Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ)

Но сделал это Фей’лиа, которого считали в политических кругах самовлюбленным властолюбцем, который непременно «доведет Новую Рспублику до распада».
Вот к этому приводили шаги «героев Альянса», а пресловутый ботан, пусть и не самыми популярными методами, но спасал государство от раскола и гражданской войны.
Ситуация противостояния политических элит набирала обороты и стала поистине угрожающей для молодого государства, поскольку Фей’лиа, практически сразу после своей победы на выборах, он едва ли не отдал приказ арестовать всех, кого его коллеги внесли в списки «изменников».
Что очень сильно не понравилось всем тем, кто понимал, что ботаны просто производят зачистку командных должностей, которые вскоре их ставленники и займут.
Ситуация «запахла райдониумом».
Аргентис не знал как именно, но все удалось решить миром.
Сторонники Мон Мотмы покинули Новую Республику, образовав на северо-западе галактики Альянс, ядром которого стал сектор Мон Каламари.
Значительная часть военных-ветеранов, большинство из которых начинали свою службу еще будучи повстанцами-мятежниками, последовали за ними.
Ботаны преспокойно отпускали всех желающих.
И даже присоединение Хейпского Консорциума к Альянсу, не сыграло большой роли.
Политики, являющиеся сторонниками Фей’лиа, отмахнулись от хейпанцев, прокомментировав это не иначе как: «Новой Республики от них все равно не было большой выгоды. Хейпанцы были с нами, потому что их принц до сих пор влюблен в принцессу Лейю и ни о каком сотрудничестве речь никогда не шла».
Судя по всему, разделение произошло окончательно и на взаимовыгодных условиях, поскольку сложно себе представить как новое правительство Республики закрыло глаза на то, что десятки боевых кораблей вместе с экипажами просто покинули места несения службы и присоединились к Альянсу.
Злые языки (и, скорее всего — пропаганда Альянса или же месть Доминиона) утверждали, будто бы случаи дезертирства экипажей с их звездолетами происходят столь массово, что Второй флот перешел на сторону Альянса в полном составе.
На самом деле все совсем не так.
Просто, как и всегда это бывает в таких случаях, пропагандисты смешали воедино десятки фактов.
Из того что знал Аргентис, Второй флот в самом деле планировал дезертировать в пользу Альянса. И свое желание они выказывали исходя из желания Фей’лиа расправиться с «фракцией Мон Мотмы».
Судя по всему пресловутые договоры как раз и привели к тому, что Мон Мотма и ее сторонники беспрепятственно ушли, забрав с собой лишь некоторые корабли — последние поставки из сектора Мон Каламари, за которые Новая Республика еще даже не рассчиталась.
В обмен же Фей’лиа получал хоть и оскудевшее, но буквально питающееся с его ладони общество Новой Республики.
И Силы обороны, утратившие всех именитых командиров, но уверенные в своем превосходстве над противником.
И передача новых звездных крейсеров типа МС80b от мон-каламари в предыдущие недели, практически компенсировавшая потери от действий гранд-адмирала Трауна, лишь подстегивала реваншистские настроения.
Почему адмирал Дуплекс не последовал за героями Восстания и не примкнул к Альянсу?
Потому что основательно разочаровался в них.
Слушая об их подвигах со стороны, восхищаешься героизмом и последствиями действий.
А оказавшись вовлеченным в происходящее, начинаешь понимать, что все совсем не так, как это рисовала для всей галактики с подачи Мон Мотмы республиканская пропаганда.
Зелтроны не были злопамятны, но простить Белу Иблису и Хану Соло безрассудство, стоившее жизни сотням тысяч республиканских военнослужащих, Аргентис не мог.
Полмиллиона лучших в Четвертом флоте разумных в одночасье перестали существовать.
Только по той причине, что командование операции так и не удосужилось понять — планы гранд-адмирала Трауна НИКОГДА не имеют одного дна.
И очевидное решение проблемы — совсем не очевидное.
Самое очевидное решение — это ловушка.
