Миллионы рождают власть (СИ)

Пришлось лезть наверх. Водитель, смуглый худой мужчина лет сорока дождался когда я усядусь и захлопну за собой дверь, жестом указал на лежащие на приборной панели темно-синюю бейсболку и халат с логотипами «Performance Food Group» [28].
— Надевай.
— Гуд, — кивнул я. Через минуту, когда натянул на себя одежду, он сдвинул машину с места. Ехали мы около получаса в полной тишине. Даже магнитола молчала. Наконец фура заехала на знакомую улицу, а ещё через пару минут завернула на площадку к черному ходу из ресторана.
Машину наблюдения я срисовал немного в стороне от въезда, притаившуюся в тени деревьев. За лобовым стеклом, на секунду освещенным фарами грузовика, виднелась парочка типов в черных пиджаках. Интересно, у подручных Морриса дресс-код такой? Могли бы стволы прятать под рубашками навыпуск, например. Хотя носить под пиджаками наплечные кобуры с пистолетами практичнее и удобнее.
Наш грузовик безопасники проводили взглядами, но остались сидеть на месте.
Водитель развернул машину, медленно припарковался так, чтобы зад машины, находился напротив выхода из кухни, и вылез, не забыв громко хлопнуть дверью. Через пару секунд он скрылся в здании. Я натянул бейсболку ещё ниже на глаза, чтобы козырек полностью закрыл пластырь на брови и откинулся на сиденье, ожидая работников ресторана.
Они появились через минуту. Неожиданно тишина разорвалась звуками. Скрипнула дверь, раздался шум шагов, неразборчиво загомонили голоса. Лязгнули запоры сзади, со скрипом и грохотом открылись створки.
— Давайте, парни, — услышал я знакомый бас. — Беритесь быстрее за дело. Том, не стой столбом, подкатывай тележку.
Значит, разгрузку будет контролировать Эспиноза. Если верить Норме, узнать он меня не должен — словил посттравматическую амнезию после нокаута. Но осторожность все равно не помешает. Я поднял воротник халата, еще ниже опустил бейсболку, выждал пару минут, вслушиваясь в глухие стуки переставляемых ящиков с продуктами, скрип тележек и приглушенные реплики, и решительно выбрался из машины.
Обошел суетящихся у открытого кузова, разгружающих продукты работников ресторана. Пузатый повар все в том же белом халате, стоял у противоположного борта грузовика. Покрикивал на подчиненных, что-то записывал в блокнот, и сначала на меня внимания не обратил.
Только когда зашел в коридор, вслед загремел бас су-шефа:
— Ты куда пошел? Чего тебе там надо?
«Чтоб тебя разорвало, толстяк неугомонный!» — мысленно выругался я, останавливаясь.
— Оставь его Себастьян, — вступил в разговор водитель, стоявший чуть в стороне. — По-маленькому он хочет. Всю дорогу ныл, что сейчас в штаны напрудит. Пусть идет себе с богом.
— Ладно, — пробурчал повар. — Эй, ты, только не засиживайся там. Через минут двадцать мы закончим.
Я, молча кивнул, показал пальцами «ок» и продолжил путь.
В туалете, какой-то хлыщ сосредоточенно мыл руки под краном. Пришлось заходить в ближайшую кабинку, и дожидаться пока его шаги затихнут вдали. Там же я снял халат, завернул его в бейсболку. Осторожно открыл дверь, убедился, что никого нет, и двинулся к крайней кабинке.
Постучал, дождался раздраженного: «черт подери, занято», передал через дверку халат и бейсболку и двинулся к выходу.
Несмотря на позднее время, в ресторане ещё сидело несколько посетителей. На меня никто не обратил внимания, и я спокойно добрался до лифта, а потом и до своих апартаментов. Первым делом, как вошел в номер, кинулся к шкафу. Передвинул ворох одежды, висевшей на плечиках, и вытащил чемодан. Открыл его, выбросил из внутреннего кармана ежедневник, туалетную воду «Фаренгейт» и еще кучу разной мелочи. Тщательно прощупал пятерней пространство. И ощутил что-то непонятное под подкладкой. Пришлось чуть надорвать внутренний карман, и срезать кухонным ножом ткань. Под ней обнаружилось несколько тонких пакетиков с белым порошком. Я наугад вскрыл один из них, окунул внутрь палец, лизнул и поморщился, ощутив горечь. В пакете был стопроцентный неразбавленный героин.
   
