Я тебя верну

Мы с Владом беспомощно переглядываемся. Похоже, наша романтика сегодня накрылась медным тазом.
— Как ты узнала, что мы именно здесь? — я изо всех сил пытаюсь быть спокойной, сдержанной, воспитанной старшей сестрой. Мне почти не хочется вскочить на ноги, схватить стул и огреть им по хребтине разлюбезную Оленьку.
— О, случайно. Прочитала, — она беспечно отмахивается от моего вопроса, продолжая генерировать тонны обаяния специально для Швецова, — тебе говорили, что в строгих костюмах, ты просто неотразим?
Зараза! Ну нельзя же так! Я тоже считаю, что в костюме это не мужик, а огонь, но в слух же не кричу об этом. Тем более при первой встрече.
— Нет, — Влад поправляет галстук, будто он его душит и тянется, за весьма кстати поданной минералкой.
— Ты копалась в моем телефоне! — шиплю на нее, едва сдерживая ярость. Больше она ниоткуда не могла узнать детали предстоящей встречи.
— Не помню, может быть, — она небрежно поправляет волосы и снова цепляется к Швецову, — ты знаешь, как я жалею, что не пришла на тот семейный ужин. В библиотеке засиделась, готовилась. Сам понимаешь, экзамены на носу.
Экзамены — это мелочь. У меня вот на носу срок за убийство родственника в особо жестокой форме. Я тянусь ногой под столом, нахожу ее ступню и давлю так, что она дергается и испуганно охает.
Тоже улыбаюсь, мысленно обещаю, что дома откручу ей голову, а сестра это понимает, но даже не думает отступать. Задирает кверху нос, отворачивается и продолжает кокетничать с Владом.
Надо отдать ему должное. Ни разу его взгляд не опускается ниже ее подбородка несмотря на то, что глубокое декольте так и кричит: Смотри, сюда! Сюда! Здесь грудь! Две штуки! Смотри!
И вообще Влад мрачнеет на глазах. Нет, он по-прежнему снаружи расслаблен и вежливо улыбается, но я кожей чувствую, как меняется его настроение. Как на место добродушного парня приходит жесткий человек, который не любит, когда его время тратят на всякие глупости. Оля — дурочка, не понимает, что с ним так нельзя. Это не сопливый студентик, который ведется на красивые глаза и выпуклости. Ее схемы, отработанные на однокурсниках тут, не прокатывают.
За это он мне нравится еще больше. Я даже готова его расцеловать. Почти. Осталось только от сестры отделаться.
К сожалению, Ольга явно не собирается никуда уходить и планирует полностью испоганить нам вечер. Она все ближе подвигается к Владу и усаживается так, чтобы быть между ним и мной. При этом действует как топор, никакой грации и изюминки. Мне даже становится стыдно за нее.
Спустя некоторое время, в ходе которого чирикает только Ольга, а мы молчим, Влад ловит мой взгляд и едва заметным кивком указывает на выход. Он прав, смысла сидеть дальше — нет. От Ольги мы все равно не отделаемся, так что пора уходить.
Я поднимаюсь из-за стола первой. Вешаю сумочку на плечо, забираю букет, внезапно понимая, насколько он тяжелый и неудобный — одной рукой не удержишь. Швецов явно перестарался, заказывая такую охапку.
— Уже уходишь, Ярочка? — мурлыкает сестра, довольная тем, что смогла выдавить меня с поля боя, — жаль. А мы еще посидим, да Влад? Вечер только начинается.
— Боюсь, мне тоже пора, — он поднимается следом за мной, делает приглашающий жест, позволяя мне первой пройти.
— Вы куда? — вскакивает Ольга, — я с вами!
Нет, ну это просто уму не постижимо. Никаких тормозов! А если мы с ним в койку идем? Тоже ее с собой брать?
Влад морщится, но молчит. Только пальцы на моем локте сжимаются чуть сильнее, выдавая недовольство.
***
Мне нужны курсы на тему: как отделаться от назойливой младшей сестры и при этом не покалечить ее. Или хотя бы мастер-класс. Хоть что-то, потому что в данный момент она решительно топает следом за нами, а у меня в руках тяжеленный букет, которым при желании можно и хребет переломить.
Если бы не Влад, я бы ее раскатала прямо там, в зале. Методично, хладнокровно, без малейших сожалений. Так, как обычно делаю это, если она меня сильно достает. А при нем почему-то застеснялась, не захотелось показывать себя во всей красе. Я ведь совсем не принцесса, могу быть жесткой и очень резкой.
— Куда мы отправляемся? — Ольга идет рядом, ревниво поглядывая на наши руки, но при этом не забывает улыбаться. У нее прямо поперек физиономии красными буквами написано — я вам весь кайф обломаю.
— Мы? — хмыкаю я, — мы по своим делам, а ты на горшок и в люльку. Спать пора.
У нее на щеках выступают красные пятна, но она держится, улыбается, хотя местами улыбка становится похожа на оскал.
Как же не хочется ругаться при Швецове.
— И не мечтай. Влад вот не против, чтобы я с вами шла. Да, Влад?
— Конечно, не против! — он резко останавливается. — Оленька, можно тебя на минуточку?
Говорит тем самым голосом, от которого у меня обычно мурашки бегут. Сестра тут же тянется на встречу, как собачонка, которую колбасой поманили, а я чувствую себя так, будто меня в прорубь сбросили.
— Да, конечно, — она нагло влезает между ним и мной, вызывая желание вцепиться в накрученные локоны.
— Я сегодня не мог оторваться от твоих глаз. Они прекрасны.
Какого черта?! Швецов! Я ведь не только в локоны могу вцепиться, но и бубенцы открутить.
— Спасибо, — мурлыкает сестра, бросая на меня быстрый взгляд полный торжества.
— Я не знал, что ты придешь, поэтому не подготовился.
— Ничего страшного, — кокетливо крутит свои блестящие лохмы.
— Так что…кхм…эти цветы, — он бесцеремонно забирает у меня букет и протягивает ей, — они должны быть твоими.
Что??? Я дар речи теряю и едва сдерживаюсь, чтобы не броситься в драку за веник. Да кто так делает! Отобрать подарок у одной девушки и тут же отдать его другой?! Это вообще нормально?!
У Ольги горят щеки и пылают глаза. Она обхватывает обеими руками тяжеленую кипу, прижимает к себе и блаженно нюхает, не сдерживая торжествующей улыбки.
— Так приятно!
— Я старался, — этот гад самодовольно улыбается.
— Яська, кстати, все равно розы не любит. Ей гладиолусы подавай.
Какие, блин, гладиолусы? Отдай мне мои розы!
— Держишь? — участливо интересуется Влад, — букет тяжелый. Аккуратнее.
— Он прекрасен, — она снова затягивается, а я представляю, как хватаю ее за затылок и с силой впечатываю мордой в самую сердцевину букета, туда, где за нежными бутонами прячутся острые шипы.
— Вот и славно. Держи. А нам с Ярославой надо поговорить, — хватает меня под руку и куда-то тащит.
— Но, — нам в след доносится растерянное блеяние и неуклюжее клацанье каблуков. Что-то падает. Похоже, сумочка соскользнула с плеча, пока сестра пыталась перехватить букет.