Трагедии

Копрей Не убедят слова твои микенцев!
Демофонт Но у себя дела решаю я.
Копрей Разумен будь — микенцев не гневи!
Демофонт Пусть лучше вас гневлю я, но не бога.
Копрей С Микенами войны вам не желаю.
Демофонт Зачем войны? Но не отдам гостей...
Копрей
(с угрожающим движением) Я увожу своих — не помешаешь?..
Демофонт Попробуешь, — но с Аргосом простись...
Копрей А вот сейчас попробуем — посмотрим...
(Хватает ближайшего Гераклида. Крик.)
Демофонт 270 Смотри, придется плакать[92] — и сейчас!
(Гневно отталкивает Копрея и вырывает у него мальчика. Смятение в хоре.)
Корифей Ради богов! Глашатая не бей!
Демофонт А если долг глашатай нарушает?
Корифей
(к Копрею) Уйди, уйди...
(К Демофонту.) А ты посла не трогай!
Копрей Я ухожу. Что сделаешь один?
 Но я вернусь с аргосскою дружиной.
 Доспехи ей Арес ковал, и ждут
 Нас тысячи аргосцев, опираясь
 На тяжкие щиты. Сам Еврисфей
 Ведет их в бой. Царь выдвинул дружины
 На грань земли мегарской, чтоб от нас
 Скорей узнать исход посольства. Пусть
 Услышит он про эту наглость, — будем
 280 Мы памятны тебе, и сонму граждан,
 И всей земле, и насажденьям вашим...[93]
 Зачем тогда и юношей растить
 Нам тысячи в Микенах, коли даром
 Сходило бы врагам глумленье их!..
Демофонт Иди и сгинь, твой Аргос мне не страшен.
 А этому не быть, чтоб опозорить
 Себя я дал, дозволив вам гостей
 Своих увесть. Не подчинен Аргосу
 
 Мой город, нет: свободен он всегда.
 ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ 
Демофонт с Акамантом, Иолай, Гераклиды и хор. Цари смотрят вслед ушедшему Копрею и озабоченно совещаются.
Корифей Время не терпит... Пока
 К нашим пределам враги
 Не подступили... решить
 Многое надо; могуч
 290 Был у микенцев Арес —
 Стал он теперь и свиреп...
 Ведь у герольда в устах
 Что ни огонь, то пожар...
 Он ли в рассказе царям
 Не разукрасит обид?..
 Скажет: «Едва я ушел,
 Смертью грозили послу!..»
Иолай
(обращаясь к детям) Нет для детей отрадней дара, если
 Они отцом и добрым рождены
 И знатным и от матери такой же.
 Но если муж, желаньем покорен,
 300 Берет жену безродную, — услада
 Отцовская позором остается
 Его семье. Удар судьбы — и тот
 Скорее отразит благорожденный,
 Чем тот, кто родом низок. Мы дошли
 До крайней точки бедствия — и все же
 Нашли себе друзей и братьев — их:
 Они одни в Элладе многолюдной
 Нас защитить решились и спасти.
 Приблизьтесь, дети, протяните им
 Вы руки правые — и вы, селяне,
 Их приголубьте!
Гераклиды спускаются со ступеней алтаря; марафонцы идут им навстречу и обнимают их по очереди. Последними их ласкают Демофонт и Акамант. Во время этой сцены Иолай продолжает свое слово. Да, друзей, родные,
 Открыл тяжелый опыт. Коль возврата
 310 В удел отца дождетесь вы и дом
 И честь его вернете, почитайте
 Спасителей в царях земли афинской
 Навеки и друзей. И вот завет
 Мой, дети, вам: чтоб вражеским копьем
 Вы никогда их землю не громили,[94] —
 Нет, меж союзных чтили самой близкой...
 Венчайте уважением мужей,
 Которые из-за бездомных нищих
 Себе врагов бесчисленных добыть
 И сильных не задумались в пеласгах,[95]
 Которые не выдали детей