Святоша. Путь экзорциста (СИ)

Видел я. И догадывался о том, чем ведьма занималась. Может Фрося когда-нибудь тоже мне исповедуется, но эти знания из тех, которые знать не стремишься. Хотел я сказать монаху, что я как нулевой могу помочь. И не мог.
Кто его знает, как он отреагирует. Может и не сдаст обители, учитывая его отношение к храмовникам. Но однозначно втянет в такое, чего я могу и не пережить. Ведь если я отправлюсь к Лазарю за изучением возможностей экзорцистов... Да тоже неизвестны последствия.
Я смотрел на пульсирующие яркие точки и пытался найти выход. От такого не отмахнешься и не забудешь. Но что мы можем вдвоем с Глебом? Да даже со всей нашей безумной командой?
Едва сдавшие экзамены молодые адепты и горящий местью магистр, но не той специальности. Против тысячи высших демонов. Отличный расклад, ничего не скажешь. Это как идти на ежа с голой жопой...
В любом случае, не выяснив про ту тварь, которая сидела в ведьме и что вообще можно противопоставить высшим демонам, даже думать нельзя о новом пути. Не считая того, что меня сейчас любая печать на хомячков порвать может. Так испытывать удачу даже мой боевой оптимизм отказывался.
Зацепила меня история Глеба, глубоко и сильно. Как и факт того, что твари эти среди нас ходят и дела свои темные проворачивают. От некоторых фотографий на стене у меня точно кошмары будут. Человеческие жертвы.
Я невольно усмехнулся. Они не могут без нас, а мы, получается, не можем без них. Кровь демонов делает одаренных сильнее для того, чтобы этих самых демонов и уничтожать. Проклятый замкнутый круг получается.
— Сам понял, вижу, — отреагировал на мою кривую ухмылку наставник. — Мне пришлось много времени на это потратить, прежде чем дошло. Эдик отчаялся почти, вдалбливая в мою голову отчего и почему.
Гордиться похвалой я не стал. У меня преимущество, по сравнению с пацаном, которым был Глеб в то время. Я давно научился думать, прежде чем делать выводы. Потому что никогда всё не оказывалось так просто, как казалось на первый взгляд.
Источник происхождения божественной пыли меня взбесил, безусловно. Как и привыкание к эликсирам, и аристократическая евгеника. Но таковы реалии этого мира. И я представлял что случилось бы, узнай все о том, что сила одаренных кроется в их заклятых врагах. Паника, хаос, анархия и прочие революционные развлечения.
В итоге всё полетело бы к тем самым, нежно любимым мною ебеням, произошла бы резня, с учетом магии неслабого масштаба, затем на остатках общества зародилось бы другое. И первое, что сделала бы новая власть — скрыла информацию о демонах. К идеализации истины меня не клонило, староват я был для такого.
Неприятно? Да. Но если выбирать между силой и справедливостью... Лучше не ставить себя перед таким выбором, короче говоря. Даже Глеб понимает, что без эликсиров он не справится. А цель у него такая, что все средства хороши.
— И почему ты мне всё рассказал и показал? — задал я единственный логичный вопрос.
Мог же просто объяснить то, к чему я сам пришел. Про тесные связи демонов и людей, и тот самый порочный круг. Наставник посмотрел на меня с хитрым прищуром и усмехнулся.
— Во-первых, Ржевский, шибко ты хитрожопый. Изображаешь из себя дебила вечно, но со мной не сработает. Я высших демонов вычисляю годами, думаешь тебя не просек? Постоянно болтаешься под ногами и встреваешь в события, случайно... И именно в те, которые ниточками ведут к моему расследованию. Совпадение?
— Не думаю, — на автомате ответил я и закашлялся, чтобы не заржать.
Вот в который раз я убедился, что он не так прост. Не лез ко мне, и без того было чем заняться. Но всё видел и подмечал.
— Так что раз уж ты всё равно всегда в гуще событий, — согласно кивнул монах. — То пора тебе играть на взрослом поле, адепт. Что-то мне подсказывает, что ты и так вляпаешься во всё это благоухающее розами дерьмо.
— А остальные? — я хмыкнул, но возражать против его пророчества не стал.
