя их к будущим боям за власть, что фактически невозможно сделать внутри Украины. Кроме того, участвуя в военных конфликтах, УНСО налаживала международные связи с организациями схожей ориентации, члены которых участвовали в тех же конфликтах.
Вооруженное столкновение между Молдовой и Приднестровьем было только началом кровавых разборок между народами, проживающими на различных территориях бывшего СССР и всего Советского лагеря. Уже кипел страстями Кавказ, все сильнее затягивался узел противоречий на Балканах. Перспективными регионами были республики Средней Азии. Впереди унсовцев ждали новые, гораздо более серьезные войны. К ним надо было готовиться заранее и очень серьезно.
Стрельцов УНСО необходимо готовить в полевывх условиях под руководством опытных инструкторов и тому, что в первую очередь понадобится на войне, – к такому выводу пришло руководство организации.
Поскольку в УНСО не привыкли откладывать организационные вопросы в долгий ящик, Лупинос принял решение этим же летом организовать тренировочный лагерь. Местным отделам организации было поручено присмотреть подходящий для этого участок, желательно в западной части страны, где пока еще достаточно благосклонно относились к чудачествам УНСО.
* * *Такое место нашлось в Ивано-Франковской области, где в поле, в нескольких десятках километров от города стояли три заброшенных сарая. Для унсовцев, которые не привыкли ставить на первый план свои бытовые проблемы, этого было вполне достаточно.
Сборы должны были проходить в течение недели.
Добирались до лагеря мелкими группами и в одиночку. При этом необходимым условием было отправляться в путь без копейки денег. Поэтому многие хлопцы ехали автостопом, в кузовах грузовиков и в товарных вагонах. К месту сбора они являлись чумазые как черти, но гордые тем, что успешно выдержали первое испытание на самостоятельность.
В лагере их первым делом встречал инструктор Беда. Каждого стрельца он тщательно «шмонал», складывая в стоявшие рядом мешки содержимое карманов. В одном мешке были съестные припасы, в другом – орудия защиты, которые на всякий случай прихватывали с собой в дорогу унсовцы. Чего здесь только не было: гаечные ключи, отвертки, молотки, монтировки, кастеты, ножи, газовые балончики и даже гранаты. Все это имущество реквизировалось в пользу организации.
Лупинос неоднократно повторял, что в УНСО надо набирать молодежь, которая утратила веру в семью, родину и общество. И в точном соответствии с этими требованиями на сборы собралась публика, которую надо еще поискать.