Танец света

– Мы для них и так пустое место. – Я пожала плечами, наблюдая за мелькавшими домами и прохожими. – Хоть ты и Жертвенница, во-первых, полезного ты еще ничего не сделала, а во-вторых, ты всего лишь человек. Маленький, слабый и смертный. Не чета им.
Алия еще что-то бурчала себе под нос, но я уже не обращала никакого внимания. Чем выше мы поднимались по скале, тем тяжелее становился воздух, вызывая легкую испарину на лбу.

Дворец поражал своим великолепием – словно огромная скала с пиками-башнями, он возвышался над нами и стремился к облакам. Как в насмешку к Завесе, по черной земле к главным воротам вела белоснежная, выложенная из камня дорожка. По бокам росли невысокие обугленные деревья, с красной, как огоньки, листвой.
Мы проехали сквозь металлические ворота, на которых красовалась пасть дракона. Говорят, что когда-то эти ящеры действительно обитали в наших землях, но вымерли сотни лет назад.
Тут я заметила нечто, от чего дыхание перехватило. Это был сад.
Невероятной красоты, он, как лес Нарвы, находился словно под куполом. На него не оказывали влияние засуха и горячий ветер. Невысокие зеленые деревья с выложенной между ними дорожкой, подстриженные кустарники и цветы. Огромное количество белоснежных цветов.
– Что это за прекрасное место? – тихо спросила я Айла, сопровождавшего нашу повозку.
– Лучше никогда не подходи к этому месту, Тень, – сухо бросил он мне и кивнул в сторону цветущих растений. – Это сад смерти. Никому не позволено прикасаться к этим цветам и всему, что находится там.
 
Глава 20. Дворец
Когда-то я мечтала оказаться во дворце Аркада. Смотрела на картинки в книгах и верила им. Предназначение. Сколько слов было сказано, чтобы вбить этот смысл нам в мозг, заставляя принять свою суть. Будучи ребенком, я видела мир по-другому, наделяя его слишком яркими, невообразимыми красками, но постепенно, словно холодным дождем, они смывались, являя моему взору истинную суть вещей. Я стала думать иначе, начала отличаться от сестер, которые с таким рвением ежедневно тренировались и почитали священных Жертвенниц.
Взрослея, я стала обращать внимание на книги, где писали о счастливой семье и любви. Порой Айл, будто невзначай, упоминал, что таким, как мы, не суждено дожить до старости, у нас никогда не будет детей и беззаботного будущего. Так, с годами, складывался совершенно новый образ того замкнутого мира, в котором я жила. Наконец я поняла, что даже на благо Темного мира не готова приносить эту жертву – свою жизнь. Сейчас, стоя посреди большой, мрачной комнаты и глядя на свое отражение в зеркале, я понимала одно: это – лишь начало моего длинного, тернистого пути.
Каждой из нас во дворце выделили отдельные покои. Мне, как главной из Жертвенниц, достались самые большие.
Я усмехнулась и потерла белое родимое пятнышко, прятавшееся за кромкой светлых волос. Именно благодаря ему я здесь. Благодаря чертовой метке Светлой Завесы. И если бы мои родители любили меня, они бы вырезали его с моей кожи сразу, как увидели. Но теперь я здесь, и с этого дня начинается обратный отсчет.
От размышлений меня оторвал стук в дверь, она отворилась, и в щель просунулась голова Катарины. Ее волосы ниспадали на лоб, делая ее похожей на чучело.
– Как тебе комната? Ого! Вот это махина! – Она вытаращила глаза, указывая на огромную, заваленную красными подушками кровать.
– Можно подумать, у вас не такие же, – улыбнулась я. – А вид из окна на это огненное море выводит меня из себя.
– А я чего зашла-то… – задумалась Катарина и потерла висок. – Там всех созывают на собрание! Знакомство с новой наставницей!

Нашей новой надсмотрщицей оказалась невысокая старушка с крючковатым носом и заплетенными в тугую косу седыми волосами. При виде нас она оправила несуществующие складки черного передника на таком же черном, бархатном платье.
– Темного дня, Жертвенницы. Меня зовут Мирадея, я ваша новая наставница. Моя задача сделать так, чтобы вы не закончили свою жизнь раньше положенного срока и сослужили верную службу своему королю и миру, – жестко сказала она, а на ее лице не отразилось ни единой эмоции.
Я скривилась.
Оливия кивнула, и сестры поклонились. Я медленно опустила голову следом за остальными.
– Вы человек? – спросила я, глядя в глаза наставнице.
Мирадея сжала губы в тонкую нить.
– Я единственный человек, занимающий в этом дворце не должность рабыни, – ответила она, сверкая глазами. – А теперь следуйте за мной в купальни. Разит от вас, как от потных Охров.
И, развернувшись на каблуках черных туфель, Мирадея повела нас дальше по коридору.
– Везет же нам на стерв, – со смешком в голосе сказала Катарина, и я не сдержала улыбку.
Купальня обнаружилась на нижнем этаже, больше похожем на грот. Прямо в скалах были сделаны углубления, наполненные водой. Сперва мне показалось, что это дело рук человека, пока я не поняла, что это были своеобразные водные источники, которые били прямо под дворцом. Вода маленькими ручейками стекала из каменных чаш, уходя в выдолбленный сток.
Нас ожидали несколько служанок в белоснежных передниках и смешных шапочках с оборками. Они стояли прямо, склонив головы в ожидании указаний наставницы.
– Отмойте их так, чтобы кожа блестела, – прохрипела Мирадея, указывая на нас сухим, тонким пальцем. – Повелитель сегодня хочет их видеть.
Отмывали нас в чаше, наполненной горячей водой. Я зачерпывала рукой воздушную пену и сдувала в лицо смеющейся Катарине.
– Ну и грязища! – прошептала одна из служанок, оттирая уже въевшийся серый пепел в мою кожу.
– Да мы их так год отмывать будем! – вторила ей другая.
– Я и сама могу отлично помыться! Уберите руки! – вопила брыкающаяся Кин, когда служанка попыталась намылить ей волосы.
– Кинни, успокойся, голову мыть нужно, а то блохи заведутся! – подначивала ее Алия, намеренно коверкая имя.
– А тебе сейчас вообще мыть нечего будет, – медленно подбираясь к ней, прошептала Кин.
Я лишь покачала головой и не стала сопротивляться, когда мои волосы попали в руки служанок и они принялись шоркать их в руках, как половую тряпку.
Чистые и обмазанные с ног до головы пахучими маслами, мы отправились в свои комнаты, где, как нам обещали, нас уже ждали наряды.
Едва не спотыкаясь, по лестнице наперегонки неслись Алия и Катарина, попутно осыпая друг друга ругательствами. Кин лишь тихо фыркнула, но пошла следом. Я осталась с Оливией и Софией.
– Мне кажется, что ей хуже, Тень… – прошептала Оливия, кивком головы указывая на стоявшую и незамечавшую нас Софию.
– Она же всегда была такая тихая, Лив… – Я пожала плечами, но все же внимательно посмотрела на Софию.
– Тень, мне кажется, она что-то скрывает… Что-то знает или чего-то боится! Я не знаю, но с того дня в лесу Нарвы она стала сама не своя.