Сжечь врагу сердце
– Так сдай в прачечную. Знаю одну – любые пятна отстирают, – сообщил Стас.
– Так она закрыта, – кивнула я.
– Не студенческая, а городская, – пояснил Стас.
От его слов внутри меня вспыхнула надежда:
– А это далеко отсюда?
– Рядом с моим домом. Могу подвезти…
– Если тебе не трудно, – быстро добавила.
– При условии, если ты оденешься для моего сюрприза, – кокетливо улыбнулся Стас, осторожно притронувшись кончиком пальца к моей губе. Я в легком испуге неосознанно сделала шаг назад.
Видимо, мне больше ничего не остается…Ну зато выясню, откуда он узнал мой недавно сменившийся номер телефона.
– Ладно, уговорил, – кивнула я.
Из одежды быстро надела синее облегающее фигуру платье, сверху накинула кожаную куртку, надеясь ее не забыть, как вчера. Успела быстро расчесаться и покрасить блеском губы. По просьбе Стаса оставила очки. Не понимаю, почему ему так нравится, как я в них выгляжу.
Не знаю, чем закончится это свидание, но очень хочу верить, что завтра не опоздаю на пары. И само свидание меня не настораживает и не беспокоит, наоборот хочу забыть Андрея. И эту противную Карину.
Сдав в прачечную блузку, мной овладело спокойствие. На душе стало легче.
– И где твой сюрприз? – ехидно спросила я, закрыв за собой дверцу серого мерседеса.
– Скоро к нему приедем, – улыбнулся Стас, поглаживая одной рукой руль.
Парень дернул педалью, и автомобиль тронулся с места. Небо мрачнело, на нем вспыхивали крохотные точки звезд. Город вновь загорелся тысячами яркими огнями. Я до сих пор не могла поверить, что находилась в красочном большом городе и ехала с симпатичным парнем на дорогом мерседесе на свидание. От одной мысли, куда он меня привезет, сердце замирало. Но тут я, к своему ужасу, осознала, что не знала, сколько ему лет. С виду дала бы двадцать три. Учится он или работает, для меня тоже загадка.
Высокие дома скрылись, впереди расстилался темный лес. Лишь одни фары автомобиля и тусклое сияние фонарей освещали путь. С динамиков аудиосистемы тихо играла какая-то незнакомая музыка. Меня начал смущать маршрут, а когда мы проехали табличку с названием города и громкой фразой "Добро пожаловать!", я не смогла молчать:
– Так ты меня похищать не собрался?
– Нет, – рассмеялся Стас.
– Учти, у меня папа в полиции работает, – сообщила я с легкой улыбкой на лице. На самом деле он программист.
– Приму к сведению. Но похищать тебя не собираюсь, разве только твое сердце.
Высоко подняв брови, я с трудом сдержала смех. Похищать мое каменное сердце вряд ли тебе удастся…
– Тебе сколько лет? – спросила я. Уж больно стало интересно.
– Двадцать четыре. – ответил Стас, сворачивая автомобиль налево.
– Учишься?
– Заочно, магистратура. Так работаю. Хотя предки были против, мы и так богаты.
То, что работает, это здорово, а то посчитала бы его "мажором".
– А где работаешь?
Стас ехидно улыбнулся:
– Директор ночного клуба.
Ого!
Я заметила, что мы проехали лес. Неподалеку видна гладь моря, на которой отражались огни кораблей, плавающих вдали. Небо было полностью усыпано звездами, от которых захватило дух.
– Приехали, – произнес Стас, остановив на краю дороги автомобиль.
– Почему ты не сказал, что мы приедем к морю? Я бы купальник захватила, – обиженно проговорила я, чувствуя, как губы расплылись в улыбке.
– Как-нибудь потом, вечером море холодное, – сказал Стас.
Открыв дверцу, я вышла на улицу и почувствовала, как холодный ветер проносился сквозь меня, вызвав армию мурашек, отчего молнию куртки я застегнула. Стас вышел, держа пакет, и, закрыв дверь за собой, подошел ко мне и провел заботливо ладонями по моим плечам:
– Замерзла? – шепнул он мне на ухо.
– Не особо, – быстро покачала я головой, чувствуя, как от мороза по телу бежала дрожь.
– Идем, – он взял меня за руку. Я немного смутилась, но из-за холодного ветра крепче сжала его ладонь, и мы направились к пляжу. Было непривычно чувствовать, что меня держала другая рука, совершенно не похожая на руку Андрея. У Андрея кожа на ладонях была грубой и шершавой. У Стаса, наоборот, рука мягкая и теплая.
Ноги немного утопали в песке, который попадал в балетки и вонзался болезненно в пятки. До ушей донесся шум прибоя. По воздуху витал морской запах, очень соленый, душный, но приятный. Не выдержав, я опустила руку Стаса и побежала к морю, чувствуя, как песок от бега разлетался повсюду, ударяя в ноги.
Подбежав, окунула руку в воду, и мороз зверски пробежал от пальцев до плеча. Грустно вздохнула, осознав, что даже не смогу ноги помочить. Вода реально ледяная. Эх, а я так купаться люблю…
Стас постелил на песке плед, на который я тут же села, скинув балетки с ног и погружая носочки в прохладный песок, который приятно щекотал кожу.
– Твой сюрприз – ночное свидание на берегу моря? – весело спросила я, устремив свой счастливый взгляд на звездное небо. Миллион холодных серебристых точек завораживающе мерцали на черном небосводе. У меня захватило дух от этой природной красоты.
– Можно и так сказать, – робкая улыбка возникла на лице Стаса. Луна призрачным мягким сиянием осветила его лицо, темные блестящие пряди волос спадали на глаза. Мне невольно захотелось спрятать их за уши, но я мигом отбросила это желание в сторону, крепко сжав кулаки.
Раздался шум. Стас вытащил из пакета пластиковый контейнер, где в два ряда лежали оранжевые роллы филадельфия. Я широко раскрыла глаза. Филадельфия?! Как же я давно их не ела!
– Ого! Роллы! – восторженно воскликнула я, – как же я их обожаю!
– Рад, что попал в точку, – широко улыбнулся Стас, раскрыв контейнер и положив его на плед.
– Ты умеешь читать мои мысли? – с иронией в голосе спросила я, – Филадельфия, номер телефона…Кстати, откуда ты узнал мой номер?
– Я же сказал: когда хочешь что-то получить, всегда этого добьешься. – ответил парень, раскрыв упаковку японских палочек.
От его ответа любопытство возросло больше. И я не успокоюсь, пока не выясню.
– Ну, пожалуйста, скажи-и, – простонала я.
"Если он шарит в информатике, мог выяснить твой сотовый через социальные сети" – пронеслось в голове.
– Саш, угощайся, – сменив невзначай тему, сказал Стас, протянув мне палочки, – я немного криворукий, не умею ими пользоваться.
– Если честно, я тоже, – хихикнула я, придерживая большим и указательным пальцами палочки. С трудом проткнула ролл. Голод о себе напомнил. Филадельфия манила, заставила слюни потечь. Ролл будто кричал: "Съешь меня!".