Шеннеч — последний
«Но этого не может быть, — пытался уговорить себя Тревер. — Откуда им вдруг стал точно известен маршрут в пещеру? «
Откуда?
В тревожные мысли Тревера насильно втиснулось понимание того, что он не хотел видеть, И это понимание не уходило, не переставало мучить его, и он внезапно выкрикнул с болью и чувством вины:
— Нет! Не может быть, чтобы они увидели через меня!
Перед ним неумолимо встало воспоминание о страшной минуте, когда что-то схватило его через солнечный камень и как бы перелистывало страницы его мозга.
Мощный чуждый мозг, войдя с ним в этот ужасный контакт, легко читал в мозгу Тревера и нашел в нем секрет пещеры.
Тревер застонал в агонии вины. Он выполз из своего убежища и бросился обратно к ущелью следом за соколами. Может быть, он успеет предупредить…
Он миновал развилку и теперь услышал в глубине каньона звуки, которых страшился: женский визг и хриплые крики ярости и отчаяния мужчин. Перескакивая через камни, падая, задыхаясь, он добежал до отверстия пещеры и замер от ужаса.
Соколы ворвались в пещеру и вытащили из нее рабов. Собрав их в каньоне, они пытались конвоировать их к выходу из ущелья, но рабы пробивались назад.
Черные крылья бились и грохотали в узкой горловине между каменными стенами. Мелькали когти, хвосты били точно кнуты. Люди отбивались, отталкивая и топча друг друга. Некоторые уже лежали мертвыми. Несколько соколов — тоже. И все-таки, под неумолимым натиском соколов, люди вынуждены были идти по каньону.
Чуть в стороне от других Тревер увидел Джин, Хьюго затолкал ее во впадину в стене и, загородив ее собой, с ожесточением размахивал обломком камня, пытаясь сбить сокола. Хьюго был тяжело ранен, так что это ему удавалось плохо.
Тревер испустил дикий вопль болезненной ярости и побежал по склону к ним.
— Хьюго, оглянись! — заорал он. Сокол взлетел, развернулся и ринулся вниз прямо на спину Хьюго.
Хьюго обернулся, но недостаточно быстро, Когти сокола глубоко впились в его тело, Хьюго упал.
Джин закричала, когда Тревер добежал к ним. Он не остановился, чтобы схватить камень, а просто бросился всем телом на сокола, державшегося на спине Хьюго. Под Тревером дико бились крылья, а чешуйчатая шея страшно сопротивлялась рукам Тревера. Но сопротивление оказалось недостаточным: Тревер сломал эту шею.
Но было уже поздно. Джин дико смотрела на человека и сокола, лежавших вместе в пыли. Когда Тревер коснулся ее, она слегка оттолкнула его — не потому, что это был именно он, а потому, что не видела ничего, кроме белых ребер Хьюго, выступивших наружу.
— Джин, ради бога, он же умер! — Тревер пытался оттащить ее. — Надо уходить отсюда.
Была слабая возможность. Черные соколы гнали людей по каньону, и если Треверу и Джин удастся спрятаться за поваленными под утесом камнями, у них будет шанс на спасение.