Аргентис не льстил себе мыслью о том, что сумел «просчитать» покойного военачальника Доминиона.
 
Но отдавал должное его изобретательности и хитроумию.
И не считал зазорным использовать выученные уроки самостоятельно и применять их против врагов Новой Республики.
Разделение демократических элит адмирал Дуплекс считал неправильным.
Да, ему не нравилось нынешнее правительство.
Да, он имел немало претензий к ботанам.
Но он давал Присягу и изменять ей не собирался.
И дело даже не в том, что он являлся командующим лучшего из флотов Новой Республики (точнее — его остатков) и получил эту должность на основании решения главы государства, который был ему столь же симпатичен, как и напомаженный ранкор.
Просто существуют такие понятия как «честь» и «совесть».
И бежать из государства, поджав хвост, только лишь по той причине, что во главе Новой Республики встали нелицеприятные тебе личности…
Это эгоистично.
И напрямую демонстрирует все отношение «героев Альянса» к демократии, которую они так восхваляют.
Вместо политической борьбы и признания ошибок для последующего их устранения — бегство и фактический саботаж с призывом к военным Новой Республики оставить их службу.
Это двуличие для Аргентиса как раз и сыграло ключевую роль в выборе, который он сделал.
Фей’лиа изобразил на лице непередаваемую игру эмоций, после чего взял себя в руки.
— От вашей миссии зависит многое, адмирал, — повторил он. — Как ваше соответствие должности, так и…
«Репутация главы государства», — добавил про себя зелтрон, стараясь сохранить серьезность на своем лице.
— … вера республиканских граждан в величие наших вооруженных сил, — как и всей политики, Фей’лиа прикрывал свои интересы «нуждами и чаяниями народа», на который ему, по большей части, было наплевать.
Пока интересы народа не пересекались с его собственными.
— И жизни тысяч наших бойцов из гарнизона Корусанта, — спокойно добавил Аргентис.
— Да, — поспешно добавил Фей’лиа. — И это тоже. Я желаю вам удачи и успеха в миссии. Ваш новый флагман проявит себя в этом сражении, не сомневаюсь в том, что в наших руках наконец-то появилось оружие, способное бороться с имперскими звездными разрушителями на равных.
— Сражение покажет, насколько слова рендилийцев не расходятся с делом, — дипломатично ответил адмирал.
Голограмма главы государства пропала, и зелтрон, наконец-то, смог расслабиться.
Его новый флагман носил название «Рептавиан» и был самым свежим боевым кораблем, появившемся на вооружении Сил обороны Новой Республики в текущем году.
Фей’лиа торжественно вручил его Дуплексу после того, как рендилийцы завершили строительство и испытания звездолета несколько недель назад, одновременно объявив о повышении адмирала до командующего Первым флотом Сил обороны Новой Республики.
Обставлено было все с помпой, как будто чествовали героев.
Нет, Фей’лиа, конечно, облек свои слова в сладкие любым типам органов слуха речи о том, что лишь один адмирал в Новой Республики сумел нанести силам гранд-адмирала Трауна хоть сколько-нибудь серьезный ущерб.
Знающие разумные понимали, что цена этим словам — децикред.
Аргентис, как бы не старался, но не мог прыгнуть выше головы.
Чистых побед над имперцами и доминионцами в прошлой кампании у него не имелось.
Но уже одно то, что ловушка при Брентаале IV сработала и флот Имперского Пространства понес значительные потери, а в время Битвы при Слуис-Ване ему удалось уничтожить разрушители Доминиона, без каких-то сумасшедших инициатив вроде массового тарана отнюдь не дешевыми и ценными транспортными кораблями, как ни странно выделяла адмирала Дуплеска из общей массы оставшихся верными Присяге республиканских командиров.
Да уж… Фей’лиа умел зажечь сердца пламенными и обличающими речами о патриотизме.
Конечно это полное совпадение, что новый корабль был передан флоту с пышным размахом именно тогда, когда начали задаваться вопросы о том куда делась «Лусанкия» и почему о ней ничего не слышно.