Сквозь круг стальных небес (СИ)

Тем временем космическое пространство в том виде, к которому с древности привык человек, перестало существовать. Ровное полотно, усеянное блестками звезд, разорвалось в клочья, смялось, свилось, как свиток. Обрывки привычного мира крутились на поверхности черных волн, утопая и растворяясь. Океан первозданного хаоса затопил Вселенную, и крохотный шарик Омнисферы закачался на волнах жидкой тьмы. Казалось, и ей осталось недолго, ведь кошмарная влага, словно вязкая смола, прилипала к искусственной планете. Нашлепки мрака тут же отращивали множество отростков, и те как голодными змеями проникали в любую дыру. Материя — будь то камень, металл, пластик или живая плоть — соприкоснувшись с волнами хаоса, скукоживалась, таяла, скручивалась узлами. Так пластмассовые детали коробятся, когда их лижет огонь.
В этот момент белое пламя окутало Омнисферу. Занявшись малозаметными языками, оно быстро разгоралось, превратив искусственную планету в подобие пылающей головешки. Впрочем, этот огонь не разрушал, не сжигал, но черная жижа отпрянула от него, рассыпаясь мелкой сажей. И тут из центра пламени вверх ударил широкий луч. Подобно исполинской игле, он пронзил черные волны, создав ярко светящуюся дыру. Было видно, что от нее в непредставимую даль отходит, прихотливо изгибаясь, длинный ход, похожий на нору дождевого червя.
Как елочную игрушку тянут за ниточку, так и луч света начал подтаскивать Омнисферу к отверстию «норы». Трудно было сказать, как долго это продолжалось, ведь в искаженном мире не осталось ориентиров. Может быть, прошло несколько секунд, но могли миновать и столетия. Наконец искусственная планета достигла входа и скатилась туда, точно бильярдный шар — в лузу. Пламя угасло, и тут же черная волна захлестнула дыру, запечатав ее навсегда. Не существовало больше ни верха, ни низа, ни какой-либо определенной формы, лишь плескался, создавая и тут же разрушая мириады непредставимых объектов, океан хаоса.
А что же Омнисфера? Как сложилась судьба робота-шара Кугеля, слившегося с ней? Никто не мог бы ответить на эти вопросы. Они исчезли, чтобы продолжить свой путь в невообразимых временах и пространствах, где допустимо все или даже больше. С гарантией можно было утверждать только одно. Жизнь никогда не пресечется, в какой бы форме она не существовала, а разум не устанет бороться с хаосом.
Конец