Бабочка на запястье (СИ)

На террасе срабатывает датчик движения, и я могу ее рассмотреть. Мое отражение и даже голубые линзы не забыла. Арина в любой ситуации остается собой.
— Оу! Этого тебе лучше не знать, в пикантных подробностях, — смеется, тиская меня за плечи, — А как Вавилов? Хорош в постели?
— Риин! — возмущенно закатываю глаза, покрываюсь бордовыми пятнами. Кидаю волосы на лицо, делая смущение почти незаметным.
— Скажи еще, что вы с ним не трахались, — безошибочно угадывает, по тому как я тереблю шнурки на спортивной куртке. Смотрю осуждающе, потом сдаюсь под напором задорных искорок.
— Скорее занимались чувственным сексом.
— Ой, да ладно. С ним рекомендовано только трахаться. Я даже тебе завидую. Горяч подлец.
— Аморально привлекателен, — исправляю ее.
— Попалась, тихоня, — снова приникаем друг к другу в долгом объятии. Неимоверное количество трепетности заливает внутри. Наслаждаюсь звуком ее голоса, — Придется выслать ему подарок, когда все закончится, за то что разбудил мою девочку.
Да уж. Разбудил мягко сказано. Приручил, привязал, влюбил. А сам так и остался за стеной холодного рассудка. Мы теперь воздух и нас, нет. Он свою силу легких рассчитал и задержал дыхание, так и не вдохнув меня глубоко.
— А где хозяин? — проговариваю несколько отрешенным тоном.
Отвлекаюсь на изучение богатого, но абсолютно безвкусного помещения, чтобы не спровоцировать эмоциональный взрыв. Сосредоточенность на выживании, гасит интенсивность переживаний от разрыва с Дамиром. Моя одежда в теплом доме липнет к телу. Снимаю верхнюю часть и забросив на кресло, обхожу большую гостиную.
Ассиметричные окна, слишком вычурно и ни каких порочных элементов не обнаружено. Владелец явно эстетически травмирован. Иначе к чему столько блестящих вещичек.
В глазах рябит от белого вперемешку с золотом. Подняв глаза, натыкаюсь на зеркало и вылавливаю Рину, ловко разливающую напитки в баре. Самое удивительное, я успокаиваюсь в ее присутствии. Мысленно замираю в этом состоянии.
— Уехал по делам. Сегодня мы только вдвоем, а завтра он вернется и будем думать, как выпутаться из объятий …о НЕМ мы сегодня не говорим — выделяет интонацией коллекционера, оставляя инкогнито. Протягивает бокал, я беру и залпом глотаю терпко пряную жидкость рома.
— Скажи хоть имя.
Печально улыбается в ответ и прикладывает палец к губам. Рассудительность перекрывается видом воскресшей сестры и крепким напитком согревающим организм. Салютует мне, я делаю так же. Присев на диван, тесно прижимаемся, Рина склоняет голову мне на плечо.
— До утра его нет в нашей жизни. Есть ты и я, никого кроме нас. А еще музыка и алкоголь. Напьемся, Евка, обсудим Вавилова. Должна же я знать аморальные подробности.
  
глава 48
 
По холлу отеля меня ведут в наручниках. Задержание, допросы — слишком долго. Времени нет ни минуты. Если Еву забрал коллекционер — оно полностью истекло.
Одно я понял точно, до РОВД мы не доедем. И сразу мысли накидывают варианты. А точнее один. Меня нейтрализуют. Грязно, с шумихой. Потому что по-другому у них не выходит.
— Мы заберем задержанного. В номер никого не пускать, скоро подъедут криминалисты, — распоряжается «мент», зацепивший на мне браслет, проходя мимо стойки.
И это не вписывается в рамки закона. Подозрения крепиться еще больше, а точнее разлетаются к хуям, когда на парковке мы подходим к двум бронированным джипам без номеров.
Фильтрую поток в голове и оставляю сугубо по факту. Мой труп Еву не спасет. Поэтому предельная четкость обязательна. Облажаться — значит убить нас двоих одним выстрелом.
Пока один из наемников удерживает меня перед машиной, складываю концепт увлекательного мероприятия.
К хозяину в гости мы точно не поедем. Везут на пикник. Угрюмая природа лесополосы. Теплая компания и дружественная атмосфера. А на закуску шесть грамм свинца от Макарова в башке. Все как я люблю.
— Игорян, садись с ним сзади, а мы с Михой следом поедем, — разоблачаются, скидывая шкуры добропорядочных блюстителей закона. С ходу облегчают задачу, поделившись надвое. Смутно, но помню, того к которому обращаются как к Михе.
 
