Эмиль. Забудь меня

Так непривычно. Постоянно ухоженный и аккуратный мужчина... Сейчас волосы взъерошенные, борода отросшая. Выглядит неважно и устало.
— Нечего слушать, — он не оборачивается. — Можешь оставаться тут сколько влезет. Я же проваливаю.
— Эмиль, Господи, ну, пожалуйста... Дай мне шанс объясниться.
— Арина, заткнись. Иначе я за себя не ручаюсь. Заткнись!
— Я беременна! — кричу в ответ. — Ты не можешь меня бросить!
— Делай аборт, — бьёт он словами наотмашь. — Или пусть твой любовник о вас заботится! Денег у него достаточно.
Забирает сумку и уходит.
Колени слабеют, а перед глазами темнеет. Сажусь на край кровати и, почувствовав вибрацию телефона, читаю сообщение и при этом истерично смеюсь.
«Никуда не сможет он уехать. Не ведись. Тюрьма его ждёт, если ты сейчас же не пошлёшь Бестужева. Клянусь, я выполню свое обещание. Двенадцать лет за решеткой — не забывай.»
Читаю и смеюсь. Громко так. До тех пор, пока не слышу, как открывается дверь, а затем закрывается на замок. Эмиль вернулся?
— Скажи, что все те фотографии... — он потирает лицо рукой. — Скажи что-нибудь... Скажи, чтобы я успокоился! — кричит он мне в лицо.
А я молчу. Поджимаю губы, лью слезы, но молчу. Потому что не хочу, чтобы он лишился свободы. Не смогу я жить зная, что уничтожила любимого человека. Я захотела прогуляться в ту проклятую ночь. Все я. Не будь того дня, не было бы и драки. Эмиль не избил бы человека, не убил бы его и не сел бы в тюрьму. Глеб играет с ним. То Бестужева выпускают, то наоборот... Днями сажают. Я не могу, нет...
— Прости, — шепчу. — Прости меня. Но выше моих сил жить с преступником.
Он усмехается.
— Ты же только что сказала, что беременна... — выдает он хрипло. — Арин? — вопросительный взгляд в глаза.
— Беременна... Но... Я... Прости меня, Эмиль. Прости, что так вышло. Пожалуйста, прости меня за все. Я не хотела, чтобы так все сложилось...
— Ты такая же... Такая же, как все те, кто до тебя был в моей жизни. Такая же продажная.
Эмиль разворачивается и уходит. А я отчётливо понимаю — это навсегда.