Глава 31
 
От наркотиков пришлось избавляться традиционным способом — выбрасывать в туалет. Затем я глянул на часы — половина первого. Теперь надо было решить что делать. Я подошел к кухонному столу, снял со стойки фужер, открыл холодильник, достал начатую бутылку «мартини» и налил грамм сто. Вино приятно холодило больное горло, успокаивая и расслабляя.
После небольшого раздумья, созревший по дороге план действий окончательно оформился. От хитроумных комбинаций, вроде замены своей команды на «двойников», попыток избавиться от наблюдателей и скрытно покинуть отель, пришлось отказаться. Любая операция требует тщательной подготовки. А у меня дефицит времени и слишком много неизвестных величин. Не знаю, сколько человек сейчас наблюдает за отелем, как технически оснащены, какие силы задействуют в нападении. Даже как планируют с нами расправиться, нет понимания. Но уверен — о покупке билетов уже известно, и план по ликвидации тщательно разработан. Зато ответки они не ждут и о том, что мы предупреждены и подготовимся, не догадываются. В таких ситуациях чтобы остаться живыми, надо действовать, неожиданно, просто и эффективно. Тогда появляется шанс на успех…
И я начал действовать. Первой посетил апартаменты секретаря. На громкий стук минуты три никто не отвечал, наконец услышал за дверью шаги и недовольное бурчание:
— Кого там ещё черти принесли?
— Анна, это я, открывай.
— Михаил Дмитриевич? — в голосе девушки явственно слышалось удивление. — Минутку.
«Минутка» растянулась на пять. Замок щелкнул, дверь приоткрылась, показывая заспанное лицо секретаря. Девушка зевнула, сверкнув ровными белоснежными зубками. Руки она держала в карманах тонкого шелкового халатика, подчеркивающего стройную фигурку и длинные ножки.
Я быстро шагнул вперед, заставив секретаря посторониться.
— Что случилось? — ещё не совсем придя в себя, спросила она.
— Ничего особенного, — я аккуратно закрыл за собой дверь и, услышав щелчок запорного механизма, продолжил: — Просто решил зайти к тебе в гости, проведать.
Одновременно я глазами многозначительно указал вверх, и приложил палец к губам.
В глазах Анны мелькнуло понимание.
— Мне просто стало грустно и одиноко, — продолжал импровизировать я. — Мы завтра уезжаем, хочу провести немного времени с тобой.
Показал взглядом на приоткрытую ванную комнату и двинулся туда. Девушка понятливо кивнула и пошла следом.
В ванной я первым делом открыл кран на полную катушку, повернулся к Анне и громко сказал:
— Ты никогда не хотела принять душ вместе? Это будет замечательно!
У девушки изумленно округлились глаза.
Я притиснул немного обалдевшую от такого обращения Анну к себе, и прошептал на ухо:
— Не молчи, отвечай в том же духе. Я же говорил, что нас прослушивают, помнишь?
Девчонка кивнула.
— С удовольствием, Михаил Дмитриевич, — громко ответила она. — Давно об этом мечтала!
— Теперь слушай меня внимательно, — прошептал я. — Домашний номер Майкла записала?
— Конечно, — так же тихо отозвалась Анна. — Первым делом контакты у сотрудников беру, чтобы с ними можно было в любой момент связаться в экстренных случаях. Всё, как вы учили.
— Отлично, позвонишь ему часов в шесть утра, — продолжил инструктаж я. — Попроси его прибыть в офис пораньше. Скажешь, что я перед отъездом хочу провести совещание. В семь соберешь ребят в холле на первом этаже. Скажешь, чтобы предварительно подготовили багаж и поставили его у дверей. Сама тоже так сделаешь. Все твои сумки и чемоданы должны стоять на входе.
— Что случилось, Михаил Дмитриевич? — поинтересовалась секретарь. — К чему это все?
— Наши недоброжелатели наняли наемных убийц, — пояснил я. — Попробуют всех уничтожить. Я не хочу этого допустить.
— А… — девушка на мгновение зависла, переваривая информацию, и осторожно уточнила. — Какие недоброжелатели? Откуда вы знаете?