Когда пришла чума
В общем, я скупился хорошо, почти на восемьсот тысяч рублей. Сумма приличная, но это уже не важно. И пока я бегал по магазину с тележкой Андрей Иванович приобрел две наплечных кобуры, тактические перчатки, упаковку носков, репелленты от комаров, наборы для рыбной ловли и пару автоматных ремней. Тоже пригодится. А помимо того он взял пару женских туристических костюмов, то есть про любовницу не забыл.
Магазин покинули с улыбкой, ибо затарились неплохо и настроение, несмотря ни на что, было неплохим. А на выходе дядька остановился, потому что увидел знакомого, который грузил в новенький «джип» гору военного снаряжения, и позвал его.
– Коля! – голос Андрея Ивановича разнесся по стоянке и человек, к которому он обращался, здоровый шатен, вздрогнул и резко обернулся. При этом его правая ладонь метнулась под пиджак.
Впрочем, он сразу успокоился, узнал дядьку и подошел.
– Привет, – улыбаясь, сказал он и кивнул на меня: – Сын?
– Привет, – дядька пожал ему руку и подтолкнул меня к машине: – Это племянник.
Я не ушел, как хотел Андрей Иванович, а замер в паре шагов и прислушался к беседе.
– Ты уже в курсе, что грядет? – Андрей Иванович кивнул в сторону «джипа».
– Так же как и ты, – отозвался его знакомый, окинув цепким взглядом наши набитые товарами РД и свертки.
– Далеко собрался?
– Не могу сказать, – Коля покачал головой и добавил: – Извини, Иваныч, не моя тайна.
– А может, координаты оставишь? Все-таки мы с тобой не первый год знакомы, майор. Глядишь, еще пригодимся друг другу.
Шатен, который, как только что выяснилось, оказался офицером, немного подумал и протянул дядьке визитку:
– По этому номеру несколько дней, а на обороте радиочастота – она будет прослушиваться нашими людьми. Ничего не обещаю. Но если смогу, помогу. А у тебя номер прежний?
– Да. Если что, ты тоже обращайся. Земля она круглая.
– Мы поняли друг друга.
Они обменялись рукопожатиями и расстались.
Я дядьку ни о чем не спрашивал. Будет нужно, сам скажет, с кем мы пересеклись. Однако он промолчал и вскоре, как и собирались, мы подъехали к дому Маши, которая уже была готова к путешествию. Как она считала, недолгому, на курорт, к теплым морям. Однако, насколько я понимал ситуацию, если море и будет, то совсем не теплое и уезжаем мы минимум на год, но, скорее всего, на гораздо больший срок.
– Здравствуйте, – Маша подошла к машине и мило улыбнулась.
– Садись, – Андрей Иванович не посчитал нужным хоть как-то ее поприветствовать и кивнул назад.
Девушка, которую я до этого момента видел три раза, закинула на заднее сиденье сумку и разместилась сама. А я бросил на нее взгляд и подумал о том, что она очень красивая. Так сказать, констатировал факт, ибо это правда. Брюнетка с большими глазами и немного наивным взглядом, стройная и женственная. Что еще старшему родственнику надо? Не понимаю. Ему сорок лет. Как раз сегодня юбилей. А девушке двадцать четыре, и если он предложит выйти за него замуж, Маша согласится без долгих раздумий. И дело даже не в том, что она ему по гроб жизни обязана. Нет. Я замечал, как она на него смотрит и понимал, что девушка дядьку, действительно, любит. Впрочем, может быть, я ошибался. Какие мои годы? Опыта в общении с противоположным полом немного, были случайные связи с одноклассницами, но и только. Поэтому многое понимал неправильно и фальшивую улыбку мог принять за настоящую.
Тем временем, молча, Андрей Иванович тронулся с места. Наше путешествие продолжалось, и Москву мы покинули без проблем, хотя на выезде из столицы обнаружили усиленные посты вооруженных полицейских. Я даже напрягся, как бы нас не спеленали, ведь в багажнике оружие. Однако блюстители закона тормозили и досматривали автомобили, которые въезжали в Москву, а мы ее покидали. Так что проскочили.
Загородный дом Шарукана, о котором дядька много рассказывал, когда мы добрались до места, был похож на разворошенный муравейник. Рядом два десятка легковых автомобилей, в основном дорогих иномарок, пара автобусов, три фургона и несколько мотоциклов. И рядом крутились люди, которых оказалось гораздо больше, чем планировалось изначально. Опять же, со слов Андрея Ивановича. А соседи Аскерова, тоже не бедные люди, наверняка, были в недоумении – я заметил, что за нами наблюдают из окон. Они не понимали, что происходит, и это логично, поскольку не всех допустили к тайне о грядущей катастрофе и о ней эти люди узнают только завтра. Вместе со всей страной.
