Две – к радости
– Погоди, Одри, это Иллюмен Холл. Но он выглядит иначе. – Я задыхаюсь. – О боже. Это план по перестройке его в элитный отель. Миссис Эббот собирается продать школу!
14
ОдриЯ выхватываю чертеж из рук Айви, взглядом пробегаю по длинному листу бумаги. По всему старому зданию школы нацарапаны линии, обозначающие пристройки, превращающие классные комнаты в спальни, вносящие изменения в территорию… Это полная перестройка. Внизу надпись: «Иллюмен Холл. Роскошный спа-отель на потрясающем побережье Кента».
– Они не могут это сделать, – говорит Айви. Ее почти трясет от ярости. – Это одна из старейших школ-интернатов в Англии. Одна из первых, которая начала принимать женщин. Это часть истории. Это должно быть здание, внесенное в список Всемирного наследия ЮНЕСКО или типа того. Они никогда его не получат. Как же мы? Ученики, пансионеры? Это наш дом. А как же те, кто хочет учиться здесь в будущем?
Я сглатываю.
– Например?
– Например, моя сестра. Я надеялась, она поступит сюда, в следующем году ей уже исполнится достаточно лет. Иллюмен Холл – рай для таких как я. И всегда им был. Все это, – она обводит рукой вокруг, – доказывает то, что я всегда знала. Иллюмен Холл другой. Он особый. Это не просто дом для каких-то привилегированных, богатых белых детей… без обид.
– Не обижаюсь, – отвечаю я.
– Посмотри сюда, – Айви снова перелистывает книгу истории Общества. – Тут сказано, что в пятидесятых кто-то воровал в школе. Директор. Взгляни на этого парня. – Она тычет мне в лицо газетную вырезку. – Они вышвырнули его… но смогли сохранить репутацию школы. Люди у власти так часто вовлечены в коррупцию. Но Иллюмен Холлу всегда удавалось преодолеть это, обеспечить безопасность ученикам. Школа делает так, чтобы никому тут не пришлось думать, достаточно ли у них денег на хорошее образование. Особенно это важно для таких как я. Так что продать ее… превратить это невероятное учреждение в какой-то отель… это немыслимо.
– Кто пойдет на такое? И, ради всего святого, какое отношение это имеет к Лоле?
– Не знаю. Но Рэдклиффы годами были основными спонсорами школы. Они бы не позволили такому случиться. Если Лола знала об этом, она бы сделала что угодно, лишь бы это остановить.
– Могу спросить Патрика, знает ли он об этом, когда мы пойдем к нему ругаться по поводу Кловер. Не против, если я возьму это? – спрашиваю я.
Айви кивает.
Скатываю чертеж и прячу его в свою сумку. Молюсь, чтобы Айви не обратила внимание на логотип компании, которая сделала этот чертеж.
Потому что я-то его узнала. Компания моего отца.
Я понятия не имела, что он вовлечен в историю с покупкой школы. И я точно не хочу, чтобы об этом узнала Айви.
– Что будем делать теперь? – спрашиваю я.
– Ну, думаю, это очевидно. Мы должны сделать то, о чем говорится в записке. Возродить «Общество сороки». Защитить школу. Мы не можем привлекать к этому элиту… вот почему Араминта и Тедди не должны ничего знать. Но те из нас, кто получил письма, как соседки Кловер и Харриет? Теперь это зависит от нас.
– Но нужно не только это. Я думаю, нам нужно съездить поговорить с миссис Траули и Патриком. Может быть, если Кловер узнает об этом, она поможет нам? Она вновь может записать подкаст и рассказать всем о том, что школу собираются закрыть. Можем съездить завтра, – говорю я.
– Да! Отличный план.
– А затем посвятим в него остальных?
– Точно. – Телефон Айви жужжит, она стонет. – Дерьмо. Пришло мое расписание на ближайшие несколько дней. Тут подготовка к экзаменам, репетиции концерта, плюс я должна сочинить фрагмент для моего следующего экзамена по музыке. Тут также вся эта ерунда от Араминты, вроде ежегодника, обязанностей старосты… Она даже поставила мне практику на следующие выходные.
Я вскидываю брови.
– Мне кажется, они хотят приковать тебя к территории школы.
– Вероятно, чтобы помешать мне что-нибудь сделать… ну, что-нибудь вроде того, что мы пытаемся сделать прямо сейчас.
– Основать новое тайное общество, ты хочешь сказать. – Я хихикаю.
– Да. Именно. Ручаюсь, за всеми этими сверхурочными нагрузками стоит миссис Эббот. Помнишь эту речь, «давайте вернем все к норме»? – Айви закатывает глаза.
– Да, это было довольно убедительно. Ну, никто не пытается перегрузить мое расписание. Я могу взяться за это. Я справлюсь. Не беспокойся. – Надеюсь, голос мой звучит ободряюще.
Айви берет меня за руку.
– Спасибо.
– Без проблем. – Я сжимаю ее пальцы.
Откидываюсь назад, снова оглядывая пространство. Протягиваю руку и пробегаю пальцами по ребристым краям раковин.
– Это место должно стать музеем.
– Может, они переделают его в сауну.
– О боже. Грязевые ванны среди ракушек.
– Обертывания водорослями.
– Может быть, ботокс. – Я натягиваю кожу на лице и делаю утиные губы. Айви смеется надо мной и фотографирует.
– Эй! – кричу я.
– Ты все равно выглядишь великолепно.
– Я выгляжу, как дурочка.
– Полагаю, ты не хочешь, чтобы я послала это некоему Тедди?
– Не смей!
– Не буду, я не настолько зла. Не беспокойся. – Ее телефон снова жужжит. – Дерьмо. Собрание префектов. Мне лучше идти… понадобятся годы, чтобы выйти отсюда.
– Я пойду в нашу комнату и попробую выяснить кое-что по чертежу.
Айви улыбается мне.
– Одри… я знаю, это не твоя битва. Я знаю, у тебя нет причин думать о Лоле или будущем этой школы. Ты могла бы счастливо доплыть до конца этого года и вообще не заморачиваться ничем подобным. Но я благодарна тебе за то, что ты – тут, со мной.
Я медлю. Это не вполне так. Логотип компании моего отца прожигает дыру в моем кармане и дает мне некоторый личный повод лезть в это. Но я пока не готова сказать об этом Айви.
– Айви, не беспокойся. Ты меня в это не втягивала. Я ввязалась в это по собственной воле. Ну, реально… Так мой год в школе стал гораздо интереснее, чем если бы я просто читала какую-нибудь толстенную книгу по истории Англии. Но это не единственная причина, по которой я заинтересована в этом всем. Я беспокоюсь о тебе, Айви. Ты – моя единственная подруга тут. А я не разбрасываюсь подобными словами. У меня было когда-то много друзей в Джорджии. Но, честно говоря, ни с кем из них у меня не было таких отношений… Я и понимаю, что мы знакомы всего ничего, но, черт… ради тебя я пробиралась сквозь паутину.
– Итак, мы с тобой сороки.
– Сороки.
На столе есть печать и штемпельная доска. Айви берет меня за руку и ведет к столу, задирая рукав моего свитера до сгиба локтя. Она прижимает печать к штемпельной доске и оставляет на моей бледной коже темно-фиолетовый чернильный оттиск.