Вознесение (СИ)

— Ладно.
Он встал и, тоже не без труда, прихрамывая, подошёл ко мне. Над его перебинтованной ладонью сформировалась алая сфера размером с кулак. Это, похоже, было всё, что у него осталось после боя с Мелетом и что он смог накопить за время отдыха.
Проведя рукой сквозь шарик праджни, я ощутил вихрящееся в сознании безумие. Кара гнева называлась так для удобства, по сути для каждого бога эмоция могла быть своя. Важно было то, что Великая Плеяда на этот раз в качестве наказания раздувала эту эмоцию до предела, чтобы она поглотила разум бога и свела его с ума. А у меня, похоже, безумию даже не требовались посредники. Пожалуй, даже хорошо, что я поглотил для начала только небольшую порцию.
— Нормально? — заботливо поинтересовался Парис.
— Нормально, — кивнул я.
— Теперь ты расскажешь, что с тобой было?
Похоже, он от меня не отстанет, пока не удовлетворит любопытство.
— А что было?
— Ну, пока я сражался с Мелетом, у меня было время пару раз глянуть, как у тебя дела. И в какой-то момент ты стал очень странным. Двигался будто марионетка: неестественно, резко, дёргано. А ещё… у тебя кожа посерела.
— Серьёзно? — вот это уже было новостью.
— Да. Это даже бледностью не назвать, ты выглядел как настоящий мертвец. Я бы ни за что не поверил, если бы своими глазами не увидел.
Я поднял ладонь к лицу. Да, сейчас я был бледнее обычного, но это было банально из-за кровопотери. Поем, отдохну — и вернусь в норму. Но Парису не за чем было врать. Вариантов особых не было: это был эффект того онемения. Оно сделало меня намного сильнее, но вопрос: какой ценой?
Сейчас со мной вроде как всё было в порядке. Но тогда… отсутствие боли и всех чувств, мертвенно-серая кожа… к тому же то странное видение, в котором я падал за границу Великой Плеяды…
— Знаешь, — я глянул на однорукого. — Возможно, я правда увидел… Смерть.
Конец Первой Книги.