Искусство наследования секретов
– Здесь действительно холодно, – легкомысленно отшутилась я. – А чей это призрак?
– Девушки, сбросившейся с галереи, – Самир указал на брешь тремя этажами выше:
– Там когда-то были башни?
– Да.
– А почему она выбросилась?
– Всегда и всему причиной любовь. Разве не так?
– Гм-м. Наверное, – я подняла глаза на притененную галерею, где когда-то, должно быть, играли менестрели. Вообразила себе девушку – настолько обезумевшую, что предпочла жизни страшную смерть на этих изразцах. И ощутила дрожь, пробежавшую по спине.
От холода у меня снова заболела нога. И внезапно мне захотелось, чтобы рядом оказалась мама, рассказала мне старинные предания и поделилась со мной своей собственной историей.
– Откуда вам все это известно?
– Если бы выросли в этой деревне, вы бы тоже знали все эти предания, – обойдя кучу мусора, оставшуюся от сгнивших журналов, Самир снова вскинул глаза к потолочному своду: – В детстве меня влекла сюда какая-то неведомая сила. У этого места особая атмосфера. Какая-то потаенная печаль. Словно оно хочет освободиться… избавиться от проклятия, – подмигнул мне парень.
В груди снова защемило, Самир задел меня за живое:
– Я думала, что мама родом из маленького, убогого местечка. Какого-нибудь унылого промышленного городка. Она не любила рассказывать о своей жизни в Англии… – вздохнула я, – А мне казалось, это потому, что она сбежала в Сан-Франциско из жуткой дыры. Не могу поверить, что мама могла все так тщательно скрывать в себе. Она ни разу, ни единым словом не обмолвилась об этом поместье, – покачала я головой.
– Вам стоит побеседовать с моим отцом. В имении что-то произошло перед тем, как все его покинули. Но я многого не знаю. А отец был здесь в то время.
– Сколько ему лет? – спросила я Самира.
Уголки его рта выгнулись вниз, парень почесал щетину на подбородке:
– Вроде бы шестьдесят семь…
Мама умерла в шестьдесят шесть.
– Я к тому, а были ли они знакомы?
Самир тихо фыркнул:
– Конечно, были. Вы видели площадь деревни?
– Все так. Но они могли… вращаться в разных кругах.
– Верно. Но наши бабки были добрыми подругами.
– Да что вы?
– Да. Они еще девочками вместе жили в Индии.
Меня захлестнула волна грусти:
– Я даже имени ее не знаю…
Самир лишь посмотрел на меня большими темными глазами. Но на душе почему-то сразу сделалось легче.
Краем глаза я заметила какое-то движение; меня пробрала оторопь. Резко развернувшись, я увидела кота, сидевшего примерно на середине лестницы. Он был очень большой, с густой черно-белой шерсткой и порванным ухом.
– Привет, – сказал ему Самир. – Охотишься тут на мышей?
Кот даже не шевельнулся; он только молча буравил нас своими желтыми глазищами.
– В точности такого кота изображала на всех своих рисунках мама, – сказала я с дрожью в голосе.
Рука Самира ласково коснулась моего плеча:
– Здесь их целая армия. Амбарные кошки.
– По-моему, этот экземпляр может сойти и за домашнего кота.
Кот, похоже, совсем не боялся. Его большой пушистый хвост вилял то верх, то вниз. Внезапно совершенно озябнув, я прислонилась к нижней стойке лестничных перил – резной балясине выше моей головы.
– Может, мы перенесем осмотр остальной части дома на другой день? Мне нужно в тепло, где я могла бы чем-то подпереть ногу.
– Конечно, – протянул мне руку Самир.
Пару секунд я колебалась, почувствовав себя не в своей тарелке – дурехой под сороковник, по-старушечьи ковылявшей на нетвердых ногах. Но взгляд Самира меня успокоил, и я шагнула вперед, чтобы взять его под локоть. Мы вышли тем же путем, каким и вошли. Перебросившись лишь парой слов.
– Впечатляюще, правда? – спросил Самир.
– Да, – кивнула в ответ я.
В окне кухни мы увидели Тони и Ребекку, стоявших у грузовика.
Самир замедлил шаг:
– Будьте осторожнее с этой парочкой.
– О чем вы?
– Просто поостерегитесь, – помолчав, сказал парень. – Здесь далеко не все рады вашему приезду.
– Под «не все» вы подразумеваете «никто»? – усмехнулась я.
– Большинство, – с сожалением скривил губы Самир. – Вам следует это знать.
– Спасибо за предупреждение.
Самир повернулся ко мне лицом и прижал руку к груди.
– А вот я благонадежен как бойскаут и верен как голубь, – сверкнул глазами парень.
Уж не флиртовал ли он со мной? Самир стоял так близко, что эта мысль не показалась мне насквозь абсурдной. И настолько близко, что я могла уловить запах дождя, пропитавший его волосы, и осознать широту его плеч.
Сложив руки в молитвенном жесте, я поклонилась:
– Благодарю вас, молодой человек.
– Не такой уж и молодой, – пробормотал Самир, и в удивлении я вскинула на него глаза, но парень легкой поступью уже двинулся к выходу.
Как бы глупо это ни прозвучало, но настроение мое приподнялось. Я уже позабыла, когда со мной в последний раз так флиртовал мужчина. Тем более – с глазами, как ночное море.
Подслушав свои мысли, я закатила глаза. Самир был слишком молод для меня, и уже одно это обстоятельство служило препятствием. А кроме того, у меня еще имелся жених!
На крыльце Самир замялся:
– Давайте я оставлю вам номер мобильного. Если вам захочется еще раз приехать сюда, можете мне позвонить.
Чисто деловое предложение! Почему нет? Забив в смартфон свой пароль, я открыла список контактов. Как ни в чем не бывало, Самир забил свой телефон и имя и вернул мне мобильный.
– Спасибо, – кивнула я, но парень уже направился к грузовику, передвигаясь той гибкой пластичной походкой, которая присуща некоторым высоким мужчинам, как будто у них нет костей – только мышцы и кошачья грация.
Похоже, смена часовых поясов и усталость пагубно сказались на мне: с каждой минутой я все больше глупела. «Пора хорошенько выспаться и отдохнуть!»
Вечером дождь пошел с новой силой. Изнуренная и эмоционально взвинченная, я опять поужинала в номере и, укутавшись в одеяло у камина и попивая чай, занялась поисками в интернете информации о поместье. К моему несказанному удивлению, в «Википедии» ему была посвящена довольно солидная статья.
Прилагавшийся к статье снимок – из более ранней эпохи – был сделан в солнечный день. Дом ослепительно сиял золотом на фоне пасторального неба, а на обрамлявших его тополях распускались листочки.