Шведская сказка

 Эпилог. 
Череда смертей открытых кончиной Потемкина продолжалась. Вслед за светлейшим, в феврале 1792 умер император Австрии Леопольд II. За ним пришла очередь Густава III. Во Франции монархия разбилась вдребезги. Людовик XVI был казнен в январе 1793 года, а прекрасная головка Марии-Антуанетты скатилась под ножом гильотины в октябре того же года.
Европа жила в преддверии нового политического землетрясения, кульминацией которого станут наполеоновские войны. Россия победила в тяжелой войне и расширилась за счет Турции. Польша окончательно разваливалась и ей предстояло быть поделенной между Пруссией, Австрией и Россией.
В Швецию ворвался ветер нового времени. Густав умер, как и хотел – на сцене, но еще почти два десятилетия страну шатало, а отношения с Россией все осложнялись и ухудшались. Вместе со смертью короля изменилась и Швеция. Исчезли остатки последнего величия. Сначала, до совершеннолетия сын Густава – Густава IV Адольфа правили временщики, но оказалось, что и новый король вступив на престол, показал всем, что он унаследовал от своего отца многое, чего не следовало – впечатлительность и упрямство, возбудимость и вспыльчивость, доходящие до бешенства, и самое главное, что в основном, по пустякам; склонность к позерству и податливость к уговорам, но, опять, главное - это страсть к интригам. Со смертью Густава шведская интрига не закончилась. Ей оставалось жить еще до 1809 года и она привела к низложению Густава IV Адольфа. И это закономерно. Ибо прав бы Бомарше: «Интрига рано или поздно губит того, кто ее начал». Но об этом будет другая история.