Корона из золотых костей

Разделяя надежды Эмиля, я опустилась на четвереньки и поползла вперед.
– Вы пока погодите, – сказала я.
Снаружи оказалось еще больше тумана – густого, как облака, упавшие на землю. Я нерешительно протянула руку. Магия рассеялась, и сквозь остатки тумана проглянул яркий солнечный свет. Зажмурившись после темноты, я вылезла наружу. Колени и ладони, проскользив по камню, уперлись в рыхлую песчаную почву.
Потянувшись одной рукой к кинжалу на груди, а другой – к вольвенскому кинжалу на бедре, я встала и сделала шаг вперед.
Земля под ногами слегка затряслась. Я застыла и посмотрела вниз. Камешки, песок и комки земли дрожали. Через миг все успокоилось, и я подняла голову. Туман полностью рассеялся, и я бросила взгляд на Илизиум.
Я приоткрыла губы и убрала руки с кинжалов. Голубой оттенок неба напомнил глаза вольвенов – бледное, зимнее, хотя воздух был теплым и пах сиренью. Я осмотрела пейзаж.
– Боги, – прошептала я.
Я вскинула подбородок, скользя взглядом по огромным статуям, высеченным, вероятно, из тенекамня. Они были такой же высоты, что и статуи в Эваемоне, которые возносятся до небес. А здесь, казалось, их сотни – они выстроились в ряд и тянулись в даль насколько хватало глаз. Может, их были даже тысячи.
Статуи женщин со склоненными головами. У каждой в руке каменный меч острием вверх. На спинах – широко раскрытые крылья, соприкасающиеся с крыльями статуй справа и слева. Они создавали цепь, огораживающую то, что находилось за ней. Пройти можно было только под крыльями.
Они прекрасны.
– Поппи? – раздался у выхода голос Кастила. – С тобой там все хорошо?
– Да. Прости. – Я прочистила горло. – Здесь безопасно.
Через несколько секунд Кастил и остальные в молчании стояли рядом со мной. Все глазели на статуи, и я ощущала шипучее, сахарное восхищение.
– Это дракены? – поинтересовалась я.
– Не знаю. – Кастил коснулся моей поясницы. – Но они поразительны.
В самом деле.
– Наверное, нам нужно пройти вперед и проверить, не охраняют ли они то, что мы ищем.
Мы двинулись через полосу голой земли, высматривая признаки жизни. Ничего. Никаких звуков. Даже порывов ветра или пения птиц.
– Жутковато, – прошептала я, озираясь. – Эта тишина.
– Согласен. Наверное, этот край следовало назвать Страной мертвых, – сказал Делано, входя в тень крыла каменной женщины.
Земля под ногами слегка задрожала. Кастил выбросил руку вперед. Мы все остановились.
– Такое уже было, – заверила я. – Дрожь прекратилась…
Земля вокруг нас взорвалась гейзерами, взметнув тучи пыли и разбросав мелкие камешки.
– Полагаю, такого в прошлый раз не было, – заметила Вонетта.
– Нет.
Я вскинула руку. По ней и по моему лицу били комочки земли. Вдруг земля между мной и Кастилом разверзлась.
Столб грязи взметнулся прямо перед Эмилем, вынудив его отступить на несколько шагов. Он закашлялся.
– Это было грубо.
Земля успокоилась; пыль и комья грязи осели.
– Все на месте? – осведомился Делано, вытирая лицо.
Все.
– Осторожно. – Кастил опустился на колени перед ямой между нами. – Вот это дыра.
Он поднял голову, встретил мой взгляд и взглянул на Киерана. Медленно поднялся.
– Кажется, мы что-то привели в действие.
– Что именно? – Эмиль, прищурившись, заглянул вниз. – Погодите. – Он склонил набок голову. – Думаю, я…
Выругавшись, он отскочил назад, пошатнулся и восстановил равновесие прежде, чем упал на задницу.
– Что такое? – спросила Вонетта, хватаясь за мечи. – Они бы помогли в…
Между мной и Кастилом появилась рука, состоящая из выбеленных костей. Пальцы рыли рыхлую почву.
– Да это ночной кошмар, – пробормотал Кастил.
За пальцами последовала остальная часть руки – скорее, просто скелет. Показалась верхушка черепа. Я в ужасе вытаращила глаза. Из пустых глазниц посыпалась земля.
– Скелеты! – заорала Вонетта, выхватывая мечи из ножен. – Разве вы не могли сказать, что видите в яме скелеты?
Кастил выругался, а из земли показалась еще одна костяная рука – эта сжимала меч.
– Вооруженные скелеты! – воскликнула Вонетта. – Вы что, не могли сказать, что в яме вооруженные скелеты?
– Прости. – Эмиль тоже вытащил мечи. – Да я опешил при виде долбаных скелетов с оружием. Приношу извинения.
Я уставилась на меч – клинок черный, как и статуи. Такие же клинки я видела в склепе у божеств.
– Тенекамень. – В мыслях вспыхнул образ мамы, достающей из сапога тонкий черный клинок. – Такой же клинок был у моей мамы. Значит, это настоящее воспоминание.
– Поппи, я рад, что твое воспоминание настоящее. – Кастил вытащил мечи. – Но, наверное, обсудим это позже, когда перед нами не будет армии мертвых, хорошо?
– Вопрос! – выкрикнул Делано, сжимая клинок. Из ближайшей к нему ямы показалась макушка черепа. – Как убить то, что, надо полагать, уже мертво?
– Причем мертво в высшей степени, – добавила Вонетта.
Перед ней уже наполовину вылез скелет в оборванной коричневой тунике. Сквозь прорехи в одежде за ребрами просматривалась скрученная масса почвы.
Кастил метнулся с быстротой выпущенной из бутылки молнии, пропуская меч через грудь скелета и вонзаясь в ком земли. Скелет рассыпался, меч и все остальное обратилось в пыль.
– Вот так?
– О! – отозвалась Вонетта. – Тогда все в порядке.
Я повернулась. Киеран всаживал меч в другой скелет. За нами было около дюжины ям – и дюжина стражей-скелетов вылезали из земли. Передо мной возник мысленный образ – на этот раз не мамы, а женщины с серебристо-белыми волосами, которую я видела в своем воображении в Покоях Никтоса. Она ударила ладонями о землю, та разверзлась и костяные пальцы потянулись на поверхность.
– Ее солдаты, – прошептала я.
– Что? – переспросил Кастил.
– Это ее…
Выбравшись из ямы, ко мне устремился солдат-скелет с занесенным мечом. Вытащив кинжал из нагрудной перевязи, я бросилась вперед и воткнула клинок в пульсирующую грязь. Скелет взорвался, но его место занял другой, а сзади поднимал меч еще один солдат. Я ударила скелет ногой в грудь, и тот завалился на другого. Кастил ринулся вперед, втыкая меч в земляное сердце ближайшего к нему солдата. Я повернулась и всадила кинжал в грудь врага, поморщившись, когда клинок задел кость, прежде чем пронзить сердце.
– Головы рубить бесполезно, – крикнул Эмиль. Я повернулась – огорошенного атлантианца атаковал безголовый скелет. – Повторяю. Бесполезно!