— Что-то мне подсказывает... Тьфу ты. Эти же орлы за тобой хоть в бездну ломанутся. Не хотел я никого из вас вовлекать, но вы сами уже заляпались, одна макушка и торчит.
 
— И не поспоришь... — резюмировал я. — И какой план?
План был простым. Убираться восвояси и не лезть пока. Столица гудела от терраформирования Ганзы, посольства один за другим выражали сомнения в своей безопасности на территории империи. Лучше сейчас было сидеть тихо и не ввязываться в принципе ни во что. Потому как самая наша простая операция превращалась в катастрофу. С этим наставник уже смирился и учитывал при планировании.
Так что меня отправили домой, догуливать короткие каникулы после экзаменов. Это давало мне время выяснить подробности про новый вид демонов. И источников на этот раз было достаточно. Лазарь, Фрося и Чупаня. Дух, ведьма и демон — куда уж более разнообразнее?
Но было у меня и ещё одно нерешенное дело. Точнее долг, который нужно было отдать. Последний бой на подземной арене, после которого наш договор с Артуром считался выполненным.
Поэтому по пути домой я написал монарху, что сегодня чудесная ночь для прощального рандеву. Биться на потеху тамошней публики я больше не хотел, хоть это и было солидной прибавкой к бюджету, который снова грозил испариться в оплате счетов за ремонт и реставрацию.
Дома меня ждало нездоровое оживление. Последствия праздника убрали, только матрас по-прежнему рассекал воды пруда, но к счастью без пассажира. Ну и фонарики висели на своих местах.
А вот внутри раздавался грохот, жужжание дрели, скрип двигаемой мебели, топот ног и голоса, преимущественно ругающиеся. Заселение разномастной братии проходило в дружественной матной атмосфере.
Ларс, сломанный демоном, явно страдал похмельем и ругался на шведском. Еврипий, святой человек, не стеснялся родного русского и показывал высший пилотаж «чухони», как он почему-то назвал камердинера. Ничуть не смущала его и Фрося, с мрачным видом восседающая на лестнице. Девчушка, похоже, только масла в огонь подливала.
— Так его, дядь, — подначивала она монаха. — Вы его старше и важнее будете. Вот сейчас сдадитесь и всё, звиздец репе то вашей будет.
— Юная леди, такие выражения недопустимы! — повысил голос швед, что меня удивило даже больше его сдавленного вскрика: — Jävlar!
— Какая я вам леди, дылда? — возмутился кучерявый ангелочек.
Насчет выражений я был полностью согласен и начал подозревать юную ведьмочку в применении запретной магии в развлекательных целях. Но всё оказалось проще. Шла битва за право разместиться в соседней спальне со мной.
Камердинер приводил неоспоримый аргумент в виде должностной обязанности. А монах оспаривал это нерушимым «хрен тебе» и кукишем.
— Тиииихо! — заорал я так, что звякнула хрустальными висюльками новая люстра. — Так, построились и молчать. Сейчас будем нормально знакомиться. Где Миха?
— Так тут я, — пацан выглянул из кухни, и добавил, щербато оскалившись: — Ваше сиятельство.
Я перевел взгляд на изображающую полную невинность Фросю и подумал, что воспитательница тут тоже понадобится. Справиться с двумя подростками, в совершенстве владеющими искусством сарказма, я не смогу.
Надеялся я, что эту роль возьмет на себя Еврипий, но судя по сосуду, лопнувшему в его глазу, и ему такое не под силу.
К соблюдению субординации я принудил незатейливо и быстро. Пригрозив выгнать к чертовой матери всех. И сдобрив обещанием выписать премию самому умному. Все призадумались и ругаться перестали.
Право ближайшего расположения к моей сиятельной персоне я предложил разыграть в карты, оставленные в гостиной после ночных посиделок. Это тут же заняло камердинера и монаха и они принялись выбирать игру.
Я предоставил Фросе определиться со спальней первой и, когда она ожидаемо выбрала одну из башенок, застолбил себе комнату с видом на парк. Ларс подсуетился с мебелью и посреди спальни стояла кровать. Как минимум трехместная и явно настолько тяжелая, что грузчики доволокли её лишь наполовину.
Кроме этого лежбища больше ничего не было и по комнате гулял ветер из открытого окна. Снизу снова донеслась ругань...