Пленники Аксиса

— Может быть. Но местные этому, похоже, не особо верят. Как говорят стражники, слухи о Рахаммане ходят уже около года. Но до сих пор нет никаких доказательств, что он существует. Хотя…
Он, поморщившись, взглянул на небо, с которого на нас посыпались редкие холодные капли.
— В чём-то эта оборванка права. Кажется, буря и правда начинается.
Пока я был под землей, небо над Крысиным замком заволокло тучами. Откуда-то с севера доносились раскаты грома — пока отделенного. Но, судя по тому, как полощутся штандарты на сторожевых башнях, ветер крепчает с каждой минутой. И дует он как раз со стороны пустошей, ведущих в Старые города.
Скандальную оборванку, наконец, буквально вышвырнули за стены, раскачав за руки и за ноги. Ворота в замок были приоткрыты, оставляя щель, достаточную для прохода пеших.
Во дворе с наступлением темноты стало заметно тише. Торговля прекратилась, люди в ожидании скорого дождя прятались, кто где — под пологами фургонов, под навесами конюшен, в подземных ярусах крепости.
Мы тоже поспешили в укрытие. Тем более что полночь была уже близко, так что можно было уже выдвигаться в сторону Ямы. Мы двинулись к главному входу в подземелья замка, который располагался у восточной стены и напоминал зев огромного камина, обложенного глыбами грубо отёсанного камня.
Дождь хлынул, едва мы успели скрыться. Водяная взвесь, подхватываемая порывами ветра, шумно хлестала в стены, будто мокрыми тряпками. Снова громыхнул гром — на этот раз, кажется, гораздо ближе.
— Хорошо, что мы остались в крепости, — выглядывая наружу и поправляя воротник своего плаща, сказал Энки. — В такую погоду в пустошах, наверное, совсем невесело.
— Угу, — мрачно отозвался я. — Возможно, придётся задержаться.
Планы наши и правда быстро менялись под воздействием обстоятельств. Поначалу-то мы собирались просто разжиться провизией и снаряжением для похода по пустошам, и тут же отправиться вдоль каньона на север, по следу похитителей Лиски. Но за эти полдня в Крысином замке на нас посыпалась масса непредвиденных хлопот и неожиданных встреч. Шаль, Хестия, теперь ещё и Зверь… И все они оказались пленниками. Такие разные судьбы, такие разные стремления — а итог один. Все собрались в одном месте в одно время. И в кандалах.
В этом можно было углядеть своеобразный символизм и знак судьбы. Поскитавшись пару дней по пустошам в компании Козлоногого, я невольно понабрался у него этой эзотерики. Главным образом из-за его рассказов о Майе, Великой ткачихе.
По большому счёту, в этих его рассказах не было каких-то великих откровений, но я стал немного лучше понимать картину мира. По крайней мере, в той трактовке, что предлагал Энки.
После объяснений Эреш я воспринимал Великую ткачиху, как создательницу и хозяйку Лабиринта — той огромной сложной структуры, что пронизывает и соединяет множество параллельных миров и их осколков. Однако Энки уточнил, что Лабиринт — это лишь творение Майи, но не в нём заключается её главная сила. Если попытаться сформулировать максимально кратко, то Ткачиха — это богиня судьбы. И её паутина состоит из миллиардов и миллиардов нитей-взаимосвязей, протянутых между всеми живыми существами. И даже больше — между всеми сущностями, обитающими в мироздании.
У меня в ходе этих бесед в памяти постепенно всплывали аналоги из земной культуры и мифологии. Само имя Майя было знакомым. Кажется, это богиня из индуистского пантеона. Или греческого? Плюс на ум приходили древнегреческие Мойры или их аналоги из римской мифологии… Славянская богиня Мокошь… Христианские еретики-катары, называющие себя Братством ткачей… Вспомнился даже голливудский боевик «Особо опасен» — про гильдию ассасинов, выбирающих жертв по знакам на ткани.
В общем, где бы речь ни заходила о судьбе, о предопределенности, о существовании разных слоев реальности — то и дело всплывает образ ткачихи. И это, видимо, не просто совпадение.
Энки говорил о том, что нити судьбы, которые плетёт Великая ткачиха — это вполне реальные и осязаемые взаимосвязи, которые в итоге и определяют жизнь каждого существа и судьбы целых народов и миров. Они очень прочны и пронизывают всё мироздание. Ни время, ни расстояние, ни границы между параллельными мирами для них не имеют значения. Если проводить параллели с классической физикой, то это — что-то вроде гравитации. У людей нет возможностей напрямую повлиять на это явление, «пощупать» его. Но существование гравитации бесспорно, потому что мы везде видим её воздействие.
Впрочем, есть ведь ясновидящие. Это как раз те, кто в той или иной степени обладает даром видеть нити, сплетенные Великой ткачихой. Поэтому они могут рассказать о прошлом человека, о его связях с другими людьми и даже о его будущем. Или, охватывая взглядом не нити, а некую часть полотна, делать более масштабные предсказания о судьбах мира.
Есть и те, кто всё же воздействует на эти нити. Всяческое темное колдовство типа порчи, сглаза, приворота, проклятий — это, по сути, попытки повернуть, скрестить или разорвать те или иные нити.
Собственно, и сила самого Энки основана на этом же. Только он не разрушает нити, а скорее использует их энергию, создавая новые перемычки за счёт своих сделок со смертными. А еще, как он выразился, «черпая силы из натяжения струн». Правда, я не уверен, что правильно его понял. В ходе своих объяснений он постепенно вдавался в такие дебри, что ему становилось трудно что-либо объяснить — попросту не было подходящих терминов ни на арранском языке, ни на русском.
А еще мы много спорили по этому поводу. Главным предметом этих споров был вопрос свободы выбора. Я категорически отказывался верить, что жизнь любого человека — и моя тоже — предопределена судьбой от начала и до конца. И настаивал, что многое зависит от выбора, который человек делает практически ежедневно. И каждый такой выбор, даже самый мелкий, может кардинально влиять на всю дальнейшую судьбу за счёт «эффекта бабочки».
Энки мои доводы воспринимал с загадочной усмешкой и, в конце концов, сдался. Хотя, может, ему просто надоело спорить.
В общем, возвращаясь к теме случайных встреч… Может, они не так и случайны? И может, не стоит отмахиваться от знаков, которые подаёт Великая ткачиха.
Итак — Шаль. Хестия. Зверь. По большому счёту, судьба ни одного из них меня напрямую не касалась. Но если так рассуждать, то в этом мире у меня вообще только один человек, который по-настоящему для меня важен — это Алиса. Все остальные — это лишь новые связи, новые узелки и повороты в кружеве судьбы. И куда они меня приведут, пока непонятно.
Но надо попробовать извлечь из этих встреч максимальную пользу. Я теперь старался действовать именно в этом ключе. Мне ведь нужны ресурсы, нужна информация об этом мире, нужны союзники. И от каждого из этих пленников Аксиса есть шанс что-то получить.
И на пути у меня стоит этот мрачный живодёр — Айвр. Хотя, может, даже и к лучшему, что все нити проходят через него. Есть шанс решить все проблемы разом. Распутать этот узел, а если не получится — то просто разрубить.