Машу оставили в машине, а сами прошли на территорию, где назвали свои фамилии мужичку, который составлял списки. После чего направились к хозяину дома и Аскеров, как это ни странно, был совершенно спокоен. Он находился во дворе дома, возле мангала, и вместе с друзьями, которым убить человека раз плюнуть, делал шашлыки. Вот такой матерый мужчина. Тут апокалипсис намечается, и Аскеров сорвал с места кучу серьезных людей. Кто-то грузит в фургоны вещи, рядом ругаются женщины, и плачет ребенок. Шум, гам, сутолока, неразбериха, суета. А Шарукан сосредоточился на шашлыках и делал вид, что все происходящее его не касалось. Понимайте это как угодно. То ли он слишком в себе уверен, то ли ему на все плевать, то ли он дурак. Пока непонятно. По крайней мере, мне.
– Привет, – дядька присел на бревно рядом с мангалом и вопросительно кивнул хозяину: – Когда мясо будет готово?
– Еще пара минут и можно снимать.
– А винцом угостишь?
– Обязательно.
– Это хорошо, – Андрей Иванович кивнул в мою сторону. – Знакомься, племянник мой, Иваном зовут.
Взгляд Аскерова задержался на мне, и он подмигнул:
– Здорово, воин.
– Здравствуйте, – отозвался я.
– Иди, погуляй. Нам поговорить нужно.
Взгляд на родича. Он подтвердил приказ Шарукана, и я начал прогулку по особняку. Думал, может, ровесников встречу. Но нет – в основном малые дети или взрослые люди. Поговорить не с кем, все при деле. А поскольку толкаться и мешать грузчикам не хотелось, я вернулся в машину и попробовал разговорить красотку Машу.
7
Возле мангала остались только «старые гвардейцы» Шарукана. Самые преданные и неоднократно проверенные товарищи, друзья, партнеры и подельники. Никто не опоздал. Все здесь и намечался серьезный разговор, который должен был прояснить дальнейшие действия группировки. Однако Аскеров продолжал переворачивать шампуры и Андрей Иванович, закрыв глаза, ладонями оперся на покрытую травкой землю и поднял голову. Лето. Тепло. Воздух чистый. Благодать.
– За что ценю тебя, Вага, так это за непробиваемое спокойствие, – обращаясь к Андрею Ивановичу, сказал Шарукан. – Все, кто уже приехал, сразу налетели с кучей вопросов. А ты не такой.
– А чего суетиться? – отозвался Вагрин. – Ты здесь. Команда в сборе. Движение идет. Погрузку вещей видел. Охрана обстановку контролирует. Значит, все в силе. Разве я не прав?
– Прав. Но тебе ведь интересно, когда выдвигаемся?
– Да. Хотелось бы это знать.
Шарукан сделал знак приблизиться остальным «компаньонам» и когда они подтянулись, дал более подробный расклад:
– Братва, все здесь, повторяться не нужно. Так что слушайте. Выезжаем через полтора часа. Сейчас мои ребята загрузят, что нужно, и поедем на частный аэродром. Дальше самолетом. На аэродроме нас ждет-дожидается Ту-134Б вместимостью восемьдесят пассажиров. Садимся и улетаем. Одна посадка в Сыктывкаре. Следующая остановка – Нарьян-Мар. И уже оттуда вертушками до конечной.
На Аскерова посыпались уточняющие вопросы. В основном мелочевка, ибо основное сказано, и он, махнув рукой, остановил словесный поток:
– Ша, братва! Все разъяснится походу дела. Это я вам говорю. Машины бросаем, мои ребята доставят их, куда и кому нужно. Если в этом есть какой-то смысл. Аэродром в семидесяти километрах, добираться будем по грунтовкам, окольными путями. На месте окажемся через час. Проверка исключена, обо всем договорено и все оплачено. Поэтому, кто менжуется, может доставать стволы и прятаться не стоит. Наглеть и стрелять из окон в случайных людей не надо – это глупо. Но полицию можно уже не опасаться, служак из области в столицу стягивают. Оружие, о котором я говорил вчера, уже летит на точку, отправил заранее. Все мобильники перед выездом отключить и сдать. Это на совести каждого. Они поедут отдельно от нас. Чего не ясно?