НЕЙРОС. Часть третья. Черные слезы
— Я могу уже фары обратно включить? — вступает раздражённый женский. — Темно как в выхлопной трубе!
— Жги, Аннушка! — отвечает первый.
В световой коридор загоревшихся фар выходит мой бывший командир во всей красе военно-полевого прикида, как и не было этих двух лет. В контрастном свете не понять, но как будто ничуть не изменился.
— Хренассе, — комментирует он, увидев меня. — Знаешь, после того, как нашёл тебя старичком в Замке, думал, удивить меня больше нечем. Это точно ты, а не очередной самозародившийся в Великом Фрактале потомок?
— Точно я.
— Иди, обнимемся, друже. Да убери ты пистолет, я аккуратно!
Мы обнимаемся, что, учитывая разницу в росте, выходит забавно и неловко.
— Куда ты дел Нагму, пацан? И что вы тут такого учинили, что два лучших корректора Мультиверсума не могли к вам пробиться?
— Иди в жопу, Калеб, — лениво откликается женский голос из кабины пикапа. — Я не корректор. Я курьер.
Вот откуда мне знаком мужской голос, говоривший первым.
— Папа… как тебя там? — удивлённо говорит, вставая из-за камней, Нагма.
— Я не «как меня там»! Я твой отец Калеб!
— Калеб, рыжий хер! — вопит возмущённо Аннушка. — Так она реально твоя дочь? Ты же корректор, мудила! Нам же…
— Замолчи, так вышло! Я не виноват! Просто недоглядел…
— Заткнитесь все! — ору я. — Устроили, глядь, базар!
— И то верно! — соглашается Слон. — Давайте в мою машину, в пикапе всего два места.
— Я могу взять свою дочь на колени! — протестует Калеб.
— Иди в жопу, Калеб! — с видимым удовольствием повторяет за Аннушкой Нагма. — У меня уже есть папа! Самый лучший на свете!
___
Конец