Кот, который выследил вора

– Никогда, – перебил его Квиллер. – Нам нравится жить в одиночку. Кроме того, наши кошки несовместимы.
– Раз уж я коснулся личной жизни, не возражаете, если задам ещё один нескромный вопрос? Фонд Клингеншоенов, похоже, готов вложить огромные средства в Мускаунти… В развитие школ, системы здравоохранения, охрану окружающей среды и всё такое прочее. А каково происхождение этого богатства?
– Семья Клингеншоенов сколотила состояние во времена бурного роста Мускаунти – зарабатывая на гостеприимстве, если можно так выразиться, – попросту объяснил Квиллер. – Следующие поколения приумножили богатство, разумно вкладывая деньги. Ныне все они уже умерли, а их деньги перешли в так называемый Фонд К.
– Ясно, – кивнул банкир, с сомнением поглядывая на Квиллера. – И ещё один вопрос: правда ли, что за фондом К. стоите вы?
– Нет, я тут ни при чём. – Как мог журналист объяснить банкиру, что деньги для него не являются смыслом жизни, что ему гораздо интереснее в срок закончить статью, написать злободневный репортаж или раздобыть эксклюзивный материал?
Снова подошел официант, и сотрапезники заказали чечевичную похлебку, табули, шиш-кебаб для Уилла и долму для Квиллера.
Разговор переключился на Клуб гурманов, который намеревались создать в Пикаксе.
– Кулинария – моя страсть, – заявил банкир. – Возвращаясь домой из банка, где царит холодный расчёт, я отогреваю душу у горячей плиты, гремя кастрюлями и горшками. Даниэль ненавидит кухню, честное слово… Кстати, она пристаёт ко мне, чтобы я отрастил такие же усы, как у вас, Квилл. Говорит, что они очень сексуальны, но ведь усы совершенно не соответствуют образу банковского служащего… Вы когда-нибудь бывали на Марди-Гра? [11] Даниэль уговаривает меня забронировать места в новоорлеанской гостинице, а я предпочёл бы отправиться в какой-нибудь круиз.
Ремесло журналиста научило Квиллера внимательно слушать, и ему даже нравилось это занятие. Уиллард, видимо, нуждался в понимающем и сочувственном слушателе. Он продолжал:
– Когда мы переселимся, хотим завести пару сиамцев, как у вас. Конечно, если я сумею уговорить Даниэль. В Деревне не разрешают держать кошек в квартирах.
– Я знаю. Именно потому и купил отдельный домик
– Держу пари, что ваши кошки скучают по амбару.
– Они легко приспосабливаются к новой обстановке.
– Они живут как супружеская пара?
– Нет, они просто друзья.
– У меня два взрослых сына в Калифорнии, – сообщил Уиллард, – но я бы хотел создать новую полноценную семью. В моём возрасте, мне кажется, я мог бы ещё стать отцом нескольких смышленых отпрысков, но Даниэль не прельщает такая идея, – Он со смиренным видом пожал плечами.
На столе появились основные блюда, и разговор теперь сводился к бессвязным замечаниям. Немного погодя Уилларду захотелось выяснить кое-что ещё.
– Вы когда-нибудь играли на сцене? У вас хорошо поставленный голос.
– В студенческие времена играл в нескольких пьесах.
– Фрэн Броуди хочет, чтобы Даниэль вступила в Театральный клуб. Фрэн – красивая девушка. Почему она не замужем?
– Кто ж её знает?
– Аманда Гудвинтер – эксцентричная особа.
– Больше лает, чем кусает. В городе её любят.
– А что вы думаете насчёт Джорджа Бриза? Вам что-нибудь известно о нём?
– Он вечно ходит с желчной миной, но никто не знает, есть ли у него повод злиться, – произнес Квиллер. – Несколько лет назад он имел наглость выставить свою кандидатуру на выборах мэра. В городе его называют Старым Желчным Пузырём. Он набрал всего два голоса.
– Предприимчивый, видимо, делец, – рассудил банкир. – Но мне он показался сомнительной личностью. Кстати, он только что снял квартиру в Деревне.
– Хорошенькое соседство!
– Квартиры там не слишком добротно построены. А как ваши дома?
