Лягушки

Второе полухорие
Антода
Если умен я и правильно вижу
Людскую судьбу и людской
Злой конец,
Этот Клиген, коротыш, обезьяна, [56]
Вор негодный,
Всем надоевший,
Этот банщик проклятый,
Владыка золы,
Земли кимолийской, [57] песка,
Щелочи, шаек, мочал
И грязных обмылков,
Не проживет уже долго. И вот почему:
Он мира не любит
И ходит с дубинкою всюду, чтоб одежек
Вор с него не сдернул.
Хор пляшет.
Предводитель второго полухория
Антэпиррема
Часто кажется, что город граждан и сынов своих,
И достойных и негодных, ценит совершенно так,
Как старинную монету и сегодняшний чекан. [58]
Настоящими деньгами, неподдельными ничуть,
Лучшими из самых лучших, знаменитыми везде
Среди эллинов и даже в дальней варварской стране,
С крепким, правильным чеканом, с пробой верной, золотой
Мы не пользуемся вовсе. Деньги медные в ходу,
Дурно выбитые, наспех, дрянь и порча, без цены.
Так и граждан благородных, славных домом и умом,
Справедливых, безупречных, убеленных сединой,
Выросших в хорах, в палестрах, знающих кифарный строй,
Их мы гоним, любим медных, чужеземцев и рабов,
Подлых и отродье подлых, ловких новичков из тех,
Кто на виселицу прежде пригодился бы едва.
Хоть сейчас-то измените свой обычай вы, глупцы,
Верьте тем, кто стоит веры, сразу все похвалят вас.
Если ж и случится злое, так не попусту, не зря,
А на дереве хорошем и повеситься не жаль.
 
Эписодий четвертый
Из дверей выходят Эак и Ксанфий.
Эак
Свидетель Зевс, мужчина благороднейший
Хозяин твой.
Ксанфий
Еще б не благороднейший!
Ему бы только пьянствовать и девок мять!
Эак
А странно, что тебя не изувечил он,
Когда ты, раб, назвал себя хозяином.
Ксанфий
Попробовал бы только!
Эак
Это сказано,
Как слугам подобает. Так и я люблю.
Ксанфий
Ты любишь?
Эак
Да, себя царем я чувствую,
Чуть выбраню исподтишка хозяина.
Ксанфий
А любишь ты ворчать, когда посеченный
Идешь к дверям?
Эак
 
Мне это тоже нравится.
Ксанфий
А суетиться попусту?
Эак
Еще бы нет!
Ксанфий
О Зевс рабов! А болтовню хозяйскую
Подслушивать?
Эак
Люблю до сумасшествия!
Ксанфий
И за дверьми выбалтывать?
Эак
И как еще!
Мне это слаще, чем валяться с бабою.
Ксанфий
О Феб! Так протяни мне руку правую,
И поцелуй, и дай поцеловать тебя!
Нежные объятия. Во дворце слышится шум.
Но ради Зевса, во плетях нам общего,
Скажи мне, это что за крик ужаснейший
И ругань?
Эак
Еврипид с Эсхилом ссорятся.
Ксанфий
Да ну?
Эак
Дела, дела пошли великие.
Средь мертвецов восстанье небывалое!
Ксанфий
А что?
Эак
Закон старинный установлен здесь
Для всех искусств, могучих и прославленных:
Кто всех сильней и выше в мастерстве своем,
Тем в Пританее угощенье дарится [59]
И трон с Плутоном рядом.
Ксанфий
Понимаю все.
Эак
Когда другой придет, сильнее прежнего,
Соперники в искусстве состязаются.
Ксанфий
Эсхила что ж так сильно опечалило?
Эак
Трагическим престолом он давно владел,
Как величайший мастер.
Ксанфий
Ну, и что ж теперь?
Эак
Когда сошел под землю Еврипид, собрал
Вокруг себя воров он и налетчиков,
Отцеубийц, грабителей и взломщиков –
Их в преисподней множество. Наслушавшись
Словечек ловких, доводов и выдумок,
Они взбесились и мудрейшим мастером
Его признали. Возгордившись, занял он
Эсхила трон.
Ксанфий
Его избили до крови?
Эак
Ничуть! Народ судилища потребовал,
Чтобы решить, кто в мастерстве искуснее.