Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий

«…Мягко текущая форма параноидной шизофрении». (Ганнушкин, 1933, с. 119.)
Особенности творчества
«Боттичелли был одним из первых художников, который в свои произведения внес античные сюжеты… Для более поздних работ художника характерно усиление драматизма, эмоциональности, изменение линейного ритма композиции. В работах ощущается беспокойство, возникает некая нервозность. Это изменение стиля было связано с кризисом мировоззрения художника, глубоко пережившего социальные потрясения во Флоренции… Публичное сожжение книг Ф. Петрарки и Дж. Боккаччо, многочисленных великих полотен привели к упадку культуры. Бегство Боттичелли от образов и стиля античности в лоно христианской религии происходило под знаком этих общественных перемен. Хотя мастеру удалось в этот период создать целый ряд значительных, полных драматизма, произведений… но в этих картинах преувеличенность поз, жестов, мимики была возвращением к уже преодоленной Возрождением культуре готики». (Комарова, Железнова, 2000, с. 72–73).
Патография Боттичелли обнаруживает яркую метаморфозу личности от веселого, общительного «заводилы художественных проказ и застолий» в сторону одинокого мизантропа, охваченного болезненным мистицизмом. К сожалению, подобное патологическое развитие личности, в основе которого могла лежать и «мягко текущая форма параноидной шизофрении», привело к определенному снижению художественного мастерства. Потрясенный публичным сожжением полотен великих мастеров, Боттичелли возвращается «куже преодоленной Возрождением культуре готики». 
БРАМС (Brahms) ИОГАННЕС (1833–1897), немецкий композитор, пианист и дирижер.
«Сочинять не так уж трудно; зачеркивать лишние ноты — вот что труднее всего». 
Брамс 
«Иоганнес был хрупким, часто страдающим от головных болей мальчиком…Складывается впечатление, что именно упомянутые психические и физические перегрузки и, в особенности, частое недосыпание оказали отрицательное воздействие на его здоровье. Однако позже Брамс говорил, что хотя в юные годы ему часто приходилось трудно, он не жалеет об этом, “…так как это время очень помогло мне в музыкальном развитии”». (Ноймайр, 1997-г, с. 339–340.)
«Его юношеский портрет с длинными прядями волос производил впечатление женского, голос остался высоким. В половом отношении незрелый, ущемленный. С возрастом стал чудаком и педантом, беспомощным в практическом отношении… “Упрямый меланхолик”». (Hitschman, 4933. с. 99. 114.)
«Уже в двадцать лет Брамс производил на окружающих впечатление эгоцентрика и интроверта, “стороннего наблюдателя”, как он именовал себя в более поздние годы жизни. Он предпочитал отказываться от новых знакомств и жить в мире своего творчества». (Самим, 1999, с. 280.)
«Он был угрюм, раздражителен, резок». (Дубинский, 1900, с. 238.)
«Уходя как-то со званого ужина… Иоганнес Брамс сказал: “Если забыл кого-то оскорбить, извините, ради Бога!”…В зрелом возрасте композитор стал раздражительным, сильно поправился, отпустил бороду и начал пить. Особенно забавляло многочисленных туристов, приезжавших в столицу Австро-Венгерской империи, то, как знаменитый композитор частенько засыпал в кафе. С годами Брамс перестал следить за своим внешним видом и часто появлялся на улице небритый и с расстегнутым воротничком, что в конце XIX века считалось признаком дурного тона». (Митин, 2002, с. 21.)
«Его молчаливость, отсутствие доверительности в общении с современниками и ранняя тяга к одиночеству — черты характера, которые были свойственны ему всю жизнь — сформировались, очевидно, именно тогда. Возможно, именно этим объясняется некоторая чопорность и боязнь полностью раскрыться в музыке позднего периода… Он понял, что ему нужна творческая свобода, то есть тоска по женскому обществу и семье — не для него. Инстинкт гения подсказывал ему путь самопожертвования и печального одиночества». (Ноймайр, 1997-г, с. 342, 352.)
[После 1864 г.] «Вскоре мать Брамса скончалась от инсульта. Иоганнес тяжело переживал ее кончину. В трио для валторн ми-мажор он, особенно в средней части, попытался выразить свою тоску и горечь утраты». (Самин, 1999, с. 282.)