– То же самое. Я предупредил кошек, чтобы не топали, обследуя жилище.
Спустя какое-то время Уиллард изрёк:
– Мне бы хотелось узнать ваше мнение, Квилл, об одной идее, которую мы обсуждали с родственником Даниэль. Мы считаем, что старые дома на Плезант-стрит могут и должны быть отреставрированы ради экономической выгоды и украшения города.
– Вашу супругу волнует проблема охраны памятников старины? – удивился Квиллер.
– Мою милую женушку ничего не волнует! Я имел в виду её родственника. Он занимается реставрацией в Центре, и его потрясли здешние перспективы. Вы знаете особняк Дунканов на Плезант-стрит?
– Отлично знаю! Линетт Дункан приходится Полли свояченицей. Она недавно унаследовала этот дом, отлично сохранившийся памятник девятнадцатого столетия.
– Прекрасно! А мы познакомились с Линетт за карточным столом в бридж-клубе Деревни, и она пригласила нас на воскресный завтрак. У неё шикарный викторианский особняк! В сущности, вся эта улица возвращает нас в конец восьмидесятых годов девятнадцатого века. Родственник Даниэль назвал её «деревянной готикой [12]
– Пряничная аллея [13] – вот как местные острословы прозвали Плезант-стрит, – просветил Квиллер.
Уилл Кармайкл положил нож и вилку, увлечённый разговором.
– Что хорошо, так это то, что владельцы особняков не польстились ни на какие новшества вроде виниловой обшивки или скользящих стеклянных дверей. В общем, у нас созрел вот какой проект: Плезант-стрит может стать меккой для любителей старины, если превратить её особняки в жилые музеи или гостиницы, где платят за ночлег и завтрак. Сегодня на этом можно сделать неплохие деньги. Мой банк готов предоставить большие ссуды на реставрацию… Как вы на это смотрите?
– Мне представляется, что вы задумали колоссальное предприятие, – сказал Квиллер. – А какими именно аспектами реставрации занимается ваш родственник и как его зовут?
– Картер Ли Джеймс. Может, вы слышали о нём или видели его работы в журналах. Он делает экспертизы, руководит реставрационными работами и помогает добиться для старинных зданий статуса исторических памятников, охраняемых государством. Ему известны все методы, источники, и, самое главное, он знает, чего нельзя делать ! Представляете ли вы Плезант-стрит с бронзовыми досками на фасадах домов? Она может стать уникальным центром притяжения – но не для шумных туристских орд, а для серьёзных любителей американской старины.
На десерт они заказали ароматный кекс с грецкими орехами и кофе, а банкир продолжал гнуть свою линию:
– У Линетт не дом, а настоящий музей, полный ценного антиквариата. Она говорит, что всё перешло к ней по наследству.
Квиллер, предпочитавший современные вещи, припомнил громоздкую мебель, тёмную облицовку стен, бархатные шторы и драпировки, вычурную лепнину картинных рам и столы с резным орнаментом, которыми изобиловал дом Линетт. Полли некоторое время жила там после операции. Квиллер пытался подыскать какой-нибудь тактичный ответ.
– Да, Линетт последняя из рода Дунканов. В здешних краях это очень уважаемая фамилия. Дунканы были процветающими торговцами во времена экономического роста и сколотили состояние не за счёт вытягивания жил из шахтеров.
– Это делает им честь. – Уиллард задумчиво уставился в чашку с кофе. – Мне представлялось, что ей нет нужды работать… Однако она говорит, что работает с девяти до пяти.
– Линетт не может сидеть без дела. Она и благотворительностью занимается. Как многие в Пикаксе. Вам стоит привлечь к этому Даниэль.
Скорчив комичную гримасу, покладистый муж сказал:
– К посещению больных, например… Не думаю что моя милая женушка создана для такого рода деятельности. – Пару минут он разбирался с официантом оплачивая счёт, затем предложил: – Хорошо бы нам всем как-нибудь встретиться на праздниках. Вам стоит познакомиться с Картером Ли. Он произведёт на вас впечатление. Представительный и приятный в общении мужчина. Тонкий знаток искусства. Знаменитый архитектор… Вы играете в бридж?