Величие Сатурна

Когда изменения в мифе совершаются под влиянием Джьотир Видьи, то результатом становится эволюция.Такая эволюция есть истинный прогресс, ибо она восстанавливает связь между разрозненными фрагментами мифа и их Источником, между всем Творением и Единым, и тем самым вновь проявляет священное в мирском. Однако если миф преображается под влиянием личных, общественных или иных ограниченных человеческих стремлений, то результатом становится регресс.В ходе регресса миф теряет связи с Центром и распадается на бессвязные фрагменты. При том, что оба эти процесса протекают беспрерывно, эволюция «включается» в полную силу лишь время от времени (приблизительно так, как с точки зрения современной биологии происходят «эволюционные скачки»), а регрессивный процесс является плавным и поэтому менее заметным.
Рассмотрим эволюцию мифа на примере уже знакомого нам повествования о величии Солнца. Б первоначальном варианте предания о том, как Солнце потеряло часть своего блеска, жена Солнца носила имя Саранью, а не Санджня. Санджней же звали «подставную жену», и имя это можно перевести как «Образ». Сатурн в этом варианте не фигурирует вовсе. Позже Саранью стала Санджней, а Санджня — Чайей, то есть «Тенью», которая и родила Сатурна. С одной стороны, слово «чайя»может означать всё тёмное, скрытое, подсознательное, — все те понятия, которые ассоциируются у нас с тенью и сегодня; но с другой стороны, оно обозначает и блеск кожи, и ауру человеческого тела. Чайя может быть как светлой, так и тёмной. Другими словами, это некий эффект, который производит тот или иной предмет. Сверкающие лучи солнца отражают его образ, который можно увидеть, к примеру, в зеркале стоячего пруда. С этой точки зрения «тенью» может быть даже ослепительно сияющий образ.
Особенно важно понятие Чайи для материалистов, так как именно тень даёт возможность принимать иллюзии за реальность. С точки зрения Солнца (души) всё материальное иллюзорно, так как не излучает собственного света. Но с точки зрения Раху и Кету, Лунных Узлов, то есть чайя-грах («Теневых Планет»), всё материальное кажется реальным и прочным. Чайя-граха — это тень, которая поверила в то, что наделена собственной жизнью. В каком-то смысле можно считать «живыми» и затмения, которые происходят в точках Раху и Кету: это тени, уверовавшие в собственную реальность. Однако если солнечный свет позволяет нам ясно видеть и сами предметы, и их тени, то тени показывают нам лишь иллюзии. Согласно джьотишу. Лунные Узлы порождают ложные представления, заблуждения и ложное эго и внушают эти иллюзии тем, кто восприимчив к их влиянию. Когда хранители мифов подпадают под воздействие Раху и Кету, неизбежно начинается регресс. Одной из главных причин вырождения мифов стало влияние Лунных Узлов на индийскую жреческую касту — брахманов, которые были хранителями множества мифов. Первоначально брахманом назывался каждый, кто действительно знал истинную Реальность («Брахман джанати ити брахмана»,знающий Брахмана есть брахман). Знал в том смысле, в каком Провидцы её видели.И когда Бали отказался прогнать Божественного Карлика, он поступил так, потому что признал в Вамане брахмана и почтил его как Знающего Абсолют. Но позже, когда принадлежность к кастам стала определяться по рождению, любой отпрыск касты жрецов, будь он даже развращённым и порочным человеком, автоматически получал титул «брахман». Среди них всегда находились беспринципные люди, которые по негласному сговору эксплуатировали миф о Вамане и подобные ему предания для того, чтобы обирать набожных и благочестивых людей. Известны даже случаи, когда жрецы сознательно искажали мифы, чтобы оправдать священными текстами выродившиеся ритуалы и внушить мужчинам других каст и всем женщинам, что те относятся к людям «второго сорта».
 
Веды, Пураны и Тантры
Однако большинство «брахманов по рождению» всё же сохраняли вверенную им живую мудрость точно и бережно, честно выполняя свой долг. Более того, они «вливали» эти старые (пурана)знания в сосуды новых идей, и так появились группы текстов, которые впоследствии стали известны как Тантры и Пураны. И хотя составители Пуран и тантрических текстов стремились сохранить непрерывным тайный поток ведической мудрости, к одному и тому же мифологическому материалу они зачастую подходили с совершенно различных позиций. Отчасти это было обусловлено разнообразием вариантов толкования мифов. Пураны и Тантры основываются во многом на одних и тех же принципах, в числе которых — учение о  Девяти Планетах. Но при этом Тантры сосредоточены на практическом применении живой мудрости (как мы видели в разделе об упайях), а Пураны — на теории.
Исследователь Людо Рочер считает, что самая яркая особенность всех предметов, которые в Индии обозначают словом «пурана»,— это то, что они одновременно являются древними и новыми.  Они существуют с незапамятных времён и претерпели бесчисленные обновления и перерождения, подобно самому роду человеческому. Традиционная этимология возводит слово «пурана»к выражению «пура хи анати идам»,что означает: «это дыхание прошедших времён» («Вайю Пурана»,1.183). Пураны преподносят ведическую реальность по-новому, встраивая её в новый контекст и творя новые образы, лучше передающие эту реальность в новом мире. Более того, Пураны утверждают, что и сами Веды — это Пураны, а Пураны — это Веды, что они являются частями единого потока знания, живущего в изменяющемся мире. Веды можно уподобить старшим сановникам в государстве, а Пураны и Тантры — их младшим коллегам, получившим от них санкцию на воплощение новых идей и проектов.
После того как «космос» Вед замкнулся в себе, живой миф в Индии стал воплощаться во Вселенных Тантр и Пуран, которые ещё  долго оставались открытыми для вновь возникавших божеств и понятий, поддерживавших связь мифа с ведическим откровением. Создатели Пуран и Тантр стремились сохранить невредимой эту цепь преемственности и распространить на Пураны ореол святости, до тех пор присущий только Ведам. Бот почему Пураны и связанные с ними эпические поэмы «Рамаяну» и «Махабхарату» иногда называют «Пятой Ведой». Великий риши Вьяса, по преданию разделивший  некогда единую Веду на четыре части, также считается автором Пуран и «Махабхараты». Однако «Пятая Веда» отличается от четырёх своих «сестёр» своей общедоступностью. Обстановка на заре формирования ведической религии была такова, что Веды превратились в «частную собственность» лиц мужского пола, принадлежащих к высшим кастам. Пураны же открыты для всех искренних людей независимо от пола и касты. Подобным же образом тантрические ритуалы открыты и доступны всем, кто в состоянии их совершать.