 
«Остался холостым». (Фейс, 1911, с. 12.)
Черты характера Брамса соответствуют основным критериям шизоидного расстройства личности. Мы встречаем все стержневые характеристики этой аномалии: замкнутость, повышенную интровертированность, практическую беспомощность, сниженную сексуальность. Пониженная способность к эмоциональному проявлению своихчувств могла восприниматься окружающими как «угрюмость» и «упрямая меланхоличность». Существует любопытное предположение, что Брамс страдал апноэ, которое характеризуется помимо кратковременных остановок дыхания во время ночного сна также приступами дневного сна, раздражительностью и депрессией. Впрочем, его приступы сонливости можно объяснить и нарколепсией.
БРАУНИНГ (Browning) ЭЛИЗАБЕТ БАРРЕТТ (1806–1861) — английская поэтесса.
«В пятнадцатилетием возрасте перенесла серьезную травму позвоночника и с тех пор постоянно болела». (CD Britannica. 2000.)
«…В детстве пережила несчастный случай, до конца жизни принимала ла-удан как обезболивающее средство.
Перед смертью она находилась в полной зависимости от наркотика и, скорее всего, писала под его воздействием» (Петров, 1999, с. 20.)
«В течение последних лет жизни у Браунинг развился интерес к спиритизму и оккультизму, но при ее энергии это приняло характер навязчивой идеи, что даже встревожило ее самых близких друзей». (CD Britannica 2000.)
«Печальные жизненные обстоятельства и болезненность наложили на ее произведения отпечаток мечтательности…» (ЭС Гранат, т. 6, с. 491.)
Первый медицинский препарат, изготовленный из опиума, прописал больному еще в XVI веке знаменитый Парацельс (см.). Новый способ получения опиума открыл один из основоположников клинической медицины Томас Сиденгам (1624–1689), который был в свое время самым популярным врачом в Лондоне. Учитывая, что зависимость от опиума испытали такие писатели, как Томас де Куинси (см. Де Куинси) иКолридж (см.), можно высказать предположение о большом влиянии этого наркотического средства на литературу Англии XIXвека, включая соответственно и Элизабет Браунинг. 
БРЕЖНЕВ ЛЕОНИД ИЛЬИЧ (1906–1982), советский государственный деятель, с 1964 г. генеральный секретарь ЦК КПСС. В период пребывания Брежнева на этом посту в стране возобладали консервативные тенденции, нарастали негативные процессы в экономике, социальной и духовной сферах жизни общества, предпринята интервенция в Чехословакию (1968), введены советские войска в Афганистан (1979).
«Начиная с весны 1973 года у него изредка, видимо, в связи с переутомлением, начали появляться периоды слабости функции центральной нервной системы, сопровождавшиеся бессонницей. Он пытался избавиться от нее приемом успокаивающих и снотворных средств… С этих позиций пагубное влияние медицинской сестры Н. на Брежнева, ускоряющее его деградацию, — конкретный объективный факт, способствовавший развалу руководства страной, значивший больше, чем десятки выступлений различных групп “диссидентов”… В конце концов, страна потеряла конкретное руководство… После Франции Брежнев перестал обращать внимание на наши рекомендации, не стесняясь, под любым предлогом, стал принимать сильнодействующие успокаивающие средства, которыми его снабжала Н. и некоторые его друзья… Брежнев терял способность к самокритике, что было одним из ранних проявлений его болезни, связанной с активным развитием атеросклероза сосудов головного мозга. Она проявлялась в нарастающей сентиментальности, вполне объяснимой у человека, прошедшего войну и перенесшего контузию… Брежнев все более и более терял способность к критическому анализу, снижалась его работоспособность и активность, срывы становились более продолжительными и глубокими. В 1975 году скрывать их практически не удавалось. [В 1976 г.]…появилась дизартрия, вялость, старческая шаркающая походка, “привязанность” к тексту, характерные для человека с атеросклерозом мозговых сосудов… Его центральная нервная система была настолько изменена, что даже обычные успокаивающие средства являлись для него сильно действующими препаратами». (Чазов, 1992, с. 115, 117, 128–129, 140, 157.)