Шеннеч — последний

Сол начал что-то говорить, но муж Джин встал перед ним.
— Он спас жизнь Джин, — сказал он. — Пусть он поспит.
Он отвел Тренера к тому месту, где были навалены сухие виноградные лозы и горные лианы, колючие и полные пыли, но все же более мягкие, чем просто каменный пол. И Тревер, произнеся несколько слов благодарности, уснул едва ли не раньше, чем они вышли из его рта.
Через час, неделю, а может, и всего через несколько минут его разбудило сильное и настойчивое потряхивание. Над ним склонились лица. Он видел их, как в тумане, и их вопросы проникали в него медленно и мало что означали.
— Зачем ты хотел иметь солнечный камень?
— А почему бы мне и не хотеть? Я отвез бы его на Землю за большую цену.
— Что делают на Земле с солнечными камнями?
— Строят электронные приборы, чтобы изучать разные вещи, В некоторых случаях длинные волны слишком коротки. И даже мили-волны… А вам-то что?
— На Земле носят во лбу солнечные камни?
— Нет… — протянул он, и голоса или их призраки оставили его.
Был все еще день, когда он проснулся, на этот раз сам. Он сел, чувствуя себя скованным и больным, но все же отдохнувшим. К нему подошла улыбающаяся Джин, держа в руках кусок чего-то, в чем Тревер признал род горных ящериц. Он с жадностью вгрызался в мясо, а Джин между тем сообщила, что он проспал почти сутки.
— Они решили оставить тебе жизнь.
— Уверен, в этом немалая твоя заслуга. Спасибо, Джин.
Она пожала голыми плечами со свежими ранами там, где ее плечи рвали соколы-ящерицы. У нее был измученный и усталый взгляд, какой бывает после тяжелейшего стресса, и глаза ее, даже когда она разговаривала с Тревером, непрерывно следили за Хьюго, который что-то делал.
— Я не могла бы ничего сделать, если бы они не поверили твоему рассказу. Они спрашивали тебя в то время, когда ты так устал, что не мог лгать. Ты очень смутно об этом помнил. И они не поняли твоих ответов, но знали, что они правдивы. И они осмотрели твою одежду. Такой ткани не делают в долине. И та штука, что соединяет ее, — он догадался, что она имела в виду застежку-молнию, — нам не известна. Так что ты, видимо, и вправду пришел из-за гор. И они хотят знать точно, как ты пришел и можешь ли ты уйти обратно тем же путем.
— Нет, — сказал Тревер и объяснил Джин, почему не может. — Я волен ходить здесь, куда хочу?
Она некоторое время смотрела на него, а потом ответила:
— Ты чужой. Ты не наш. Ты легко можешь выдать нас Коринам.
— Зачем я стану это делать? Они же и за мной охотились.
— Из-за солнечных камней, может быть… Ты чужой. Они хотели взять тебя живым. Во всяком случае, будь осторожен. Будь очень осторожен, чем бы ты не занимался.
Снаружи послышался крик:
— Соколы! Прячьтесь, соколы летят!