Канатоходец

— Но Торнтон — другое дело.
— Согласен, — согласен Линг. — Он пользуется доверием министра. Нам придется попотеть с ним независимо от того, будет Денисон молчать или нет.
— Я не возражаю, если Торнтон разыгрывает из себя уайт-холлского вояку, используя в качестве оружия только меморандумы, — язвительно сказал Кэри. — Но, когда дело доходит до прямого вмешательства в операции, нужно переходить в наступление.
— Это лишь подозрения. Доказательств нет.
— То, что Мейрик умер, хотя и в результате несчастного случая, само по себе уже плохо. Но то, что он сотворил с Денисоном, омерзительно и прощению не подлежит. Если бы ему удалось заграбастать бумаги Мейрика, его паршивые секретные лаборатории работали бы днем и ночью.
— Забудьте об этом, — сказал Линг. — Нет доказательств.
Кэри ухмыльнулся.
— Я только что солгал Денисону — единственный раз с тех пор, как познакомился с ним. У меня есть доказательства прямой связи между Торнтоном и продажными специалистами по пластической хирургии — Иредаль вывел меня на эту ниточку. Недалеко то время, когда я найду и того засранца-психолога, который обрабатывал Денисона. Я с огромным удовольствием сдеру с Торнтона кожу по кусочкам.
— Это точно? — тревожно спросил Линг. — Доказательства настоящие?
— Точнее не бывает.
— В таком случае, вы не будете трогать Торнтона, — резко сказал Линг. — Передайте мне свои доказательства, и я сам займусь им. Неужели вы не понимаете, во что выльется разоблачение? Торнтон просто выйдет из игры. Нет, мы будем держать его в узде до самого конца.
— Но… — Кэри с трудом сдержался. — Где же тогда справедливость? — глухо спросил он.
— Ах, справедливость, — безразлично произнес Линг. — Опять слова. Ни один человек не может ожидать справедливости в этом мире, — в противном случае он просто болван.
Он взял Кэри под локоть.
— Пойдем, порадуемся солнышку, пока еще можем радоваться, — мягко сказал он.