Повиновение
Дон Росс на мгновение закрыл глаза. Это был конец; продолжать разговор не имело смысла. Он дал слово адмиралу Сазерленду, что будет подчиняться приказам в точности.
«Это так», произнес голос. «Мы с вами обречены, Донросс, и не имеет значения, что мы скажем вам. Мы не можем прорваться через кордон ваших кораблей; мы уже потеряли половину нашего рода».
— Половину! Вы имеете в виду...
«Да. Нас только тысяча. Мы построили десять кораблей, каждый на сотню пассажиров. Пять кораблей были уничтожены землянами. Осталось только пять, — те, которые вы видите. Это весь наш род. Вам интересно узнать о нас что— либо, даже если вы погибнете?»
Он кивнул, забыв, что они не могли его видеть, однако подтверждение в его мозгу было прочитано.
"Мы — старая цивилизация, гораздо старше вашей. Наш дом находится, точнее, находился, на крошечной планете темного спутника Сириуса. Она имела диаметр всего в сотню миль. Ваши корабли пока не обнаружили ее, но это всего лишь вопрос времени. Мы были разумными в течение многих, многих тысячелетий, но так и не вышли в космос. У нас не было в этом нужды.
«Прощайте, Донросс. Что это за странная эмоция в вашем мозгу и сокращение ваших мышц? Я не понимаю этого. Но постойте — это признак того, что вы ощущаете что-то неподдающееся нашему пониманию. Мысль слишком сложна, слишком противоречива. Что это?»
Дон Росс наконец перестал смеяться.
— Послушайте, мой инопланетный друг, который не может убивать, — сказал он. — Я выручу вас из этой беды. Я позабочусь о том, чтобы вы миновали наш кордон и ушли туда, где вам не угрожает опасность. Смешно лишь то, как я собираюсь сделать это, — повинуясь приказам и идя на собственную смерть. Я направляюсь в открытый космос, чтобы погибнуть там. Вы же, все вы можете присоединиться ко мне и выжить. Это как путешествие автостопом. Ваши крохотные корабли не будут замечены приборами патруля, если будут касаться моего корабля. И это еще не все: сила тяготения моего корабля будет увлекать вас за собой, и вам не нужно будет расходовать топливо до тех пор, пока вы не удалитесь от кордона за пределы досягаемости приборов. Сто тысяч парсеков, по меньшей мере, до того, как у меня кончится горючее.
Пауза была долгой, затем голос в сознании Дона Росса произнес: «Спасибо». Еле слышно. Нежно.
Он подождал, пока пять кораблей исчезли с экрана и послышались пять слабых звуков от их соприкосновения с корпусом его корабля. Затем он рассмеялся снова. И повиновался приказам, отправляясь в открытый космос навстречу своей смерти.
* * *На крошечной планете далекой тусклой звезды, невидимой с Земли, на самом краю галактики, в пять раз более далекой, чем предел проникновения человечества в космос, находится статуя Землянина. Она огромна — целых десять дюймов в высоту, тонкой работы и сделана из драгоценного металла.
Насекомые ползают по ней, но они имеют на это право: они воздвигли ее и чтят ее. Статуя выполнена из очень твердого металла. В безвоздушном пространстве она просуществует вечно — или до того, как земляне найдут ее и уничтожат. Если, конечно, к тому времени земляне не изменятся коренным образом.