Водный заговор
– Не хочу завтракать – я болен, – простонал я.
– Ты не болен, а устал – это разные вещи! – Джаспер-броненосец попрыгал по одеялу – прямо по моему животу.
– Уфф! Теперь я точно есть не хочу, – сказал я.
– Ну ладно, может, хотя бы к уроку превращений ты снова придёшь в форму. Круто, что вам удалось освободить дельфинов – все только об этом и говорят. Просто супер! До встречи! – Джаспер спрыгнул с верхней койки и посеменил наружу.
Я снова уснул. По крайней мере, Джаспер был так любезен разбудить меня ещё раз, положив мне на лицо бейгл в шоколадной глазури. Я тут же впился в бейгл зубами и разделался с ним в три укуса. Подкрепившись, я поплескал холодной водой в лицо, пригладил пальцами волосы, и мы отправились на урок.
Я чувствовал себя совершенно разбитым. По средам первым уроком у нас были превращения у мистера Гарсии, но он, зная, конечно, что нам пришлось пережить, меня не вызвал. В полукоме я наблюдал, как Элла запорола превращение, сделавшись огромной змеёй с руками и ногами.
– Только попробуйте засмеяться! – прошипела она как раз в тот момент, когда Джером, Томкин, Крис и Финни прыснули.
Через несколько секунд я вскочил и укрылся на краю арены для превращений номер один: рептилии сцепились не на шутку. Токо и Барри бросились на новеньких, чтобы защитить свою ненаглядную, и мистеру Гарсии понадобилось несколько минут, чтобы их разнять. Но теперь я хотя бы окончательно проснулся.
– Сядьте! – прогремел мистер Гарсия, обращаясь к новому оборотню-аллигатору и мальчику-питону, которые резвились на арене для превращений. При этом они ради забавы поопрокидывали все пустые стулья – и несколько тех, на которых кто-то сидел. Мара и Оливия, ругаясь, упали на пол.
– Зачем нам садиться? – спросил аллигатор Томкин, с наслаждением жуя длинными зубастыми челюстями пенал Ральфа. Нестор, во втором обличье тоже аллигатор, нахмурившись, наблюдал.
– Потому что в школе так положено. Так что сядьте, или я вас вышвырну, понятно? – сверкнул глазами мистер Гарсия. – А за пенал вам придётся Ральфу заплатить.
– Не получится: у нас нет денег, – равнодушно бросил Томкин, собираясь перегрызть ещё пару карандашей.
Но он не принял в расчёт Ноэми, которая, как обычно, в облике чёрной пантеры сидела в классной комнате. Она, рыча, прыгнула с парты Томкину на спину и сомкнула зубы на его покрытом панцирем загривке.
– Немедленно верни ему вещи!
Скорее от испуга, чем от боли, Томкин открыл пасть, и Ральфу удалось вытащить у него из глотки остатки своих письменных принадлежностей.
Немного пристыжённый, мальчик-акула вытер слёзы, мрачно взглянул на рептилий и сказал:
– Спасибо, Ноэми.
– Да, спасибо, Ноэми, но теперь достаточно, отпусти его, пожалуйста, – сказал мистер Гарсия.
Ноэми грациозно вернулась на место, а друг Томкина Джером опять превратился в высокого мальчика с глазами цвета ила и волосами, напоминающими квашеную капусту.
– Вот когда все сюда подтянутся, вы больше не посмеете так с нами разговаривать, – прорычал мальчик-змея, сердито посмотрев на Ральфа и мистера Гарсию.
– Кто «все»? – испуганно спросила Юна.
– Ну, все – мои родные и двоюродные братья и сёстры, друзья Томкина и так далее, ответил Джером. – Скоро они все здесь объявятся, и тогда главными будем мы!
Остальные лишь похихикали, не восприняв угрозу всерьёз. Но мы с Шари обеспокоенно переглянулись. Значит, все те оборотни, которых Элла понаприглашала в Эверглейдсе, в самом деле собираются в школу. Даже представить страшно.
– Так оно и будет. – Элла, скрестив руки на груди, с улыбкой откинулась на спинку стула.
Если её мать что-то замышляет против школы – знает ли об этом Элла? На следующей перемене, когда оба новеньких вместе с Токо катались по берегу пресноводного пруда, ломая тростник, и Элла ненадолго осталась одна, я воспользовался случаем её расспросить.
– Ты ведь всех этих оборотней-рептилий неспроста в школу пригласила? – спросил я нарочито небрежным тоном.
– В смысле? – Элла смерила меня презрительным взглядом, словно выброшенную на берег полусгнившую медузу. – Я им сказала, что школа классная и им здесь понравится. Ну и что? Ты, наверное, посоветовал бы своим кузенам-акулам то же самое. Если бы у тебя, бедной рыбёшки, были кузены.
Я сделал вид, будто пропустил оскорбление мимо ушей:
– Ты ведь предварительно не обсуждала приглашение с мистером Кристаллом? Не знала, как он на это отреагирует?
– Ты видел где-нибудь в Эверглейдсе какого-нибудь мистера Кристалла, которого я могла бы спросить? – Элла отвернулась от меня, будто всё это её нисколько не интересовало. – Чего ты, собственно, от меня хочешь?
– Узнать, что означала твоя странная фраза… Что мы, морские животные, скоро лишимся контроля над школой, – сказал я, чувствуя, что тоже начинаю свирепеть. – Мне кажется довольно подозрительным, что твоя мама готова платить за обучение всех рептилий, которые сюда явятся. Она что-то задумала, да? И этот план как-то связан со школой.
– Что за чушь! – Теперь Элла всё-таки ко мне повернулась. – Мама всегда поддерживала эту школу, а тут вдруг объявляется такой лузер, как ты, и начинает на неё наговаривать. Она просто великодушная, понял? Самая лучшая мама в мире, если хочешь знать. А твоя, наверное, самая паршивая, какую только можно себе представить.
Я стиснул зубы. Похоже, Элла заметила, что я почти не общаюсь с родителями. Ей только дай повод позлорадствовать. Но на этот раз я не потеряю самообладания – ни в коем случае. Даже отвечать не стану. Я с большим трудом заставил себя развернуться и уйти. Как раз вовремя: Токо с агрессивным видом уже направлялся ко мне.
Можно ли верить её словам? А этот выпад в сторону моей мамы, с запозданием подумал я, – может, лишь отвлекающий манёвр? Наверное, она просто хотела, чтобы я перестал её расспрашивать.
Как бы то ни было, зря остальные с улыбкой отмахиваются от всего, что имеет отношение к Элле и Лидии Леннокс. Я тоже поначалу так делал – и поплатился за это. Удалось ли дяде Джонни найти нам новую квартиру? Если нет – где нам ночевать, когда я приеду к нему в выходной?
На биологии у мистера Кристалла энергия у меня окончательно иссякла. Я ещё услышал, как Джером спросил:
– А мы будем проходить что-нибудь про Францию? Мой дедушка там был, поэтому у меня французское имя. – Он гордо вздёрнул подбородок.
– Нет, о Франции мы сейчас говорить не будем, – ответил ему мистер Кристалл. – Может, как-нибудь в другой раз. А сейчас у нас биология.
Джером снова отключился. Но и я, к сожалению, тоже. Мои усталые веки то и дело закрывались – я ничего не мог с этим поделать.
В какой-то момент я проснулся, лёжа головой на парте. Я испуганно выпрямился, вытирая слюну в уголке рта. Шари посмотрела на меня с тревогой, отчего мне сделалось ещё более неловко.