Лёд и пламень

— Не будь таким грубым, я уже ухожу, — пропела Влада, и её лицо осветила хитрая ухмылка. — Вот только приглашу Еву на ужин.
Лицо Марка вытянулось. Он хотел что-то сказать, но она не дала ему и слова вставить.
— Ничего такого. Просто обычный ужин в кругу семьи, — её глаза заблестели, в них словно зажглись искорки.
Ева растерянно посмотрела на Марка, а затем улыбнулась.
— Хорошо. Благодарю за приглашение.
Скорее всего, Марк надеялся на другой ответ, но ей захотелось сделать наперекор. Правда, уже через секунду Ева пожалела о своём порыве, но дело было сделано.
— Вот и отлично! — Влада развернулась на высоченных каблуках. — До пятницы.
— Да, это была моя сестра, — сказал Марк, не то извиняясь, не то предостерегая Еву.
Марк так и не пересел на своё место и предпочёл остаться рядом с ней. Он безуспешно пытался понять настроение Евы. Рассержена она, испытывает отвращение или напугана. Нет, испуганной она определённо не выглядела. Он снова ощутил некоторое раздражение оттого, что не способен понять её. И вторжение Влады в его личную жизнь лишь усилило это чувство. Она и раньше разрешения не спрашивала. Марк сосредоточился на ощущении близости Евы. Развернув руку к себе ладонью, он посмотрел на подушечки пальцев, которые недавно касались её нежной тёплой кожи. Только он знал, чего стоил ему этот нехитрый жест. Ева не испугалась и не отпрянула от него, хотя дала понять — она помнит, на что он способен. Марк вздохнул, испытывая облегчение. Прошлой ночью он понял, что в состоянии контролировать себя рядом с ней, а значит, мог быть с ней. Сейчас его не волновали такие мелочи, как работа или окружающие люди. Даже стычка с охтайей суолейя не имела значения. Он был сосредоточен на ней, на ощущении хрупкого равновесия, возникшего в душе, и по-прежнему не сводил с неё взгляда.
— Марк, — прошептала Ева. — Ты не мог бы хоть вид сделать, что интересуешься работой?
Валентин бросил в их сторону тревожный взгляд. Ева поняла, он всё слышал. Марк нехотя перевёл взгляд на докладчика. После собрания он догнал Еву в коридоре.
— Если не хочешь, можешь не идти на ужин.
— Ты отменяешь приглашение? — подняв бровь, спросила она.
— Нет, — Марк остановился. — Хочу... чтобы ты была рядом.
Таких слов Ева от него совсем не ожидала. Они были сказаны настолько искренне, и в них было столько неподдельного чувства, что она просто растерялась. Ева стояла, удивлённо уставившись на него, не зная, как себя вести. Вдруг лицо Марка исказила недовольная гримаса.
— Телефон, — сказал он.
— Что? — не поняла Ева.
— У тебя телефон звонит, — Марк взглядом указал на карман её пиджака.
Действительно, телефон вибрировал в кармане, но она была настолько поражена происходящим, что даже не заметила этого. Ева судорожно начала его искать. На экране высветился незнакомый номер.
— Ответь, — сказал Марк и, развернувшись, отправился к себе в кабинет.
Ева ошеломлённо смотрела ему в след, а навстречу ей уже неслась Алиса. Видимо, кого-то всё-таки заинтересовало произошедшее в зале.
— Нет. Только не сейчас, — Ева резко вытянула руку вперёд, заставив Алису остановиться, и, наконец, ответила на звонок. — Да.
— Забыл спросить как твоя нога? — раздался в трубке знакомый голос.
— Тай! — обрадовалась Ева, услышав его.
Марк резко обернулся. Всё его внимание теперь было приковано к Еве. Он вслушался в разговор по телефону. Чтобы не привлекать внимания Марк вошёл в свой кабинет, но оставил дверь приоткрытой. Сев в кресло, он закрыл глаза и сосредоточился на звуках. Один за другим он исключал лишние, пока в его голове не осталось лишь два нужных голоса. Он слышал каждое слово Евы и суолейя.
— Ты на работе?
— Да. Ну так как твоя нога?
— О! Прекрасно! Не болит и припухлость спала. Я почти забыла о ней. А всё благодаря тебе.
— Пустяки, — смущённо отмахнулся он. — В следующий раз понесу тебя на руках, даже если ты опять будешь отбиваться.
Марк услышал хруст. Он с такой яростью вцепился в крышку рабочего стола, что теперь в его кулаке остались куски от него. Он разжал пальцы, и обломки стола посыпались на пол.
— Ты же знаешь, что буду.
— Знаю.
Что он себе позволяет!? А она? Похоже, она флиртовала с ним. Марк стиснул зубы. Он смотрел на обломки на полу и мечтал так же сломать хребет хокку. Марк шумно выдохнул и, закрыв глаза, снова сосредоточился на голосах.
— Заедешь вечером? — неожиданно для себя спросила Ева.
— Прости, сегодня не могу. Работы много. Но я обязательно заеду завтра, чтобы осмотреть ногу.
— Тоже мне врачеватель! — злобно прошипел Марк.
Ему не нужны были его способности, чтобы понять: Ева расстроилась.
— Ты не против? — Тай не понял, почему она замолчала.
— Нет. Конечно, нет, — улыбнулась Ева.
— Тогда до завтра?
— До завтра, — в трубке раздались короткие гудки.
Марк открыл глаза. Прямо перед ним, скрестив руки на груди, стоял Олег.
— Не хорошо подслушивать, — сказал он, ухмыляясь. — Вижу, ты уже определился с намерениями.
Он окинул взглядом опилки на полу.
— Определился, — сдержанно ответил Марк.
— Прошу тебя, не разозли стаю. Мы только нашли с ними общий язык.
— Мы не нашли общий язык.
— Ну, что-то вроде этого, — Олег пожал плечами и сунул руки в карманы брюк. — По крайней мере, мы больше не охотимся друг на друга. А это уже не мало. Поэтому, прежде чем что-либо предпринять, подумай о своей семье.
— Я не собираюсь трогать койру. Хотя с удовольствием бы переломал каждую косточку в его теле. Похоже, он ей нравится.
— Она не знает, кто он.
— Кто я, она тоже не знает.
— Но догадывается. Сразу видно, она не из простых, — Олег покачал головой. — Ох, Марк, по острию ножа ходишь. Боюсь, это плохо кончится...
— Зато я больше не боюсь.
— Ты ей скажешь?
— Нет. Не сейчас. Она ещё не готова.
— Ладно. Делай, как знаешь. Но если скажешь, обратного пути не будет, — он, сдаваясь, опустил голову. — Даже если отбросить в сторону то, что она обычный человек, а это уже неприемлемо, в ней, очевидно, заинтересован суолейя. И не простой суолейя! Поэтому я тебя прошу, подумай ещё раз, прежде чем действовать. Я предупреждал тебя. И Владу тоже. Ей эта история видится в совсем иных красках, и она не смогла остаться в стороне. Сразу видно, что вы брат и сестра. Если уж что-то решили, то никого больше не послушаете.