( Не)чаянная дочь для магната

— Что значит «утром»? А сейчас мне в сугробе спать? — хмурится Марго. Того и гляди ногой топнет.
Не могу смотреть на свою королеву без улыбки, когда она пытается рулить в тёрках. В «телегу» приходит сообщение от секретаря с адресом Юрьевского подворья возле Новгорода. Быстро листаю пальцем фотки и отвечаю: «Окей!»
— Лапуль, клади трубку, я нашёл! — треплю Марго по коленке.
Она сбрасывает звонок и смотрит на меня с недоумением:
— Что нашёл?
Нажимаю на кнопку и телефон на подставке поворачивается экраном к Марго.
— Дивное подворье, — отвечаю я шёпотом и оглядываюсь на Марусю, спящую в новом детском кресле. — Пока ты будешь охмурять своих зоологов, мы с Марусей с горки покатаемся. Смотри, при отеле детская площадка какая навороченная.
— Круто! Я искала что попроще, — Марго поднимает на меня глаза. — А когда ты найти-то успел?
— У меня для этого есть секретарь, — пожимаю плечами.
— Секретарь? — уточняет Марго.
Я разворачиваю телефон к себе, ищу фото с корпоративчика, где Димон выглядел лучше, чем Леонардо Ди Каприо в молодые годы на красной дорожке, и вновь поворачиваю экран к Марго.
— Вряд ли его можно назвать секретаршей, но он и правда красавчик. Бабы, как скотч, липнут.
— Ты персонал в доме моделей набирал? Смазливая мордашка.
Мне кажется Марго сердится, а у меня будто рыльце в пушку. Хотя я чист, как младенец, перед ней. Руслан поклялся, что к аварии под Новгородом не имеет никакого отношения. Более того, он вообще не нашёл в интернете информации о ней. Алёна молодец, конечно! Подставила по полной. Если бы я застал Марго, сидящей голой рядом с массажистом, убил бы, наверное. Массажиста. А она ни слова не сказала. Аж свербит выведать, что она думает на этот счёт? Сладкая моя девочка. До сих пор её вкус на губах.
— Я не спросил, как тебе Алёна? — дипломатично въезжаю на африканском слоне в соломенный шатёр.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Это лучше, чем… — Марго прикусывает язык и быстро находится с другим ответом. — Лучше, чем тирамису! У тебя очень круто всё продумано. Баня, массаж, бассейн — я будто в раю побывала.
— Рай я покажу тебе позже.
Целую кончики её пальцев.
— У тебя там несколько уровней? — прищуривается Марго, явно припоминая мне наше спонтанное единение у стены.
— О, это пока был просто рекламный блок.
Меня только что выставили со слоном из шатра, не уронив даже соломинки с крыши. Но меня уже одолевает спортивный интерес: неужели Марго не приревновала меня? Так за что она тогда на меня сердится?
— Люба тоже классно делает! — Неторопливо допиваю остатки кофе из стаканчика.
Марго молчит. Искоса наблюдаю за ней и с удивлением вижу, что она достаёт из бокового кармана на двери файлы со своей презентацией.
— Слышишь, что говорю? — даже не пытаюсь скрыть возмущение.
— Да! Фрол, извини, мне нужно хотя бы два раза ещё сегодня перечитать презентацию.
Она включает на телефоне фонарик и направляет луч на мелкий текст под жутковатой фотографией.
— Хорошо! — хлопаю ладонями по рулю. — Мне перед тобой неловко за то, что ты увидела в бане!
Рита закусывает губу и с ещё большим вниманием впивается взглядом в текст. Я уже не на слоне, а под слоном. Что за баба такая?!
— Между мной и Любой ничего не было!
Рита смотрит на меня, а я падаю в собственных глазах и для чего-то добавляю:
— Сегодня.
Она молчит.
— И вообще! — меня бросает в жар, я тону в болоте собственной глупости. — В моей жизни не будет больше женщин!
— Только мужчины? — метко подмечает огрехи в моём корявом признании Марго, и уголки губ её вздрагивают. В этот момент я понимаю, что значит поговорка: «молчание — золото».
Я паркуюсь у обочины и смотрю на Марго.
— Почему ты мне и слова не сказала, что я голый сидел с посторонней бабой в бане?
Марго усмехается и ласково касается ладонью моей щеки:
— Потому что настоящие короли, перед тирамису не наедаются селёдкой.
— Я люблю тебя! — срывается с моих губ вздох облегчения. Впервые в жизни говорю о любви не для того, чтобы развести девушку на свидание с бурным продолжением. — Ты никогда не пожалеешь, что выбрала меня!
Марго смотрит на меня, как на Марусю, когда та умничает. Она ещё меня не выбрала...
Марго привстаёт и дотягивается губами до моих губ. Мне хочется перетянуть её к себе на колени и целовать-целовать до умопомрачения. Я закрываю глаза, и аромат духов Марго напоминает мне наш короткий бой у стены. Повешу там мемориальную доску…
— Поехали, Фрол, — отрезвляет меня Марго и возвращается на сиденье. — Далеко ещё до больницы?
 
* * *
Рита
Ветер завывает и гонит метель сквозь холодный свет прожекторов. Серая ночь хлещет липким снегом по щекам и глазам. Можно снимать триллер без спецэффектов.Стараюсь не бежать по заледенелому пандусу, но на ногах будто сапоги-скороходы. Между лопаток печёт от взгляда Фрола. Он несёт сонную Марусю на руках. Сердце болит за Никиту. Хоть и вёл он себя последнее время отвратительно, не чужой же. Как мужчину, могу Смехова понять: бросила его в третий раз. Почти бросила. Неожиданно на весах оказались два любимых человека. Фролом я грезила много лет, а Никита всю жизнь рядом. Моим родителям самим нужна помощь, поэтомумнене с кем даже оставить Марусю, если что. Всю жизнь приходится поворачиваться вдвое быстрее, чтобы принести им кусок в зубах. Потому Никита единственный человек, на чьё плечо я опираюсь в чёрные дни. Да, он с меня требует! Зато и платит сторицей. Мы однокурсники, партнёры, любовники… До возвращения Фрола этот треугольник меня завораживал. Я думала, это и есть любовь. Весы качнулись в сторону Горюшка, но Никита в больнице, и мне не до страстей!
Влетаю в приёмный покой и с разбега втыкаюсь грудью в стойку с надписью «Справочное».
— Никита… Смехов… Вы мне звонили! — выдыхаю в лицо медсестры в окне.
— Женщина, что с вами? Маска где? Жирно жёлтым по чёрному написано: «Тишина!» — Из-за толстых стёкол очков в роговой оправе, она похожа на пчелу. И жужжит, как пчела.
Бросаю взгляд в зеркало. М-да, как от чёрта бежала. Шапка с помпоном набекрень, тушь размазана по всему лицу. Перчатками тру щёки, размазывая заодно и помаду. Ловлю в зеркале слегка обалдевший взгляд Фрола и беру себя в руки.