Год, когда я влюбилась (ЛП)
Я хочу быть рядом с ней больше всего на свете. Это то, что я быстро осознаю: я сделаю для нее все, что угодно, даже рискну получить по заднице из-за прихоти, что, возможно, то, что находится на этой флешке, сможет стереть часть боли, которую испытывает Иза.
Я знаю, что это значит. Я знаю, почему я забочусь о ней больше, чем о себе.
Я влюблен в нее.
И тот поцелуй в магазине… тот, что в шею… укусы… Боже, она была такой вкусной. Я даже не знаю, почему я это сделал. Я пообещал себе, что не пойду туда с ней, но внезапно все желание и потребность, которые я держал в ловушке внутри себя, взяли верх. Я думал, что она оттолкнет меня, но она этого не сделала и я начал задаваться вопросом, может быть, она хочет меня так же сильно, как я хочу ее.
Но сейчас определенно не время признаваться ей в моей бессмертной любви. После того, что случилось в школе, она не сможет смириться с тем, чтобы я вывалил на нее свои чувства. Мне придется просто смириться и сдержать все это, сопротивляться желанию кричать об этом с крыши, быть долбаным придурком, потому что да, вот где я нахожусь. Меня, черт возьми, накрыло. Я это знаю. И мне на самом деле все равно.
Что меня волнует, так это то, как проникнуть в эти файлы.
Яростно щелкая мышью, я в сотый раз запускаю программу взлома паролей. Высвечивается предупреждение и появляется еще одно поле с паролем. Я скоро слечу с катушек.
— Черт возьми! — Я ругаюсь сквозь стиснутые зубы, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить всех.
Я нажимаю на программу снова и снова. Как раз в тот момент, когда я думаю, что вот-вот сойду с ума, что я не могу больше ни секунды видеть, как появляется окно, мне предоставляется доступ.
— Святое чертово дерьмо. — Я откидываюсь на спинку стула, издавая удивленный смешок, потому что, честно говоря, я действительно не думал, что смогу это сделать.
Я начинаю открывать файлы и просматривать их. Первые десять или около того не относятся к делу и содержат записи случайных людей, карту того, что выглядит как большое здание и ссылки на какую-то систему безопасности.
Я только начинаю задаваться вопросом, может быть, Большой Дуг оставил мне не ту флешку, когда нахожу папку с надписью: Дело Беллы Лароуз. Я сразу же нажимаю на нее, открываю и начинаю читать.
Я даже не уверен, откуда Большой Дуг взял эту информацию. Из материалов дела? Нет, это нечто большее, как будто он провел какое-то расследование по этому делу или знал кого-то, кто тесно с ним сотрудничает, например, адвоката. Он просмотрел файлы, протоколы судебных экспертиз, заметки детектива, показания свидетелей, фотографии. И кое-что из этого определенно указывает на невиновность Беллы Лароуз.
В одном из файлов спрятан отсканированный лист бумаги со списком подозреваемых. Оно написано от руки и выглядит не очень официально, как будто кто-то записывал идеи. Одно особенно бросается в глаза. Я моргаю несколько раз, задаваясь вопросом, не вижу ли я что-то не так. Но имя остается там, притягивая мой взгляд.
Линн Андерс.
Я понятия не имею, почему кто-то мог подумать, что это Линн, какие у них есть доказательства или это просто случайное предположение. Все, что я знаю, это то, что я должен держать Изу подальше от Линн и ее семьи, пока мы не выясним все, особенно после того, что случилось в школе. У меня не хватило духу сказать Изе, но я почти уверен, что та фотография в листовках, разбросанных по школе, — ее фотография на баскетбольной площадке, была сделана кем-то, кто был с ней на баскетбольной площадке. По крайней мере, так это выглядело из-за того, как близко это было и под каким углом. Я не уверен, был ли там кто-то еще в тот день, но, если нет, это может означать, что мой брат-придурок сделал фотографию.
Будь то Кайлер, Ханна, Линн или кто-то еще, кто-то определенно полон решимости превратить жизнь Изы в сущий ад.
Но я не позволю им это сделать.
КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