Парень подруги. Я не для тебя
— Так скажите в деканате, они купят другую.
— Ага, к зиме, потому что в эту щель уже начнет задувать ветер.
Я захихикала. Станислав снова кинул на меня внимательный взгляд.
— Ты почему не уходишь, Диан? — спросил он меня.
— А вы?
— Жду, когда ты уйдешь. Надо закрыть кабинет.
Вау, ответ не очень романтичный... Кажется, это провал, и спор я проиграла. А впрочем...
— Хотела просто спросить — а почему вы выбрали именно философию?
— Люблю рассуждать о жизни.
— А как вы думаете, любовь и влюбленность отличаются? — задала я вопрос, постепенно приближаясь к той теме, которая меня волновала. Если бы не чёртов спор, я бы, наверное, не решилась это всё сказать.
— Конечно, — кивнул Стас. — Влюблённость состояние эйфорийное. Это симпатия к образу в голове, часто не имеющая ничего общего с реальностью. Любовь же состояние более осознанное, когда видишь человека уже более реально, понимаешь его минусы и принимаешь таким, какой он есть — грешным, как и все, неидеальным, иногда слабым и разбитым. Думаю, что именно к любви способны уже относительно зрелые личности. А в твоём возрасте возможна лишь влюблённость. К чему ты спросила?
— А если в вас влюбится студентка? Что тогда вы будете делать? — спросила я.
— Диана, ты меня пугаешь, — поднял брови вверх он. — Я не стану заводить отношений со студенткой. Мне ещё нужна эта работа. И как я уже сказал ранее, навряд ли чувства юной студентки настоящие в силу возраста.
— Значит, вы считаете, любить могут только взрослые? — кокетливо спросила я его.
Не знала, что умею кокетничать.
— Я не так сказал. Я сказал, что тебе для любви нужно созреть, Диана, — ответил Станислав. — Ты ещё слишком юная и путаешь любовь с обычной симпатией к мужчине.
Значит, он прекрасно понял, что я говорю не фигурально, а о себе.
— А если не путаю? — я подошла ближе. Заглянула в его глаза. — У вас такие красивые глаза, Станислав Сергеевич...
— Диана, ты... — голос преподавателя по философии звучал глухо.
Поднялась на мыски и коснулась его губ своими. Лёгкая щетина колола губы, его аромат проникал в лёгкие и словно пьянил. Внезапно поцелуй оборвался — крепко взяв меня за плечи руками, он отстранился, заставляя и меня отступить на шаг.
— Диана, ты что творишь? — Ошарашенно спросил Станислав Сергеевич, оборвав мой неловкий и неожиданный даже для меня самой поцелуй. Просто эмоции нахлынули. — Не делай больше так... Иначе я буду вынужден уволиться.
Он спешно вышел из аудитории, оставив меня сгорать от стыда и унижения и лить бестолковые слёзы. Ну и на что я рассчитывала, когда полезла целовать его? Как унизительно… Таня права, я никому не могу нравиться, и попытаться добиться внимания от мужчины, который понравился мне — пустая трата времени. Зря я только ввязалась в этот спор с ней… Хотела доказать, что тоже чего-то стою, а вышло всё наоборот.
— Ого, Диана, — раздался позади меня ехидный голос. — Ты умеешь целоваться? Я думал, ты ханжа.
Обернулась и застыла на месте. На меня смотрел своими серыми и почему-то вовсе не такими весёлыми, как его голос, глазами Ланской Мирослав. Сердце рухнуло в пятки...
Конец