Не отрекаются любя (СИ)

— Егор, а для тебя сегодняшний день тройной праздник. Не будем придираться к мелочам. Во-первых, ты стал не только мужем, но и отцом. Во-вторых, обрёл старшего брата. В-третьих, ты ещё в армейском строю.
— Алёнка, ты могла предположить, что Егор и Илья окажутся братьями? — улыбнулась Кристина.
— Мне это и в голову не могло прийти. С Егором мы были знакомы всего два дня. История с беременностью, с отцом, и я уже не вспоминала Егора, хотя он первые года три-четыре звонил. Ни с Ильёй, ни с Марком речи о родственниках не велись. У меня нет привычки, копаться в родословных или прошлом человека. Если он захочет, сам расскажет. В нашей семье были свои скелеты в шкафу.
— Это я знаю. Но было ещё кое-что, о чём ты мне не сказала.
— Ты о чём?
— О моём отце.
— А ты себе этот вопрос задавала?
— Задавала.
— И к какому выводу пришла?
— Я Евгения и не помню, а Саша всегда был рядом. Я и маму не осуждаю и не оправдываю. Не будь этой глупости, и меня не было. Ты о ней скучаешь?
— Нет. Тебе это покажется странным, но моя мама, которая бабушка, любила меня просто за то, что я есть, а я любила её. Твоя мама любила больше себя, и немного тебя.
— Мы решили с Сашей ничего не менять и никого в это не посвящать. Какой из него отец?
— Это ваше право, Крис. Ты главное помни, что у тебя есть я. Плохая или хорошая, но я есть и в помощи не откажу.
— Жаль, у меня нет таких подруг как у тебя, а с сестрой мне повезло.
— Знаешь, год назад, мне на глаза попалось одно стихотворение Ларисы Лебедевой. Там была двойная фамилия, но я запомнила только одну и часть самого стиха. Она звучит примерно так:
«Когда тебя не слышат — не кричи.
Не слушают — не надрывайся в споре.
Дверь не открыли — больше не стучи.
Ведь пресным никогда не станет море.
Не верят — оправданья пустой звук.
Не виноват — живи в ладу с душою.
Не лезь на дерево, коли, надломлен сук.
А ненавидят — горе не большое.
Не ценят — не навязывай себя.
Оценят, когда снова станешь нужным.
Не любят — отпусти, любя.
Что не твоё — не греет ветром южным».