Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

— Все, а то шеф проснется, будет нам всем. Итак, вечные штрафники, постоянно на закопах работаем, задрало уже тупо землю кидать, — высказался один из парней, крутя в руках странную штуковину с кнопками.
— Зато какие штрафники! Лучшие! — вдруг воскликнул большой человек, с абсолютно добрыми глазами и так засмеялся, что Игорь мог поклясться, что такого громкого смеха, он никогда не слышал, даже от смехоохотливых варягов.
— Саша, тихо, весь лагерь разбудишь! — сказал бородатый гитарист, подкуривая сигарету от горящего полена.
— Ну, что, еще келихколы? — спросил парень в шортах и начал проводить какие-то манипуляции, наливая две жидкости в одну большую эмалированную кружку.
— Я начну! — громко сказал большой парень, обивавший опору, и выхватил чашку, жадно вливая в себя ее содержимое.
— Э, Жарик, дай-ка сюда, — сказал парень в шортах и уже сам сделал два больших глотка, быстро перехватывая банку с тушенкой у одного из студентов.
Игорь сделал еще один шаг, попытался дотронуться до стоящего недалеко от костра стола, но пальцы прошли мимо, не встречая препятствия.
Вдруг парень в шортах резко распрямился и пристально посмотрел прямо в глаза Игорю, потом повернул голову и обратно взглянул, потер глаза и опять посмотрел.
— Старый, я бородатого мужика в белой шубе вижу с мечом, шуба расстёгнута, шейная гривна серебряная, — испуганно говорил парень, отставляя кружку, из которой только что пил, на стол, но, при этом, не отводя глаз.
— Ага, а я викингов на драккаре видел, это все алкашка стремная, пойду-ка я спасть, Яна, небось, заждалась, — сказал бородатый, которого звали Старым.
— Все, Дима Шима допился! Ха-ха! — разразился новой порцией громоподобного смеха большой человек, к которому обращались Саша-Жарик.
Не обращая внимания на происходящее, Игорь вдруг понял, что сделай он еще один шаг и прорвется на новый уровень реальности, он сможет остаться в этом мире, вполне возможно, его мире из которого он вместе с другими людьми попал в прошлое. «Отец» — вспомнил Игорь своего главного человека той жизни, и сделал уже тот самый шаг, но сразу же всплыли образы Светы, Богдана, Кости, Катерины и Павла, Тани, Рыгора и Большого, Бушуя и Карпа, все лица славгородцев вдруг пронеслись перед глазами. Образ города. Вдруг и очень отчетливо Игорь осознал, что сделал уже столько всего, что не смог бы в том, ушедшем мире, что бросить все и уйти он не сможет.
— Удачи, пацаны! — сказал Игорь и развернулся в сторону города, своего города, славного города с большим будущим, постепенно теряя связь с две тысячи восьмым годом и его обывателями.
— И тебе, мужик! — ошеломленно сказал Дима Шима, но образ растаял в дыме от костра, и парень выдохнул. — Так, нужно вмазать. Есть там, в кружке, чего?
Конец книги, может быть…
Посвящается памяти великого человека и выдающегося археолога Макушникова Олега Анатольевича.