Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов
Я медленно погасила Пламя и подняла взгляд на Кайрнеха.
Он сидел на краю постели. Его сильный, крепкий торс был туго перебинтован. Магистр теней опирался локтями на колени и смотрел куда-то в пол.
– Завтра вам предстоит дуэль, – продолжал ворчать целитель, – я буду здесь, да-да, потому как даже не представляю, как вы будете сражаться!
– Что?! – До меня наконец дошло, о чем говорит целитель. – Нет!
– Дуэль должна была состояться вечером, – негромко проговорил Кайрнех, – но ее перенесли. Его Высочеству внезапно занедужилось.
И мы с Кайром оба понимали, отчего ему могло «занедужиться».
– Я пойду к Его Величеству и скажу ему, что… Что моему бесценному…
– Нет, – жестко оборвал меня Кайр и чуть мягче добавил: – Нет, Ноэль. Магистр Далвертон, желаете ли вы глубже проникнуть в тайны и интриги дворцовых переходов?
– Отчего ж нет? Моя сторона давно известна, – хохотнул магистр и наколдовал себе резное креслице. – Слушаю внимательно.
А через минуту мы оба: и я, и целитель – могли только сдавленно шипеть от ярости: лисята были похищены по указке короля!
– Оно и понятно, Призванному Генералу в доверии не откажешь, по меньшей мере без весомых аргументов. – Я прикусила губу. – Но что самое главное, без воззвания к Пресветлой Матери не обойтись, а она ведь может и откликнуться.
– Она точно откликнется, – усмехнулся Кайр, – потому что уже откликалась в тот момент, когда я встал под знамена Бельвергейла.
Это успокаивало, но не слишком: боги не люди, и предугадать их поведение невозможно!
– Другое дело ты, – серьезней произнес Кайр, – и дети. Вы отправитесь домой.
– И оставим тебя одного? – нахмурилась я. – Как это будет выглядеть?
– Нормально будет выглядеть, – непреклонно проговорил Кайрнех. – Я своей волей отправлю вас домой.
– А нам прикажут вернуться обратно, – вздохнула я. – Еще и бойцов пошлют, и будет большая и некрасивая военная стычка.
Взгляд Кайра потемнел.
– А что ты предлагаешь?
– Для начала – лечь спать, – я постаралась не дать эмоциям выйти из-под контроля, – а потом… Потом сделать все одновременно. Ты отрекаешься, и мы все уходим. Если в дом смогли проникнуть один раз, то и второй тоже пройдут: ты сам сказал, что Райснерх Валдейри был благословлен королем на все подлости. Так откуда нам знать, что никто другой не сможет войти? Ты узнал, как Валдейри вошел?
– Нет, – со вздохом признался Кайрнех, – я многого не узнал, он успел обнажить Убийцу Теней, и на этом все разговоры закончились. Однако же я уверен, что в дом Райснерха провел один из моих доверенных лисов. Виррдан.
В голосе Кайра послышались отголоски боли. И не той, что терзает тело, а той, что уничтожает душу. Магистр теней вновь был предан близким человеком. Не человеком – лисом, но в данном случае это не имеет особенного значения.
Кайрнех встал, поблагодарил целителя Далвертона и озадачил Дамьена:
– Выцепи с пару теней потолковей и приставь к Виррдану.
– Оставите его пока в доме? – спросил теневик.
– Пока да, – кивнул Кайр, – пока не найду время пообщаться с ним на грани. День-два, не больше.
Покачнувшись, магистр выпрямился и, отказавшись от чьей-либо помощи, побрел в спальню. Теневик посмотрел ему вслед, коротко вздохнул и исчез.
– Леди Ноэль, присмотрите, прошу вас, чтобы он спал на спине, – попросил целитель.
Я хотела было поблагодарить и заверить, что, разумеется, присмотрю, но все эти мысли из головы вымел глухой стук.
Мы с целителем, не сговариваясь, рванули в спальню, где и обнаружили Кайра. Кайра, который не дышал!
– У него сердце не бьется, – ошеломленно выдохнула я, – у него не бьется сердце!
– А, – крякнул целитель и повел ладонью над телом магистр, – и правда, не бьется.
После этих слов магистр Далвертон магией перевернул Кайра на спину и принялся неспешно кастовать какие-то заклятья. Большая часть из которых была мне абсолютно неизвестна! Затем он выхватил откуда-то несколько флаконов с зельями и по капле споил их магистру теней.
– Беда эта знакомая, – целитель чуть ли не мурлыкал, – и купировать приступ всяко проще, чем спасти милорда от иных увечий.
Кожа Кайрнеха порозовела, и я, бросив диагност, убедилась, что сердце вновь бьется.
– Так бывает. – Целитель левитировал магистра на постель.
– Что за…
– У вас вновь был приступ. – Магистр Далвертон вытащил из воздуха платок, тщательно оттер руки от остатков зелий. – Думаю, на ближайший месяц мы можем расслабиться. Я буду при храме, милорд. Но ко времени дуэли прибуду во дворец.
– Хорошо, – Кайрнех сел на постели, – благодарю, магистр.
– С почтением принимаю вашу признательность, – хмыкнул целитель и исчез в портале.
– Кайр…
– Я внезапно определился, – серьезно произнес магистр теней, – медлить нельзя. Завтра дуэль, сразу после мы идем в храм, я призываю в свидетели богиню, и вне зависимости от того, явится она или нет, мы возвращаемся домой. Подниму вокруг наших земель военные щиты, и посмотрим, что они будут делать.
– Что с твоим сердцем, Кайр?
– Я люблю тебя, – улыбнулся этот невозможный лис, – и очень нуждаюсь в хорошем сне.
– Кайр…
– Я живу с этим уже больше… Ох, больше семи или восьми лет. – Он посмотрел мне в глаза. – Я ведь все равно не скажу, Ноэль.
– Это проклятье. Ты говорил, что проклят. – Я прикусила губу. – Мое Пламя…
– Я не собираюсь менять свое здоровье на твое, – отрезал Кайрнех. – Я принял это проклятье добровольно. Да, это было глупо и неразумно, и… И как выяснилось, тот двуликий того не стоил. Но обратно это все не откатить.
– Но…
– Нет. Магистр всегда рядом, у меня есть сигнальный амулет. – Он улыбнулся. – Это всего лишь кратковременная остановка сердца, Ноэль.
– Всего лишь?!
– Спать, – четко проговорил двуликий и одним жестом погасил все светильники.
После чего улегся и, закрыв глаза, притворился спящим.
Всю ночь я вскидывалась и прислушивалась: дышит ли Кайр, бьется ли его сердце, не пора ли звать на помощь? Утром была совершенно разбита, а Кайрнех виновато вздыхал и корил отсутствующего Далвертона за то, что он не смог придумать какой-нибудь удобоваримой лжи.
– Но рано или поздно я бы об этом узнала, – только и ответила я.
– Лучше поздно, – честно ответил Кайр, – я не позволю тебе лечить меня, Ноэль. Раньше я не знал, чем для Пылающих оборачивается их дар. Теперь знаю. Мое проклятье не особенно мешает, оно не прогрессирует. Более того, оно понемногу ослабляет свои тиски.