Песни Шираза

* * *
 
— Где нынче трудишься? Я принесу обед,
 
Я принесу обед и сладостный шербет,
 
Я виноградный сок к шербету подмешаю.
 
— О ненаглядная, прекрасней в мире нет!
 
 
* * *
 
Ты предо мной всегда, твой образ в сердце врос,
 
Я слышу запах твой, шахиня алых роз,
 
Любимая моя, будь у меня сто жизней,
 
Я отдал бы их все за прядь твоих волос.
 
 
* * *
 
Степи вокруг и лоскутья пшеничных полей,
 
Я на чужбине, а что может быть тяжелей?
 
Нет ни родных, ни друзей у меня на чужбине,
 
Всюду чужие. Кому я скажу: «Пожалей»?
 
 
* * *
 
До Йезда [60] я дополз, колени обдирая,
 
Чтоб в губы целовать царицу, деву рая.
 
Сказал я: «Госпожа!» Она в ответ: «Мой свет».
 
Спросил я: «Дашь уста?» И слышу: «Дам всегда я».
 
 
* * *
 
Коль станешь ты луной, твой свет мне в самый раз,
 
Коль станешь мускусом, куплю я весь запас,
 
А если станешь ты застенчивым ребенком,
 
Скажи, куда прийти, и я приду тотчас.
 
 
* * *
 
Как болит голова, принесите сандала [61] скорей,
 
Из страны Искандера [62] зовите сюда лекарей,
 
Лекарей из страны Искандера, пожалуй, не надо,
 
Мне важнее лекарство из дома любимой моей.
 
 
* * *
 
Словно голубь, по свету скитаюсь всегда,
 
Как мне сесть, если гонит в дорогу беда?
 
Так вспугнула ты птицу влюбленного сердца,
 
Что нигде в целом мире не вить мне гнезда.
 
 
* * *
 
Что за луна взошла на небосвод!
 
Что за девица рядышком живет!
 
Хотел ее поцеловать я в губы,
 
Что за старуха села у ворот!
 
 
* * *
 
Дева, ты в белой чадре кандагарской [63] мила,
 
Веришь не веришь, ты сердце мое унесла,
 
Всем ты взяла, я влюблен в эти очи хмельные,
 
В эту хрустальную шею и мрамор чела.
 
 
* * *
 
Из тех краев домой, я знаю, путь далек,
 
По склонам, по хребтам и по камням пролег,
 
О братья, вас прошу, с тропы столкните камни,
 
Когда пройдет мой друг, чтоб не поранил ног.
 
 
* * *
 
Держу на примете я чудо-красотку в Кермане,
 
Не то ее родичи гебры, не то мусульмане,
 
Уж если из гебров ты, стань мусульманкой скорей,
 
С тобой ничего не стрясется, скажу я заране.
 
 
* * *
 
Подую в дудочку, чтобы напев возник,
 
Лишь тайну бы мою не разгласил тростник,
 
А если тайну он поведает кому-то,
 
Я пламя выдохну, сгорит тростинка вмиг.
 
 
* * *
 
Под звон велосипедного звонка
 
Ко мне мой милый катит из полка.
 
Чайханщик, приготовь-ка чашку чаю,
 
Устал мой друг, дорога далека.
 
 
* * *
 
На вершину взойду по тропинке крутой,
 
Без подруги живу, как последний изгой,
 
Эх, возьму-ка ружье, заиграю на дудке
 
И подругу найду где-нибудь за горой.
 
 
* * *
 
Все отдам я за стан и осанку твою,
 
За оружье твое жизнь свою отдаю.
 
Мне сказали: идешь ты сражаться с Насером, [64]
 
Стану птицей, чтоб милого видеть в бою.
 
 
* * *
 
Мне нравится топот коня твоего, мой родной,
 
Ах, как я любуюсь твоею зеленой абой, [65]
 
Дошло до меня, что уходишь сражаться с Насером,
 
Мне нравится конь твой, аба и стремление в бой.
 
 
* * *
 
На фисташковом дереве белою птицей была я,
 
Небо бросило камень, упала я, крылья ломая,
 
Небо, крылья верни мне, верни высоту и полет,
 
Чтобы разом могла я достигнуть ширазских ворот.
 
 
* * *
 
О Аллах! На часах я стою у ворот,
 
Мне два года служить, долго служба идет,
 
Мне два года трубить, разрываться на части
 
Под прославленным знаменем воинской части.
 
 
* * *
 
Поспели цитрусы в садах, прошу, мои друзья,
 
Цветку граната сообщить, что жребий вынул я,
 
Что угодил я под ружье, что в списках состою,
 
Что мне теперь наверняка служить в чужом краю.
 
 
* * *
 
Я ради черных очей превратился в кафера, [66]
 
Был правоверным, но где же теперь моя вера?
 
Глаз, как твои, я не видел нигде на земле,
 
Разве что в небе, там звезды в несметном числе.
 
 
* * *
 
Красавица, зачем со мной так поступать?
 
На рынке юности не век тебе блистать.
 
Что я — кузнечный горн? Зачем же, дорогая,
 
Раздула мой огонь? Чтоб сгинул я, пылая?
 
 
* * *