Небо цвета лазурита
– Дай я сначала скажу тебе. Ты должен знать. Подожди. Дай я сначала скажу тебе что-то важное.
– Что, говори. – Селдрион не выпускал ее из объятий словно боясь, что она исчезнет как призрак выдуманный Харшей, хотя уж давно убедился в обратном.
– Во мне больше нет амриты. Я иду возвращать ее нагам, вместе с реликвиями Харши. Амрита – это то, что было дано мне лишь на время. Теперь я не буду жить вечно, как ты раньше хотел.
Но вместо того, чтобы ответить, он целовал ее шею за ухом, вдыхая одурманивающий запах шелковых черных волос, касался щекой ее бархатных щек.
– Ты пахнешь все так же. Цветущей белой акацией. Как будто в тебе ничего не изменилось. Все так же безумно прекрасна. Теперь я уже не смею помыслить о вечности. – Он оторвался от нее, с искрами в глазах ловя ее взгляд. И усмехнувшись добавил. – Мир людей растоптал мою гордость. Скитания полностью изменили меня, подменив на кого-то другого. Не знаю даже, понравится ли тебе теперь этот другой, ведь мы еще не знакомы. Я и сам дивлюсь переменам. И теперь даже не знаю, кто я, зачем живу и долго ли еще протяну. Поэтому для меня стало важно лишь сейчас. И сейчас я хочу быть с тобой. Просто хочу быть с тобой…
***
Когда синее сияние портала погасло и последний силуэт исчез в пустоте, вибрация гулкого звука прекратилась. На пне лежала одинокая потертая кепочка стража.
Рано с утра, когда небосвод только окрасился в розовый, из чащи показался щуплый старик в камуфляже, держащий ружье наперевес. Рядом с ним семенила дряхлая вылинявшая овчарка. Старик бодро поднялся на холм. Слишком бодро для своих лет. Поднявшись, он не стоял отдыхая, как Марианна, бывшая раза в три моложе, а спешно пошел к потухшим углям костра. Остановился, глядя на кепку. И нацепив ее обратно на голову, уселся, обратившись лицом к вырубке, уничтожившей чудесный лесной дворец, где он правил. Собака с особенным кряхтением, одышкой или может осуждающим вздохом улеглась рядом. Старик долго и пристально вглядывался в даль, словно подсчитывая количество исчезнувшего. Пытаясь запомнить каждую сосну или дуб жившие здесь прежде. В его глазах читалась безутешная тоска, которая нарастает с каждым годом у тех, кто способен запечатлеть в памяти все изменения мира. Потом со смирением в сердце, закрыл глаза, глубоко вдохнув утренний сладостный воздух. Вдалеке щебетали беззаботные птицы. Он сидел на пеньке очень долго, что казалось просто уснул. Его пес-помощник давно похрапывал. Время рассвета прошло и солнце уже начало раскалять воздух. Когда старик открыл глаза – из пеньков, разбросанных по поляне, начала пробиваться нежная молодая поросль, гонимая к солнцу его чудодейственной волей.
2019-2021 г.
Посвящается благу всех живущих. Да обретут они счастье!