— Пижон, трамбуй задницу в катафалк. С почестями проводим в последний путь, — прерывают мой мозговой штурм грубым окриком.
Хм..Забавно.
last sunrise?
Я думал, будет как-то иначе.
Адреналин прокатывается по мышцам и срезает тормозные стяжки. Без особой суеты загружаюсь в машину.
Страшно? Да, блять, мне страшно, что минуты тикают. И неизвестность в отношении Евы. А в остальном, типичный разворот. В таких случаях я всегда собран.
— Ты че такой спокойный? Не рыпаешься, так даже не интересно. Где экшен? — активизируется сосед, как только хлопает дверцей.
— А смысл волноваться? Сдохнуть я всегда рад сегодня. завтра… какая разница, — брею стальным тоном насмешку.
Странная комбинация. Бороться за то, что по-настоящему важно, оказывается, делает в сто крат сильнее и продуманней. Безошибочно определяю риски и свои возможности. Смешно блять, но чувствую себя обладателем супер силы.
— Философ хуев, мы за тобой почти месяц гоняемся. В Англии что ли приемчиков нахватался, неуловимый сука Джек, — с раздражением вываливает свою начитанность, сидящий рядом шкаф.
— Да нет, атавизм из России. Англичане народ вежливый, перед тем как пустить пулю в лоб, извинятся раз десять.
— Игорь, кончай базар, лучше смотри за ним внимательней, — гремит с переднего сиденья.
Загораюсь как адреналиновый наркоман. Моя сущность жрет его гигантскими порциями, при этом невозмутимо плыву по асфальту в гелике и жду момент.
Следующая часть нашего спектакля воспитательная. Расслабляться нельзя, даже если вас четверо на одного. Всеми силами придаю, присущий мне похуизм. Получается не очень. Дерганый, весь на нервах.
Ева у коллекционера. Тик-так. Тик-так.
Делаю глубокий вдох-выдох. Как волк перед схваткой жду, притаившись.
В тишине слышно только сопение.
Раз. два…три…
Локтем с размаху бью разговорчивого в висок. От силы провоцируется бешенство клеток в мозгах и дезориентация. Не медлю ни секунды, дергаю из руки ствол и безжалостно стреляю в него, даже не вякнув обмякает.
Воткнув пушку в затылок засуетившегося водителя, лишаю шанса вынести мне содержимое черепа. Действую максимально быстро, он не успевает сориентироваться.
— Сменим маршрут и познакомимся с главным, — давлю сарказмом в голосе в злобно охеревшие глаза водилы, через зеркало заднего вида.
Основа всех наших ошибок — паника. От неожиданности, он начинает вилять по трассе.
— Рули уверенней и не нервничай. Пока не доедем, стрелять не буду. Ствол назад и ключ от наручников, — изрекаю сухо и без лишних слов.
Колеблется, но недолго под моим строгим контролем, вытягивает ключи из кармана и кладет на подлокотник. Ствол пристраивается рядом. Выполнив условия, укладывает руки на баранку.
Мы же не гопники устраивать шоу в центре города. А еще искренне верит, что его не постигнет участь Игорька. Зря, все вы там будете плясать под дудку сатаны. Не снимая с мушки, забираю. Скованность усложняет процесс, поэтому дольше, чем надо, вожусь с кандалами.
— Тебе ж все равно конец. Взрыв на складе, это так, бумажный салют. Босс тебя размажет. Он у нас прется по лихим девяностым. Живьем закопает, — брызжет угрозами, на который мне по сути посрать.
Мельком сморю назад. Вторая партия в броннике тащится за нами. Снова возвращаю взгляд на водителя.
— Это я заметил, по топорным методам. Девушку куда увезли?
— Так у вас с ним деляга из-за рыжей телки. У нее че там, звезда золотая что ли. Босс у нас не жадный, поделится, когда сам оприходует. Не со мной так с другими, — ржет как умалишенный.
Злость подбирается к глотке. Ублюдок. Торможу, потому что начинаю, поддавливать на курок. Гнев срывает петли и меня несет. Свожу ствол под угол и простреливаю ему левое колено. Правое понадобится, чтобы жать на педаль.