Моей будешь, ведьма!

Оставшись одна, я прошлась по выделенным мне апартаментам, скользя изучающим взглядом по стенам, затянутым серой парчой с серебристым рисунком, чёрному шёлковому покрывалу на большой кровати под... чёрным балдахином. Рассказать, какого цвета шторы? Ладно хоть невесомый тюль белый и на том спасибо! Всё изящество дивана и кресел в зоне отдыха нещадно портила тёмно-коричневая обивка. На стене рядом с дверью в весьма вместительную гардеробную, пока ещё, разумеется, пустую, огромное зеркало в пол. Жуткое оно какое-то, если честно, почему-то меня преследовало ощущение, что оттуда кто-то следит за мной. Если оценить обстановку в целом – паутины по углам не хватало, а так – один в один словно в склеп попала.
После такой «милой» спальни в ванную я заглядывала с опаской. Моё богатое воображение уже нарисовало огромный котёл с разведённым под ним костром и парочку кочегарящих его чертей. А что, вполне соответствовало бы общему антуражу.
Но нет, я даже, резко затормозив, зажмурилась от резанувшего по глазам белого цвета кафельной плитки. Такие же белоснежные раковина и ванна королевских размеров, позолоченные краны и вентили, светло-голубые полотенца и пара халатов на вешалках, разнообразные тюбики и флаконы на полочке. Если встать в дверях, то можно сказать, что здесь рай, в то время как за спиной у меня – ад!
________________________
*Масверк– это традиционный готический орнамент, образованный пересекающимися дугами окружностей различного радиуса.
   
6
БИАТРИС.
Вернувшись в комнату, села на диван и, ещё раз осмотревшись по сторонам, пришла к весьма занимательному выводу. Если сменить чёрные шторы, постельное бельё и балдахин… к примеру, на голубые, то спальня получится очень светлой и милой. Что-то мне подсказывает, что такое убранство здесь неспроста. Похоже, герцог специально пытается выдворить навязанных ему гостей. Ведь если дамочки сами сбегут в ужасе от «логова» некроманта, Крослифф тут ни при чём и перед императором чист. И ножки у нумерации растут, скорее всего, оттуда же.
Должна признать: заинтриговал! Интересно, как выглядит такой изобретательный тип?
Из коридора донёсся шум и гам, видимо, гости уже добрались и расселяются. Не успела об этом подумать, как в дверь, деликатно постучавшись, скользнула... скользнул... скользнуло?
– Добрый день, леди Меллоуш, я ваша горничная, – избавили меня от мучений.
Некультурно приоткрыв рот я блуждала изучающим взглядом по голому черепу, увенчанному белоснежным чепчиком, пустым глазницам, мерцающим жёлтым свечением, костлявым рукам, торчащим из рукавов серого платья и чинно сложенным поверх белого передника… Остановившись на скрещенных в реверансе голых костях ног, обутых в туфли на низком каблуке, я не выдержала и, откинув голову, расхохоталась.
– Леди? – в голосе прозвучало столько изумления, что я представила, как взлетают несуществующие брови.
Нет, ну я определённо хочу познакомиться с герцогом, думаю, такая подстава добьёт многих, причём не только дам, но и кавалеров.
– Прости, – выдавила я, отсмеявшись, – как мне к тебе обращаться?
– Мира, госпожа, – скелет вновь поклонился, и совершенно не отреагировал на раздавшийся за дверью визг.
– Что это? – посмотрела я на служанку заинтересованно.
– Думаю, не все леди отнеслись к своим горничным так же спокойно, как вы.
– Ясно, – вновь расплылась я в улыбке.
– Карета с вашим багажом уже прибыла, сейчас всё доставят в комнату. Не желаете пока принять ванну?
– Желаю, Мира, но только я это сделаю сама!
– Я вам противна? – пробормотала она грустно.
– Вовсе нет, просто я привыкла обходиться без горничных и твоя помощь мне понадобится лишь при сборах на выход. Ты умеешь делать причёски? – успокоила я... пусть будет девушку!
– О, ещё какие! Вы у меня будете самая красивая в этом сезоне! – заверила Мира повеселев.
– Хорошо, тогда мы с тобой поступим следующим образом: я пойду помоюсь, а ты разберёшь мои вещи и приготовишь платье. Как вернусь, начнём собираться на бал, – дождавшись согласного кивка, я поднялась с дивана и направилась в ванную.
По пути вновь покосилась на зеркало, подумав, что надо бы его на ночь завесить. Ну вот не покидает меня ощущение пристального взгляда из его глубин.
От души понежившись в горячей воде, покрытой густой пеной, я выбралась, натёрлась маслом с лёгким ароматом фиалок, кстати, дома я пользуюсь точно таким же. Надо же, как угадали.
Мира ждала меня в гардеробной. Уже управившись с моими нарядами, она выбрала для сегодняшнего вечера красное платье с открытыми плечами. Без рукавов, с корсетом, расшитым красными кристаллами, и множеством пышных юбок в пол из полупрозрачной ткани. От такого количества прозрачность они, разумеется, потеряли и осталась лишь видимая воздушность одеяния. Жаль, что на весе это не отразилось и платье оказалось довольно тяжёлым.
В принципе, узрев своё отражение, об этом неудобстве я тут же забыла. Моя худощавая фигура сейчас отчего-то выглядела не тощей, а хрупкой. Алая глянцевая помада придала губам объёма и соблазнительности. Светло-серые тени лишь подчеркнули цвет глаз, а стрелки и подкрашенные тушью ресницы сделали их по-кукольному невинными. Якобы выбившийся из высокой причёски локон струился вдоль шеи, привлекая внимание к её тонкости и изяществу. Собственно, как и гарнитур с рубинами, состоящий из колье и пары висячих серёжек.
– Последний штрих! – сообщила горничная, водрузив мне на голову ажурную, с россыпью бриллиантов диадему.
– Мира, ты волшебница! – сделала я вывод. – Знаешь, после окончания сезона я, наверное, тебя похищу!
– Вы очень добры, – пробормотала она смущённо, – но мне нельзя далеко отходить от хозяина, я без его силы – лишь набор костей!
– Успокойся, я пошутила! – подмигнув скелету, выпорхнула в коридор и направилась на первый этаж.
Встреченные по пути девушки выглядели агрессивными и косились друг на друга, ну и на меня, разумеется, оценивающе. Странные они какие-то, не за одного же мужчину бороться пришли, думаю, тут на всех хватит! А если уж совсем никто внимания не обратит, то надо искать причину в себе, а не в соперницах.
– Вы не похожи на других девушек, – раздавшийся тихий голос выдернул из раздумий и вынудил повернуться к его обладательнице.
– В каком смысле? – окинула я взглядом миниатюрную девушку с веснушками на фарфоровом, бледном личике и огненно-рыжими волнистыми волосами, свободно падающими на спину.
– По вам не скажешь, что вы готовы кому-нибудь горло перегрызть, в отличие от остальных, – ответила девушка смущённо. – Я Алисия Бректифф, мой отец лишь виконт и вряд ли моя фамилия вам знакома, – добавила она, заметив, как я нахмурилась, пытаясь вспомнить, к какому роду принадлежит новая знакомая.