Городской детектив. Тени прошлого
– Привет! Звали? – Послышался вдруг голос и появился мужчина, которого сначала можно было принять за юнца, но криминалисту Козакову было уже чуть за пятьдесят, серый цвет лица выдавал в нём залежавшиеся болезни, а цепкий взгляд всё ещё живой и молодой ум.
– Юра, спасибо! Ты как раз вовремя. – Визгликов кратко описал всё, что они уже сделали и увидели. – Надеюсь, от чего-то важного не оторвал?
Юру Козакова любили, он совмещал в себе внимательность к деталям, аккуратность и дотошность в своей работе, а также порой неординарные выводы о ходе дела, но все знали о том, что он много лет борется с недугом, который уже лет десять преследует мужчину.
– Ты меня ещё про здоровье спроси! – Мужчина печально вздохнул. – А зачем вы ванную расковыряли? И я что-то не помню, чтобы мы в первый раз эту часть квартиры обследовали.
– Я ж тебе говорю, пришли сегодня версию проверить и обнаружили дверь.
– Станислав Михайлович, а по-человечески сделать всё нельзя? Или вы, когда находите что-то важное для следствия просто забываете о процедуре? – Юра покачал головой. – Серёжа, дай мне какую-нибудь табуретку, я свой скарб поставить хочу. И давайте разрядим пространство, слишком много народу. – Ровным спокойным голосом проговорил он.
С Козаковым обычно никто не спорил, работал он чётко и быстро, а итоги всегда были результативные.
– Серёга иди озадачь управдома на эту квартиру, чтобы все данные получить! Как там Глаша? – Обернулся Стас к оперу.
А Глафира после того, как Погорелов вывел её на лестницу, опрометью метнулась в свою квартиру, еле успела захлопнуть за собой дверь и бросилась в туалет. До этого момента девушка не знала, что от страха может так адски заболеть живот. Ей было мучительно, невыносимо плохо, когда тело тряслось в конвульсиях и его выворачивало наизнанку над унитазом. Немного придя в себя, она шатаясь вышла в коридор, добрела до ванной и умывшись холодной водой села на кухне. Девушка смотрела за окно, глаза отвлечённо сами по себе скользили вслед за прыгающими по веткам птичками, слух улавливал какие-то звуки, но голова была просто пустой. Глаша даже не пыталась мыслить, ей казалось, что любая мысль может сломать её психологический барьер. И вдруг она подумала, что в её жизни появилось слишком много экстремальных ситуаций. И теперь это нужно либо принять, либо уволиться. Второе на сто процентов освободит всех от проблем, а особенно порадует родителей.
Глаша сидела и рисовала своё счастливое будущее с Ильёй, где она трудится юристом, он занимается любимыми цветами, они живут как все, работая по графику пять через два, рожают детей и ездят в отпуск. Оценив отношение к такой радужной перспективе, девушка встала и пошла на выход.
Поднявшись снова в квартиру Нефёдовой, она вошла в «склеп с загадками» так она про себя почему-то окрестила эту часть жилища. Глаша услышала голос Лисицыной, которая присоединилась к обследованию, пока девушка приходила в себя. Глафира ещё раз обошла комнату, она даже заглянула за батарею, а потом её взгляд упал за окно. Глаша могла поклясться, что ещё вчера на соседнем доме не было этой растяжки с надписью.
– Стас Михайлович! – Снова закричала девушка.
– Да что ж ты орёшь-то всё время? – Мигом очутился рядом Визгликов. – Глаша, что ты здесь делаешь?
Он проследил взглядом за рукой девушки указывающей в окно и вслух прочёл:
– «Ты меня ещё не поймал! В ящике утешительный подарок!»
Стас на минуту замер, потом перехватив лом, стоявший у стены, быстрым шагом ворвался в ванную, отодвинул Козакова и подцепив ломом крышку с силой надавил. Визгликов сковырнул замок, руками оторвал упирающееся железо и откинул верхнюю часть ящика. Как только он это сделал, сразу же что-то снова зашипело и послышался вкрадчивый голос:
– Ура! Мы добрались до подарка! Следователь Визгликов такой важный человек и посадил целого маньяка! Как же была его фамилия, – голос замолчал, словно задумался, – а, Петраков! Ну раз ты думаешь, что поймал меня, то я буду играть дальше! Я изменил привычки и правила, и ты открыл мне целый мир, где можно выйти за границы своего ритуала и ощутить всеобъемлющую свободу! – Послышался вздох. – Так что подарок тебе за это. А, ну и прости за дочь, это я опробовал новый метод, который подарил мне ты! Хотя и мог всё предотвратить! – На этом голос умолк и шипение прекратилось.
Погорелов предусмотрительно перехватил лом у застывшего как изваяние Визгликова. Лисицына тихонько вышла из ванной, а Козаков присел на табуретку, обхватив голову руками. Потом криминалист вскинулся и стал искать источник звука. Анна Михайловна вернулась и попыталась дотронуться до Стаса, но тот лишь отодвинулся. Было видно, что его трясёт мелкой дрожью, на висках проступили вены, скулы побелели, а пальцы скрючились.
– Вот здесь! – Сказал Юра. – Вот смотрите! – Он снял вентиляционную решётку наверху. – Здесь стоит воспроизводящее устройство, сейчас поищу динамики. Видно, когда мы ящик вскрыли, то запись и пошла.
– Погорелов, быстро в соседний дом и всю душу вытряси из того, кто повесил эту растяжку! – Отрывисто сказала Лисицына. – Глафира, ты в состоянии работать?
– Да! – Сказала девушка, которая буквально за несколько секунд осознала, что минутная душевная слабость уже исчезла и сейчас главное было понять, что происходит.
Козаков глянул на Глашу.
– Вы следователь?
– Да, Глафира Константиновна Польская!
– Ну, смотрите! – Козаков позвал её внутрь. – Ну вот так он провёл динамики, – он достал мобильный, – я сейчас фотофиксацию сделаю и дальше пойдём по основному. Там ещё одна крышка, но надо всё-таки это всё осмотреть. – Юра снова печально вздохнул. – Стас, а там ещё дым машина внутри, старенькая такая, вон спрятана, она дым-то и сделала. Ты был прав – глицерин. Ну вот сами смотрите! – Козаков вытащил потёртый агрегат и поставил его на пол. – Глафира Константиновна, давайте вам место организуем, чтобы быстрее работа пошла, вы на бумаге фиксируйте, а я своим делом займусь.
Козаков методичными действиями сумел как-то разрядить обстановку. Визгликов тяжело огляделся и вышел, а Козаков с Глафирой продолжили работать.
Визгликов подошёл к столу, на котором лежали фотографии дочери. Он мрачно глянул на тяжёлую плиту, подумал минуту и крикнул:
– Юрий, а я могу уже на столе покопаться?
– Стас, погоди! – Донёсся возглас Козакова. – Ну давайте будем взрослыми людьми и профессионалами и делать всё, как полагается! – Криминалист появился в дверях. – Иди в ванную комнату, там очень интересное зрелище! А я пока здесь закончу.
– Хорошо Юр! Не кипятись! – Сказал Визгликов совершенно беспристрастному Козакову.
– Ну вот Анна Михайловна, а если сейчас напортачим? А потом вы изловите преступный элемент, а что предъявлять будем? – Юра покачал головой и обернулся. – Глафира Константиновна, ну вы идёте?
Визгликов зашёл в ванную комнату и остановился на пороге.